Военная организация поздней римской империи в 253—353 гг. От реформ императора Галлиена до периода тетрархии (253—305) - Евгений Александрович Мехамадиев Страница 63

В житии христианского мученика Мены (BHG3 1250), который, согласно тексту, служил во Фригии, в городе Котией (Τη Κοτυαέων ούν μητροπόλει… παραβαλών. — «Он направился в главный город Котией»), упоминается некий таксиарх Фирмилиан, этот офицер командовал войсковым подразделением Рутиллиаков (Αύτός δέ του καταλόγου των 'Ρουτιλλιακών άφηγούμενος. — «Он был начальником отряда Рутиллиаков») в период правления императоров Диоклетиана и Максимиана (Геркулия) (Βασιλεύοντος Διοκλητιανοΰ τε καί Μαξιμιανοΰ. — «Когда царствовали Диоклетиан и Максимиан»), идентификация названного подразделения в значительной мере позволит уточнить вопрос о численности ал и когорт в эпоху Тетрархии. Житие сообщает, что Мена «был занят военной службой и находился под командованием таксиарха по имени Фирмилиан» (Επιτήδευμα δέ ήν αύτφ τό στρατιωτικόν, ύπό ταξιάρχφ ταττομένφ Φιρμηλιανφ τοΰνομα), когда же он узнал о приказе императоров почтить языческих богов и провести соответствующие церемонии, Мена отказался выполнять этот приказ, за что и оыл осужден на смертную казнь[367].

А. Ланиадо отождествил таксиарха Фирмилиана с наместником (президом) Палестины, который упоминается в надписи из города Скифополис (современный Бейт-Шеан на севере Израиля), — исследователь датировал надпись 308–310 гг., т. е. последними годами правления императора Максимина Галерия (305–311), этот император упоминается в документе. Со ссылкой на Лактанция А. Ланиадо отмечает, что Галерий мог отправить в ближневосточные провинции профессиональных военных, наделив их функциями гражданских наместников, своей карьерой Фирмилиан демонстрирует пример подобных процессов[368], мы же хотели бы обратить внимание на еще один аспект — судя по всему, до перевода в Палестину Фирмилиан занимал должность трибуна, поскольку термин ταξιάρχος был греческим эквивалентом латинского термина tribunus[369]. Следовательно, Фирмилиан мог командовать алой, когортой или вексилляцией, тогда возникает закономерный вопрос о военном ранге, к которому принадлежало подразделение Рутиллиаков. А. Ланиадо скептически оценил достоверность сведении жития[370], тем не менее мы полагаем, что сведения жития о подразделении Рутиллиаков заслуживают доверия.

В 1982 г. Μ. П. Шпайдель представил несколько интересных папирологических и эпиграфических свидетельств, указывающих на то, что в эпоху раннего Принципата, т. е. в I–III вв., некоторые алы и когорты получали свое официальное название в честь имени офицера, который командовал алой или когортой, — большая часть примеров, приведенных Μ. П. Шпайделем, относится к I–II вв.[371], но мы полагаем, что подобная практика не утратила свою силу и в более поздний период. На наш взгляд, отряд Рутиллиаков — это войсковое подразделение, названное в честь своего командующего, Рутиллия (Rutillius), не исключено, что на латинском наименование данного отряда читалось как Rutilliaci.

Соответственно, с учетом материалов, рассмотренных Μ. П. Шпайделем, мы можем заключить, что, скорее всего, отряд Рутиллиаков — это когорта или ала под названием Rutilliaci, это подразделение получило такое официальное наименование в честь своего командующего, тогда мы логично можем заключить, что трибун Фирмиан не был первым командующим этой войсковой частью, скорее наоборот, она была создана до Фирмиана и ее первым командиром как раз и был офицер по имени Рутиллий.

Очевидно, ала/когорта Рутиллиаков входила в состав императорского комитата (гвардии) эпохи Тетрархии и в связи с этим дислоцировалась во Фригии, т. е. вблизи Вифинии, где, как известно, в городе Никомедия располагалась резиденция Диоклетиана. В целом, конечно же, остается возможность и того, что отряд Рутиллиаков был вексилляцией, но, как правило, вексилляции не называли по именам командующих, только по именам или порядковым номерам «материнских» легионов, из которых были выделены эти вексилляции, либо по названию города/местности, где была сформирована вексилляция.

Если же когорта/ала Рутиллиаков входила в состав императорской гвардии, вряд ли она могла насчитывать всего лишь 200–250 человек, очевидно, численность кадрового состава ал и когорт, расположенных ближе к центру, т. е. к резиденции императора, равнялась стандартной норме — 500 всадников, поэтому пример страсбургского папируса демонстрирует только отдельный, частный процесс, происходивший в отдаленных провинциях, таких как Египет, — собственно, сведения папируса можно применять только в отношении Египта, вряд ли мы можем распространить их на другие регионы.

А. X. Μ. Джонс пришел к выводу, что в эпоху Принципата алы и когорты насчитывали по 500 человек, это была стандартная (штатная) норма для подразделений подобного рода, легионы же насчитывали по 6000 человек каждый. В позднеримский период ситуация значительно изменилась — теперь, по мнению исследователя, в составе легионов полевой (экспедиционной) армии насчитывалось уже не более 1000 человек, для ал и когорт норма в 500 человек сохранила свое значение, вексилляции же в среднем насчитывали по 300–500 человек. Тем не менее, как полагает А. X. Μ. Джонс, во времена Диоклетиана римские пограничные легионы все еще насчитывали 6000 человек, их раздробление на более мелкие соединения произошло уже после Диоклетиана.

Материал по вексилляциям мы представили выше, в § 1 данной главы (одна вексилляция состояла из двух, максимум пяти легионных когорт, сами когорты насчитывали в среднем по 500–550 человек, каждая когорта могла выделить из своего состава примерно 100 человек, соответственно, вексилляция включала в себя до 500 человек, не более), количественный состав ал и когорт, к сожалению, можно восстановить только по косвенным данным, таким как страсбургский папирус, более точных свидетельств, сколько человек алы и когорты насчитывали, например, в период Тетрархии, у нас нет. Тем не менее ни один из известных нам документов не опровергает тезис А. X. Μ. Джонса о том, что алы и когорты насчитывали 500 человек, этот тезис кажется нам полностью аргументированным и обоснованным. Более того, выводы А. X. Μ. Джонса о легионах подтверждаются сведениями агиографической литературы и военных трактатов, вслед за А. X. Μ. Джонсом мы действительно можем заключить, что при Диоклетиане не только старые, но и новые легионы еще не претерпели радикального сокращения своей численности, создание легионов с 1000 человек кадрового состава развернулось уже после правления Диоклетиана[372].

Вегеций в своей «Эпитоме военного дела» отмечает, что «некогда в Иллирике было два легиона из 6000 человек каждый, которые назывались маттиобарбулами, так как искусно и с большой силой пользовались этим метательным оружием» (Nam in Illyrico dudum duae legiones fuerunt, quae sena milia militum habuerunt, quae, quod his telis scienter utebantur et fortiter, Mattiobarbuli uocabantu. — Veg. RM. I. 17, ed. C. Lang, перевод C. П. Кондратьева). Далее, как сообщает Вегеций, «Диоклетиан и Максимиан, ставши императорами, сочли нужным за их заслуги и доблесть назвать эти легионы маттио-барбулов один — юпитеровым (иовиановым), другой — геркулесовым и предпочли их всем другим легионам» (Diocletianus et Maximianus, cum ad imperium peruenissent,