Военная организация поздней римской империи в 253—353 гг. От реформ императора Галлиена до периода тетрархии (253—305) - Евгений Александрович Мехамадиев Страница 3

нашей работы в связи с тем, что именно с этого года, когда на престол взошли императоры-соправители Валериан и Галлиен, в позднеримской армии начинаются масштабные и необратимые преобразования, полностью изменившие облик армии и всей военной организации империи, а именно — благодаря своим реформам Галлиен создал первую в римской военной истории постоянную и регулярную экспедиционную (мобильную) армию. Аргументы в пользу этого тезиса мы представим в первой главе нашей работы.

Суммируя все изложенные выше аргументы в пользу актуальности нашей работы, подчеркнем, что в западной и отечественной историографии до сих пор нет исследований, в которых, во-первых, были бы собраны и последовательно рассмотрены все опубликованные на сегодня эпиграфические и папирологические документы по позднеримской армии (применительно к периоду 253–353 гг.). Как следствие, во-вторых, нет исследований, в которых на основе привлечения документальных источников и сопоставления их со сведениями нарративных источников была бы предложена переоценка всех процессов, происходивших в позднеримской армии 253–353 гг., был бы восстановлен новый контекст событий военной истории, и более того, был бы представлен новый образ, т. е. организационная структура и основные механизмы функционирования позднеримской армии 253–353 гг. Соответственно, на основе сравнительного анализа и соединения сведений разрозненных источников мы хотели бы предложить свою реконструкцию событий, свой единый и последовательный образ позднеримской армии 253–353 гг. В-третьих, и это кажется нам важнейшим аргументом, в исследовательской литературе до сих пор нет обобщающего и последовательного изложения событий позднеримской военной истории 253–353 гг., где весь материал был бы представлен в строгом хронологическом порядке, а не по сюжетно-тематическому принципу, как в уже упоминавшейся ранее диссертации Д. Хоффманна. Отсутствие подобных исследований связано, в свою очередь, с отсутствием сведений по данному периоду в труде Аммиана Марцеллина, соответственно, можно констатировать, что существует настоятельная необходимость заполнить данную лакуну и предложить подобное обобщающее исследование.

Всеми перечисленными выше факторами определяется актуальность нашей работы. Дополнительно отметим, что мы начинаем позднеримский период даже с более ранней даты, чем авторы-составители биографического справочника «Просопография поздней Римской империи», первый том которого, как известно, охватывает период с 260 по 395 г.[4], т. е. частично включает в себя не только IV в., но и период т. н. «кризиса» III в., или эпоху «солдатских» императоров (235–284). Естественно, все причины, указанные выше, полностью применимы к эпохе 253–305 гг., т. е. к первой половине указанных хронологических рамок, в данной книге мы рассмотрим именно события 253–305 гг.

В этом смысле верхняя хронологическая граница нашего исследования (305 г.) примерно совпадает с начальной датой периодизации поздней Античности как особого этапа в истории европейской цивилизации — в 2001 г. авторы-составители коллективной монографии «Интерпретируя позднюю Античность. Исследования по постклассическому миру» (главным образом И. Браун, особенно если говорить о введении к монографии) предложили идею о долгой поздней Античности, которая начинается в 250 г. и завершается в 800 г., т. е., по сути, в их трактовке поздняя Античность продолжается целых шесть столетий[5]. Мы позволим себе воздержаться от оценок научного потенциала и перспектив данной теории, поскольку в содержательном плане этот вопрос выходит за рамки нашей работы, но, рассматривая именно проблему хронологических рамок поздней Античности, отметим, что позиция, предложенная издателями монографии 2001 г., нашла активную поддержку и среди других исследователей, особенно тех, которые публикуются в специализированном англоязычном журнале Journal of Late Antiquity, — это самый «молодой» журнал, посвященный истории поздней Античности, в основном, конечно же, греко-латинской. Первый номер журнала вышел в свет в 2008 г., авторы программных и заглавных статей номера, А. Марконе и Э. Джеймс, в целом разделяют позицию П. Брауна и принимают тезис о том, что поздняя Античность продолжалась с 250 по 800 г., при этом в их трактовке данное понятие включало в себя широкий географический ареал — не только Римскую империю (Западную и Восточную, т. е. Византию), но и Сасанидский Иран, на смену которому впоследствии пришел Арабский халифат, естественно, по мнению А. Марконе и Э. Джеймса, в понятие «поздняя Античность» следует включить и раннесредневековые варварские королевства, образовавшиеся на территории исчезнувшей Западной Римской империи[6].

Еще раз повторим — мы принципиально воздержимся от любых оценок содержания этой теории, ее значения и возможностей применения в исследованиях по западноевропейскому раннему Средневековью. Конечно же, столь долгая периодизация поздней Античности неизбежно заставляет исследователей-медиевистов полностью пересмотреть хронологию раннего Средневековья, сформулировать новые критерии, четко отделяющие «римский» и «средневековый» периоды в истории Западной Европы[7], сама по себе периодизация, предложенная П. Брауном, порождает новые вопросы и новые дискуссии среди не только медиевистов, но и востоковедов. Тем не менее мы оставим все эти проблемы за рамками нашего исследования, для нас принципиально важна верхняя хронологическая граница поздней Античности (а значит, и позднеримской истории как части позднеантичного периода), в качестве которой сегодня многими исследователями принят 250 г. Эта периодизация составляет важный тренд современной историографии, который необходимо учитывать при определении хронологических границ любого исследования, затрагивающего позднеантичный период. В соответствии с критериями, предложенными П. Брауном, мы можем заключить, что наша трактовка второй половины III в., начиная с 253 г., как части поздней Античности, а значит — и позднеримской истории выглядит вполне оправданной и аргументированной, наша периодизация находится в русле тех тенденций, которые прослеживаются в современной историографии.

Итак, главный вопрос, который мы хотели бы рассмотреть в нашей работе, — военная организация поздней Римской империи в 253–353 гг., т. е. армия как совокупность войсковых подразделений, а также процессы и механизмы взаимодействия войсковых подразделений друг с другом, динамика и характер их взаимодействия в этот период. Войсковые подразделения рассматриваются нами как структурные элементы армии, в зависимости от изменений в методах взаимодействия подразделений меняется и внутреннее устройство самой армии в целом, ее функциональное назначение. Ключевое внимание в этой теме мы хотели бы обратить на ранг, территориальные перемещения отдельных войсковых подразделений той или иной региональной армии, на участие их в различных военных кампаниях эпохи 253–353 гг., а также на командный состав той или иной региональной армии, существовавшей в данный период.

Соответственно, наша цель состоит в том, чтобы выявить внутреннюю организационную структуру всех региональных армий (как стационарных пограничных, так и мобильных экспедиционных), сложившихся и действовавших в поздней Римской империи в рассматриваемый период, т. е. определить, из каких войсковых подразделений состояли данные армии, что собой представляли и как менялись методы взаимодействия войсковых подразделений (напомним — структурных элементов той или иной армии), какие командные органы управления существовали в той или иной региональной армии в период 253–353 гг. Подчеркнем и уточним — под понятием «региональная армия» мы подразумеваем армию, которая размещалась в пределах каждого из четырех крупных регионов империи: 1) Галлия — Британия — Испания; 2) Италия — Северная Африка; 3) балкано-дунайские провинции и 4) Малая Азия — Ближний Восток.

Войсковые подразделения