Огненная Рука - Андрэ Нортон

Огненная Рука. Пятая книга

серии «Торговцы временем»

Андре Нортон и П.М. Гриффин

Tom Doherty Associates

ISBN:0812519841

1

ГЛАЗА РОССА МЕРДОКА скользнули к пляшущим языкам пламени небольшого костра, который

он развел. Огонь. Древний символ дома и очага. Источник тепла и света. Союзник человечества

против тьмы и вещей, реальных и воображаемых, что таятся в ней. Друг человека. Враг

человека. Огонь мог и ранить, о чем свидетельствовали его опаленные лицо и руки.

Даже в этом помог его адъютант. Боль, чистая физическая агония, прорвала цепь ментального

принуждения, которой звездолётчики пытались связать его и подчинить своей воле.

Гнев вспыхнул внутри него, взметнувшись, как языки его костра. Чужаки охотились на него

уже несколько дней, неумолимо преследуя, пока он с отчаянными усилиями пробивался

вниз по реке, стремясь достичь этого места встречи. Они искали его и обратили против него

ужасающую силу своего разума, пытаясь сломить его, заставить вернуться к ним. Каждый

шаг, который он делал, был борьбой с собственным телом, и когда он был вынужден

уступить потребности во сне, ему приходилось привязывать себя к дереву или корню, чтобы

в бессознательном состоянии не повернуть назад и не сдаться им.

Он поднял голову. Раненый, голодный, измученный, он всё же добрался. Он опоздал, но был

здесь. Он был свободен и отразил их первую атаку.

Он останется свободным. Удастся ли ему каким-то чудом вернуться в своё время или ему

суждено остаться в Бронзовом веке, проживёт ли он ещё долгие годы или умрёт относительно

скоро от нужды или насилия, он погибнет от силы, порождённой его собственной Землёй.

Лысые не получат его и не будут им править.

Мердок взглянул на оружие, зажатое в правой руке. Оно не выглядело чем-то, способным

противостоять сокрушительной силе пришельцев, — всего лишь горящая головня, выхваченная из

костра из плавника, — но она справится с задачей, если у него хватит смелости её использовать.

Они атаковали снова, полные решимости сокрушить его необъяснимое сопротивление, но Росс

приготовился к взрыву боли в голове. Его разум оставался его собственным. Он мог думать и

контролировать мышцы, которыми должен был воспользоваться.

Его левая рука распласталась на широкой поверхности валуна рядом с ним. Намеренно, безжалостно он опустил пылающую головню. .

Росс сел, подавляя крик, который разбудил его от шока. Его сердце всё ещё бешено колотилось

от ужаса сна, и прошло несколько мгновений, прежде чем он смог полностью взять себя в руки.

Проклятье этим Лысым! Проклятье каждому из их трижды проклятого племени! Он без

труда встречал воспоминание о той первой схватке воль в часы бодрствования, но слишком

часто его спящий разум цеплялся за ужас и боль.

Что ж, на этот раз он был виноват сам. Если он устал после утренних занятий, ему следовало

освежиться, поплавав, а не развалившись под этим деревом, как какой-нибудь турист в отпуске на

Терре.

Агент Времени поднялся на ноги и прошёл по широкому пляжу до самого края моря. Он глубоко .

вздохнул, позволяя чистому воздуху вытеснить последние цепляющиеся тени неприятного сна.

Открывшаяся перед ним сцена была прекрасна, но он изучал её мрачно, без малейшего чувства

удовольствия, которое она вызвала бы при других обстоятельствах.

Ярко-голубое небо сливалось на горизонте с бескрайним синим океаном, который здесь, на мелководье, переходил

в изысканный бирюзовый цвет. Вода была тёплой, идеально подходящей для купания, без малейшего шока от

. .тепло тела, встречающееся с прохладной жидкостью при погружении в нее. Воздух тоже был идеальным, жарким, но настолько освеженным постоянными морскими бризами, что никогда не был душным или изнуряющим.

Всё было идеально в этой Гавайке далёкого прошлого. Так чертовски идеально. .

Росс Мёрдок прижал изуродованные шрамами пальцы левой руки ко лбу, но затем взял себя в

руки. Они были в ловушке, бесповоротно, и должны были остаться здесь до конца своих дней. Ему

нужно было принять это и сделать всё возможное, чтобы выжать из этого лучшее, создать для себя

хоть какую-то осмысленную жизнь.

Он не мог! Он мог и будет вносить свой вклад, это верно, но его ничто не удерживало, абсолютно нечему было посвятить себя душой и сердцем с тех пор, как он и его товарищи, люди и дельфины, объединили силы с местным населением и прогнали межзвёздных

захватчиков, стремившихся уничтожить все основные формы жизни этого мира.

На мгновение в его бледно-серых глазах вспыхнул огонь. С тех пор как он волей-неволей стал частью Проекта и

отправился в далёкое прошлое на родной Терре, он сталкивался с теми древними, смертоносными звёздными

путешественниками, которых называл Лысыми из-за их увеличенных, безволосых голов. Они были врагами его

кошмаров и существами, достойными кошмаров, со своим высокотехнологичным оружием, устрашающими

способностями ментального контроля и, казалось бы, абсолютным пренебрежением к формам жизни, отличным

от их собственной.

Он поднял голову. В тот раз он одолел их. Он был частью команды, которая захватила один из их

звездолетов и отдала его Терре, а также библиотеку путевых записей, которая открыла его

собственному виду звезды и вращающиеся вокруг них планеты. Он помог одолеть тех же убийц здесь.

Свет снова покинул его, и он вздохнул. Хаваика была одним из миров, куда записи Лысых привели

земных исследователей. Они нашли планету-лотос, лишённую каких-либо крупных форм жизни

или истории жизни — пока он, Гордон Эш, Карара Трехерн и её спутники-дельфины, Тинорау и

Тауа, не были перенесены в прошлое планеты, как раз в то время, когда жестокая древняя раса

завершала свой необъяснимый план по уничтожению всей местной жизни. Они помогли

объединить народы — ибо здесь жили две различные расы — и возглавили финальную атаку, которая прогнала захватчиков. Потеря врат, через которые они пришли, была доказательством их

конечного успеха. Успех и жизнь для Хаваики, гибель для него и его спутников.

Молодой человек сделал долгий, прерывистый вдох. С исчезновением их врат они оказались заперты

во времени, в истории этого чуждого мира, навсегда отрезанные от своей эпохи, своего народа, своей

работы. Прошло три месяца с той великой битвы. Три месяца, а казалось, что три года. Или тридцать. .

Он нахмурился, когда всплеск и смех проникли в его задумчивость. Стройная женщина поднялась, выпрыгнула из воды примерно в двадцати ярдах от него, а в следующий миг за ней последовали

две восхищённые серебристо-голубые формы, радующиеся так, как умеют только дельфины в игре.

Росс помахал рукой, потому что от него ожидали какой-то реакции, но быстро отвернулся и

направился к скалистому образованию