Последний выживший самурай. Том 1 - Сёго Имамура Страница 4

– Мы не можем открыть, кто мы такие, но готовы ответить на вопросы о наших правилах. – Эндзю медленно обвел людей взглядом.

– Главные ворота храма-то здесь, но как вы узнаете, что пройдены остальные точки? – выкрикнул кто-то.

– Наши друзья обязательно дадут вам знать. – В словах Эндзю чувствовалась полная уверенность. Видимо, за участниками будут наблюдать. Значит, организация довольно большая?

Немного поодаль от Сюдзиро поднял руку мужчина, похожий на профессора. Эндзю, как бы разрешая ему высказаться, повел ладонью.

– Похоже, это соревнование – поход до Токио, но такое количество людей на Токайдо привлечет внимание. Что делать, если нас заметят полицейские?

Хотя и издалека, но было видно, как Эндзю слегка улыбнулся.

– Разве мы об этом уже не говорили?

Четвертый пункт правил гласил: никому нельзя и словом обмолвиться о предприятии, что, по-видимому, включает и полицейских. Наверное, Эндзю намекал, что вопрос глуп. В голосе слышались насмешка и угроза, и профессор тихо пробурчал что-то и замолчал.

«Похоже на то», – пробормотал про себя Сюдзиро. Все это дурно пахло. Словно тонкий смрад смертельной ловушки стелется вокруг, заполняя собой все пространство.

Всего десять с лишним лет назад страна была охвачена безумием. Люди обсуждали государственные дела, сидя на татами, а затем, не успев даже допить чай, выбегали на улицы и начинали убивать. И страшное зловоние, которое будто растекалось вокруг, очень напоминало запах той эпохи.

Сюдзиро тоже был жертвой того времени. Поэтому смириться с вонью оказалось не так уж сложно. Такую огромную сумму, как сто тысяч иен, которой хватит на развлечения на все десять жизней, не заработать за один день. Чем более необычно условие, тем выше к нему доверие.

– Получу ли я оплату по прибытии в Токио? – прозвучал следующий откровенный вопрос.

– Прибытие в Токио – это, так сказать, лишь половина пути. Вторая половина будет в Токио. Тому, кто ее пройдет, мы выплатим деньги.

– А что это за вторая половина? – Лица спрашивающего не было видно, но голос звучал иначе.

– Об этом я расскажу, когда мы встретимся в Токио. Веселье лучше оставить на потом, не так ли? – с ухмылкой ответил Эндзю.

И все же это необычное и странное мероприятие. Многие явно взволнованно оглядывались. Однако были и те, кто хотя и с трудом, но сохранял спокойствие. Легко представить, что они прошли через немало испытаний.

– Как заработать очки? – раздался новый голос из толпы.

Это был единственный вопрос, который Сюдзиро тоже хотел бы задать.

– Каждый получил по деревянному жетону. Это один балл. То есть каждый с самого начала имеет по одному баллу…

Эндзю неприятно усмехнулся, и Сюдзиро почувствовал, как по его спине пробежал леденящий озноб. Глядя на затаивших дыхание людей, Эндзю раскрыл ладони и громко воскликнул:

– Забирайте их – способ неважен!

В этот раз шум поднялся громче прежнего. Уже не просто одиночные возгласы, они сливались в многоголосый хор.

– Ваши текущие баллы будут сообщены другим участникам по нашему усмотрению. На этом с вопросами покончено. Начнем, когда я досчитаю до трехсот. Прошу вас немного подождать. – И Эндзю с вызывающей улыбкой медленно закрыл глаза.

Счет до трехсот означал, что все начнется через пять минут – в соответствии с принятым с эпохой Мэйдзи способом отсчитывать время. Некоторые люди, возмущенные тем, что больше нельзя получить ответы, выкрикивали новые вопросы. Однако Эндзю продолжал стоять с закрытыми глазами и молчать. Другие советовались с соседями, пытаясь понять его истинные намерения. Самые нервные просто метались из стороны в сторону.

Лишь немногие быстро поняли истинный смысл слова «кодоку». Поведение тех, кто все же разобрался, можно было разделить на две группы.

Одни готовили оружие, которое принесли с собой, разворачивали белые полотна, под которыми прятали мечи и копья. Сюдзиро тоже снял ткань с нагинаты и сунул ее за пояс.

Другие же решили бежать. Один, дрожащий от страха, с криком бросился прочь. Это послужило сигналом для нескольких человек, и они тоже выскочили из толпы. Неудивительно, что под влиянием общего настроения они поступили одинаково, но почему только несколько? Может, потому, что все присутствующие были очень смелы? Нет, скорее, их ослепила жажда наживы. Без богатства они ничто, лишь люди, у которых нет никаких перспектив или надежд в жизни.

Эндзю улыбался с закрытыми глазами. Через некоторое время от главного входа донесся вопль. Вскоре оттуда прибежали два человека. Один споткнулся и упал, другой замахал руками, крича:

– Убили!

– Что ты сказал?! – посыпались на него вопросы.

– Люди у главного входа! Всех, кто пытался сбежать…

Кажется, их было восемь. Двое вернулись, но шестеро, вероятно, уже не в этом мире. Все вокруг пришли в смятение, и было трудно понять, что произошло, но из обрывков складывалось следующее: перед главными воротами стояли люди в черном, которые, не колеблясь, зарубили тех, кто пытался сбежать.

Те, кто бежал последним, увидев брызги крови, бросились обратно.

– Что за чушь?!

– Зачем вы это делаете?!

– Как вы посмели?!

– Если не ответите, пожалеете!

Голоса сливались, и среди оглушительных ругательств Эндзю все же открыл глаза.

– Молчать! – Необычайно громкий окрик мгновенно лишил всех дара речи. – Правило номер шесть – никакого дезертирства в середине пути. Если деревянный жетон снят с шеи, это будет считаться дезертирством. И далее правило номер семь: если вы нарушите все вышеперечисленное, вас накажут соответствующим образом. Я предупреждал.

– Не может быть… Я не думал, что придется рисковать жизнью…

Воцарилась тишина, и эти слова, прозвучавшие из уст чьих-то уст, были полны скорби. Наконец все осознали, насколько происходящее немыслимо.

– Вы же не думали, что получите столько денег просто так? – Теперь голос Эндзю стал тихим, почти не слышным. Осталось меньше трех минут. Никто не понимал, что происходит и как поступить, и всех охватила странная напряженность.

2

– Довольно. Прекрати паясничать. – Из толпы к ступенькам храма выступил мужчина. Ему бы подошли европейский костюм и короткая стрижка, но он был одет так же, как и все, в традиционные одежды, носил приличествующую прическу и рёто на поясе. – Четвертый отдел полиции префектуры Киото.

В одно мгновение все замерли.

После реставрации Мэйдзи и ряда изменений полицейские функции возложили на солдат, вышедших из самурайского сословия, в основном из Сацумы и Сёго. Однако четыре года назад, в седьмом году Мэйдзи[13], появилось Токийское полицейское управление, на которое легла задача поддержания порядка в столице. В то же время в каждой префектуре были созданы