Жестокие наследники - Ана Уэст Страница 7

Я захлопнула ноутбук и хотела было выбросить его в окно. Звук, с которым он ударился бы о тротуар внизу, доставил бы мне удовольствие, но я знала, что не могу этого сделать. Мне нужно было начать готовиться прямо сейчас. Ко всему.

Глядя на часы на стене, я гадала, когда вернётся Данте. Часть меня не хотела, чтобы он возвращался домой сегодня вечером. Я хотела, чтобы он остался со своим отцом и планировал занять моё законное место. Тогда мне было бы намного проще справиться со всем, а так я гадала, что он задумал.

Убьёт ли он меня и захватит власть, даже без голосования Комиссии? Или он попытается постепенно лишить меня власти? Теперь у него было меньше времени, но я не сомневалась, что Скарано сделают всё возможное, чтобы захватить власть после смерти моего отца.

Я не знала, каким будет их следующий шаг, но знала кое-кого, кто мог бы предположить. Я приложила телефон к уху и стала ждать. Матео ответил после второго гудка.

— Что случилось? — Сразу же спросил он.

— Мне нужно, чтобы ты следил за Сэлом Скарано.

— Уже сделано. — Матео всегда был на шаг впереди. Не только связи с моим отцом помогли ему стать заместителем босса.

Я грызла ноготь на большом пальце.

— Как думаешь, что они теперь сделают?

Матео на мгновение замолчал.

— Я не совсем уверен. Они могут разыграть эту карту несколькими способами.

— И какими же?

— Я уверен, что ты уже получила сообщение о голосовании Комиссии.

— Получила.

Матео вздохнул.

— Они могут попытаться украсть голос. Я буду проинформирован нашими союзниками в Комиссии о любых попытках Сэла повлиять на голосование. Или они могут убить тебя ещё до голосования, и тогда у Данте будет явное преимущество в борьбе за титул дона.

— Я думала, он не сможет быть избранным, если мы с ним больше не женаты. Он был бы просто членом семьи только по закону, а не по крови.

— Ты занималась с ним сексом? — Спросил Матео. В его устах этот вопрос не прозвучал грубо.

Но всё же я колебалась.

— Да.

— Тогда у него больше прав, чем когда-либо. Вы связаны узами брака в глазах Бога, как юридическими, так и физическими. Теперь ничто не может это разрушить.

Чёрт. Почему он не мог сказать мне об этом раньше? Наверное, потому что это не имело значения. Потому что мой отец был ещё жив. Но теперь…

— Итак, что мы можем сделать, чтобы помешать им это сделать?

— Правильно разыграть наши карты.

Я плюхнулась на диван, поджав под себя ноги.

— И на что это похоже?

— Женщина никогда не занимала должность дона ни в одной итальянской мафиозной семье. Когда-либо. То, что ты собираешься сделать, потребует терпения и большого мастерства. Я не сомневаюсь, что ты сможешь это сделать, — сказал Матео, — но тебе понадобится большая помощь... — Он замолчал, колеблясь.

— И? — Я надавила.

— И тебе нужно будет присматривать за Данте. Мы до сих пор мало что о нём знаем. Он может быть марионеткой в руках своего отца или преследовать собственные цели. Данте – это тёмная лошадка.

Блядь. Семья Данте, вероятно, хотела меня убить, а у самого Данте, возможно, были планы, о которых никто не знал, и я, чёрт возьми, жила с ним. Я сталкивалась и с худшими сценариями, но не со всеми сразу.

— Я разберусь с Данте, — сказала я наконец. — Ты работаешь в Комиссии, по крайней мере, подумай о том, чтобы проголосовать за женщину на посту дона.

— Конечно. Есть что-нибудь ещё?

— Нет. Не сейчас. Просто держи телефон при себе.

— Я всегда рядом с тобой, Сиена, — сказал Матео, прежде чем повесить трубку.

Я сидела там, пытаясь продумать, каким будет мой следующий шаг, но я была совершенно измотана. Я едва могла держать глаза открытыми. Даже боль от обожжённой кожи на запястьях не могла меня разбудить. И всё же я не могла уснуть. До тех пор, пока Данте не вернётся домой, а может, и после. Если он собирался последовать совету отца и попытаться меня убить, то сегодня был подходящий момент. Он вполне мог найти яд и сделать его визитной карточкой Змея. Козел отпущения уже был готов.

Мне нужен был план. Были у него другие мотивы или нет, но Данте неплохо справлялся с ролью мужа. Может быть, даже слишком хорошо. Конечно, сначала он сопротивлялся. Злился. Но постепенно это прошло, и он показал мне, что он здесь ради меня. Если только это не было уловкой, чтобы завоевать моё доверие.

Но в эту игру могут играть двое.

Данте был мужчиной, мужчиной из мира денег и власти, но всё же мужчиной. И вот что я знала о мужчинах: кем бы они ни были, было кое-что, перед чем они не могли устоять. Данте нравилось чувствовать, что он всё контролирует, вероятно, потому, что так было большую часть его жизни. Если он этого хотел, я бы дала ему это, и он бы никогда не узнал, в чьих руках была настоящая власть.

Выросшая в мафиозной семье, я, конечно, прошла обучение у отца, но мать научила меня, как женщине, лавировать в политике. Мы практически не имели влияния, разве что могли производить на свет наследников и солдат. Но моя мать знала больше, чем кто-либо другой, и я уверена, что мать Данте тоже знала. Мы все научились приспосабливаться. Как действовать. Мужчины могли считать, что они главные, но на самом деле ими руководили женщины, так или иначе.

Некоторым женщинам нравилось изображать из себя несчастных девушек, позволяя мужчинам думать, что их нужно спасать, и втайне получая желаемое. Но я знала, что не смогу этого сделать. Было слишком поздно притворяться, что я не такая, какой меня учили быть. Однако это не означало, что я не могла притвориться слабой сейчас.

Несмотря на усталость, мой мозг уже разрабатывал план. Данте должен был думать, что сейчас, когда всё происходит, я слаба. Что это было слишком для меня. Что я нуждаюсь в нём. Он пытался завоевать моё доверие, и я решила дать ему шанс. Я позволю ему думать, что доверяю ему, что полагаюсь на него... до тех пор, пока не узнаю его истинные планы.