Огненная Рука - Андрэ Нортон Страница 3

«Нам понадобится целая жизнь этого, — тихо ответил он, подавляя сожаление, грозившее затопить его

голос.

«Я в этом не уверен, — сказал ему его напарник. — На твоём месте я бы планировал

продемонстрировать свои новые способности для одобрения Эвелин Риордан гораздо раньше.

Несколько дней — вот более реалистичная цель.»

2

МЕРДОК ПОЧУВСТВОВАЛ, как у него сжались грудь и живот. Он глубоко вздохнул, чтобы успокоиться, и затем твёрдо встретил голубые глаза собеседника. — Гордон, не шути об этом. Мне не смешно. .

Эш рассмеялся. «Успокойся, Росс Мёрдок. Боюсь, ты слишком жалел себя в ущерб своим мыслям.»

«Продолжай». Ему хотелось в красках рассказать, куда тот может засунуть это замечание, но оно было , точным, и сейчас его больше интересовал ответ, чем словесная месть за наблюдение.

«Рассмотрите этот вопрос с точки зрения Проекта. Пять опытных, очень дорогих Временных Агентов

внезапно исчезают, и на их месте возникает полноценная гавайканская цивилизация с доселе столь же

. .несуществующая флора и фауна буквально появляется на сцене. Как, по-твоемуова, они должны

на это отреагировать?

«Поставили портал так быстро, как только смогли собрать его наспех, и вернулись к нам.» Надежда

угасла в нём. Он не смел дать ей волю, пока нет. «Прошло три месяца, Гордон, — просто сказал он.»

«Наше время. Кроме того, возникла бы небольшая проблема разобраться с местными жителями, а затем

найти не только нужный период, но и точное время, месяц и неделю, и, возможно, даже день внутри него».

Росс повернулся к вечно бушующему океану. «Почему ты не сказал об этом раньше?»

Он вздохнул. «Потому что я не мог быть уверен. Было так много «если», так много вещей, которых я просто не знал, так много предположений и откровенных догадок. Ты мог бы

принять постоянное изгнание, Росс, но, возможно, годы или жизнь, полная неопределённости

и ожидания — я не собирался делать это с тобой. Я и сам слишком хорошо это прочувствовал».

Мёрдок быстро взглянул на него. «Прости». Он опустил голову. «Я был не очень полезен».

Гордон улыбнулся. «Ты сделал свою часть работы.»

— Вы сказали, дело в нескольких днях? — снова спросил младший агент, вновь чувствуя, как

в нем поднимается нетерпение. Нетерпение? Ему казалось, будто он возвращается к жизни.

Он кивнул. «Фоанна разделяли моё мнение и помогали мне высматривать какой-нибудь

сигнал о том, что прорыв может быть неизбежен». Он поморщился. «Если точнее, я пытался

помочь им. Леди Ынвальда обнаружила кое-что вчера утром, начало возмущения, которое, похоже, и есть то, чего мы ждали».

— Может быть, — резко сказал Росс. Космолётчики уже однажды прошли через земные временные врата, сея хаос на

всех уровнях, и даже все представители их собственной расы не могли считаться друзьями. Человечество вечно

проклято своими разногласиями, и существуют другие проекты, подобные Проекту, операторы которых использовали

бы их так же жестоко, как любой корабль с Лысыми, жаждущими мести, если бы им представился хоть полшанса.

«Мы не будем стоять там с широкими улыбками и распростёртыми объятиями, когда — если —

эти врата откроются, пока мы не будем чертовски уверены, кто через них проходит и зачем.»

Взгляд Мёрдока снова устремился к океану. «Гордон, а как насчёт Карары? Для неё нет пути назад. И

не может быть.»

«Она агент,» — тихо сказал другой.

«Она была. Теперь она Фоанна или их создание. Если она вернётся с нами, мозгоправы просто схватят

её и разберут на части или попытаются это сделать. У неё больше никогда не будет никакой жизни.»

Росс смотрел на счастливое трио, сам испытывая боль при мысли о том, что им, возможно, придётся

так скоро вынести, что было в значительной мере хуже его собственных недавних страданий.

Пострадают все трое. Такова была их связь: то, что причиняло боль человеку, причиняло бы боль и

морским млекопитающим. «Хавайка, эта Хавайка, теперь место Карары. Пусть она останется, и

дельфины тоже, если они все согласны. Просто скажи начальству, что они не пережили бой.»

Ты щедр, Младший Брат, и благословен. Уметь чувствовать и чувствовать чужую боль —

немалый дар, хотя и не всегда легкий для того, кто им обладает.

Это прозвучало не в его ушах, а прямо в его сознании. Росс к тому времени уже привык к

методу мысленного общения Фоанны, но ему пришлось заставить себя ни вздрогнуть, ни

открыто нахмуриться, когда он повернулся лицом к источнику этих мыслей-слов.

Воздух перед ним задрожал. В следующее мгновение он, казалось, сжался и превратился в. .

фигуру в сером плаще, леди И́нвальду, увидел он, когда она позволила глубокому капюшону

откинуться, а атмосфере достаточно устояться, чтобы терране могли узнать её.

Он чувствовал раздражение и не заботился о том, заметит ли новоприбывший его досаду. Ему не нравилось, что его постоянно застают врасплох таким образом, и ему не нравились эти театральные эффекты. Он также

не видел смысла продолжать их, по крайней мере, что касалось Агентов Времени. С Рейнджерами и

Разрушителями дело обстояло иначе, охотно признал он, но его и Гордона не нужно было впечатлять.

«Добро пожаловать, Леди, — сказал Эш, как и подобало ему как предводителю людей. — Вы слышали наше обсуждение?»

«Отчасти, — ответила она певучими интонациями речевого языка своего вида».

Ингвальда повернулась к Мёрдоку. Он почувствовал тень веселья, вызванного его досадой, но её голос и то, что он мог прочесть в её выражении, были серьёзны, когда она заговорила.

«Вам не нужно бояться за нашу сестру, — заверила она его. — Она может защитить себя и

не пройдёт ни через одни из врат вашего народа.»

«Если только она сама не решит это сделать», — тихо ответил он.

Фоанна мгновение оценивала его. «Ты прав, Младший Брат, — мягко сказала она. —

Это решение принадлежит только ей. Я принимаю упрёк».

Эш выдохнул, задержанный воздух. Всё чаще и чаще Росс превосходил самого себя, чаще всего

когда дело касалось прав других. «Я поговорю с ней, когда она сойдет на берег,» — пообещал он,

«хотя думаю, мы все можем быть достаточно уверены в её ответе, а также в ответе дельфинов.»

Глаза Гордона сузились, даже когда он боролся, чтобы сдержать надежду, бурлившую внутри него. — У вас

есть для нас новости, леди?