Сердце в оковах - Кэтрин Болфинч Страница 4

Но я осмелилась посмотреть на Адама. И пожалела об этом. Он глядел прямо на меня. Так пристально и изучающе, будто я воровка и украла у него нечто ценное и дорогое.

Интересно, как он жил все это время? Женился ли?

Тишина говорила громче слов, когда Вито отошел. Казалось, еще немного, и мы начнем обмениваться мыслями, только чтобы не говорить ничего вслух.

Я опередила его.

Никто не должен знать, кто я. Только Вито была известна половина моей истории. И он не должен узнать о том, что Адам ее часть.

– Как вам Палермо, синьор Санчес? – собственный голос показался чужим, холодным и неприступным. Но именно так я жила все эти года.

– Можно просто Адам. – Кривая усмешка разрезала его красивое лицо, на котором появилось несколько маленьких морщинок.

Можно не просто Адам. Можно «моя душа», «мой мир» и «моя любовь», но вместо этого я произнесла:

– Думаю, мой муж будет против.

– Прекрасный город, я здесь уже бывал. – Ты вырос в Палермо. Как ты оказался здесь, Адам? Как? Почему именно с Вито решил заключить перемирие? Почему именно семья Скальфаро? Почему пришел в мою жизнь? Снова.

Ты пришел за мной?

Я пыталась скрыться от его внимательных глаз. Раньше они смотрели с такой теплотой, что в ней можно было утонуть. Сейчас же в них сквозило неверие.

– Мы с вами не встречались ранее? – я почувствовала, как ладони холодеют, а пальцы становятся деревянными. Сердце и вовсе перестало биться, оно замерло, ожидая следующего поворота судьбы. Дыхание тоже остановилось, застряло где-то на уровне горла, в котором встал пресловутый ком. Я будто проглотила шерсть, и теперь он мешал дышать.

– Нет, – меня хватило на одно слово, а потом вернулся Вито. И всего через пару десятков минут, показавшихся вечностью, Адам покинул ресторан, оставляя меня один на один со своим персональным кошмаром.

– Вот видишь, рыбка. – Пальцы Вито с силой сжались на моем подбородке, горячее дыхание коснулось губ, а острый нос прочертил линию по щеке. – Не зря я тебя воспитывал. – Я прикрыла глаза, едва сдерживая слезы.

Все, что я пыталась похоронить в себе, все, что пыталась скрыть, сейчас рвалось наружу.

– Конечно, Вито, – сдавленно отозвалась я, когда хватка стала грубее. Он усмехнулся, оставил смазанный поцелуй на моих приоткрытых губах и отстранился, потеряв ко мне всякий интерес.

Я выдохнула, едва сдержав порыв стереть касания мужа с себя, и посмотрела в окно, на ровную, как игла, спину. Адам изменился, стал серьезнее и… серее, будто потерял все те краски, которыми был наполнен раньше.

Сигаретный дым взвивался в воздух, хотела бы и я так легко упорхнуть ввысь, чтобы не чувствовать, не дышать и не жить. Я не видела его лица, не видела действий. Только смотрела на черный пиджак и с остервенением засовывала свои эмоции обратно. Никто не должен узнать, что за каменной маской есть что-то еще.

Проклятый Адам Санчес.

Ладони все еще дрожали, а дыхание так и не пришло в норму после встречи с призраком. С прошлым, которое никогда не должно было настичь. Оно должно было остаться в темном гараже, залитом кровью и моими слезами. Я помнила ту ночь, помнила его крик, оглушающий и такой отчаянный. Он все еще стоял в ушах и снился холодными ночами.

Вот и сейчас вместо обеда я глотала слезы, вместо кофе пила отчаяние, а вместо любви познала только боль.

И я отрешенно наблюдала, как Вито нарезал стейк с кровью, представляя себя на месте этого куска. Жизнь с Вито поглотила меня точно с таким же аппетитом.

– Поешь, рыбка, скоро поедем домой. – Я вздохнула, пытаясь протолкнуть ком в горле глубже, избавиться от него, но ничего не вышло. Вито не получил от меня ответа, только робкий кивок головой. Я уставилась на ненавистный салат и все же наколола помидор на вилку.

Спустя час мы вернулись домой. Вито скользнул по мне заинтересованным взглядом, от которого по телу пробежали мурашки, но ничего не сказал и направился в кабинет. Я почти бегом поднялась по лестнице и закрылась в своей комнате, надеясь, что документы Санчеса утомят его настолько, что он не придет вечером.

Когда я оказалась в привычной тишине, в белой комнате с видом на мерцающее вдалеке море, стало проще. Но не настолько, чтобы не проигрывать в мыслях весь сегодняшний день.

Я надеялась, что Адам не понял, кто я, что он не узнал меня, что забыл. Хоть эта мысль и вызывала тупую боль под ребрами.

Прошло пять лет.

Я умерла для него, осталась лишь призраком в памяти. Привидением, которое утопилось в отчаянии.

Я зажмурилась, в ушах снова зазвенел его нечеловеческий крик в ту ночь, когда он увидел меня на полу. Я помню все в мельчайших подробностях. Тогда думалось, что я попала в центр самого ада, но это был только первый круг.

Я помню слова его отца, что не должна быть рядом с Адамом.

Глава 3. Адам

Тусклый свет библиотеки давил на глаза, но мне нужно было дочитать книгу. Большинство студентов уже разбрелись, сегодня в одном из общежитий устраивали вечеринку, так что в просторном, заставленном книгами помещении царили пустота и звенящая тишина – слышались только шорох страниц и мое дыхание.

– «Маленькая хозяйка большого дома», – шепотом произнесла девушка, опускаясь напротив меня. Я поднял голову, сместив брови к переносице. – Интересный выбор. – Незнакомка широко улыбнулась, водрузив сумку на стол и достав из нее несколько тетрадей. Я молча обвел взглядом черные блестящие локоны, тронутую испанским загаром кожу, пухлые губы и остановился на голубых глазах.

– Домашка по мировой классике, – буркнул я, желая поскорее вернуться к чтению. Экзамен уже завтра, а я до сих пор не продвинулся в подготовке. Признаться, если бы не мама, то ноги бы моей не было в этом колледже. Мне хотелось оказаться на вечеринке или в любом другом месте, кроме этой огромной и пустой библиотеки.

– Конец печальный, – заметила девушка, снова отвлекая от чтения. – По-моему, у взрослых людей не должно быть столько трудностей в принятии решений. Главная героиня ведь обрекла их обоих на боль. – Я не мог с ней спорить и протянул руку.

– Адам.

– Марго. – Ее маленькая ладонь утонула в моей. А в скором времени мы утонули