Убийства в Башне пяти элементов - Ши Чэнь Страница 22

3

Перед нами сидел отец погибшей. Его звали Ван Цунцзюнь, и в этом году ему исполнялось пятьдесят восемь лет. Внешне он не выглядел на свой возраст – на его лице было не так много морщин. Черты его лица выдавали кровное родство с погибшей.

– Кто убил мою дочь? – Это было первое, что он сказал, когда увидел нас.

– Мы проводим расследование. Господин, пожалуйста, поверьте нам, мы обязательно поймаем убийцу.

Чжану из уголовной полиции, который сидел рядом со мной, подобные сцены в участке были хорошо знакомы.

– Поверить вам?.. Ну, найдете вы его, и что дальше? Моя дочь ушла навсегда… – Мужчина закрыл лицо обеими руками и заплакал. – У меня больше ничего нет, единственное мое сокровище и надежда исчезла…

– Но вы можете получить значительную страховую выплату, – холодно произнес Чэнь Цзюэ.

Плечи Ван Цунцзюня внезапно перестали трястись; он поднял голову и пристально посмотрел на Чэнь Цзюэ. Я понял: что-то не так. Как раз в тот момент, когда я думал, что сказать, Ван Цунцзюнь внезапно взревел:

– Страховые выплаты?! Неужели ты думаешь, что я убил свою собственную дочь? Она мертва! Для чего мне эти деньги? А? Скажи на милость…

– Господин Ван, пожалуйста, не сердитесь; мой коллега не это имел в виду. Он просто хотел утешить вас. Но этот человек сначала говорит, а потом думает; пожалуйста, не принимайте это близко к сердцу. – Тан Вэй, встав, начала извиняться.

Чэнь Цзюэ всегда саркастичен. Не думаю, что он когда-нибудь избавится от этой дурной привычки.

– Вы, полицейские, такие ублюдки! Вы абсолютно никчемны!

М-да, на этот раз он перегнул палку… Но я подавил гнев, сочувствуя его горю по поводу утраты дочери. Иначе я преподал бы ему хороший урок!

Тан Вэй, виновато улыбнувшись, сказала:

– Господин Ван, пожалуйста, мы просим вас сотрудничать с нами. Мы тоже хотим как можно скорее поймать убийцу вашей дочери, и, поверьте, у нас есть возможности для этого.

Похоже, господин Ван был тронут ее искренностью.

– Просто спрашивайте всё, что вам нужно, – сказал он. – Я обязательно расскажу вам все, что знаю.

– Спасибо. Тогда начнем. Вы когда-нибудь слышали, что у вашей дочери есть враги? – спросила Тан Вэй.

– Враги? Это совершенно невозможно! Моя дочь была человеком большой души, и я знаю это как никто другой. Еще будучи ребенком, она никогда не ссорилась с другими детьми, даже если те издевались над ней. Это очень похоже на ее мать… – Говоря об этом, Ван Цунцзюнь снова начал всхлипывать. – Жаль, что никого больше нет, все ушли…

– У нее были близкие друзья?

– Вы имеете в виду парня?

– Можно и так сказать.

– Да вроде был, но я не могу вспомнить его имени… Я видел его только один раз, случайно, на перекрестке. Дочь сказала мне, что он сотрудник одной компьютерной компании. Очень красивый парень. Господи, да как же его зовут… Чжан…

– Чжан Цзянь? – спросила Тан Вэй, глядя в свой блокнот.

– Да, именно так. – Ван Цунцзюнь закивал.

– Господин Ван, спасибо вам. Если у нас появятся какие-либо вопросы, мы потревожим вас снова, а сейчас, пожалуйста, прошу меня простить: нам нужно идти.

Поговорив, мы встали и собрались уходить. Господин Ван, кивнув, тоже встал. Тан Вэй приказала Сяо Чжану отвезти его домой на машине и быть поосторожнее на дороге.

На заплаканном лице Ван Цунцзюня я и вправду прочел печаль. Конечно, у него имелся мотив убить свою дочь ради огромной страховки, но я все равно хотел верить, что этот человек не убийца, что он не из тех людей, которые могут продать свою душу за деньги.

– Дальше к Чжан Цзяню? – спросил Чэнь Цзюэ.

– Да, поедем прямо к нему домой. – Тан Вэй взяла со стола ключи от машины.

Дом Чжан Цзяня находится недалеко от полицейского участка, примерно в десяти минутах езды, недалеко от Сыпина. По адресу, который дал нам Сяо Чжан, мы нашли его. Дверь открыла мать Чжан Цзяня. Когда она увидела полицейскую форму Тан Вэй, выражение ее лица изменилось; она занервничала.

В это время из своей комнаты вышел сам Чжан Цзянь. Он успокоил свою мать и попросил ее вернуться в свою комнату, а мы объяснили ей, что пришли только для того, чтобы разобраться в ситуации с Ван Цзялу. Чжан Цзянь попросил нас посидеть немного в гостиной, а затем приготовил нам чай. Когда парень протягивал нам чашки, я заметил, что он делает это левой рукой.

– Как долго вы встречались с Ван Цзялу? – прямо спросила Тан Вэй.

– Два года, – ответил Чжан Цзянь. Он выглядел весьма элегантно; очки в черной оправе и красно-белая клетчатая рубашка придавали ему одухотворенный вид.

– Как вы познакомились? – спросила Тан Вэй, делая пометки.

– Мне ее представила моя подруга.

– Какая подруга?

– Моя однокурсница из колледжа по имени У Сяовэнь; сейчас она работает учительницей китайского языка в средней школе Аньту. Она познакомила меня с Ван Цзялу. – Чжан Цзянь говорил тихо, но я слышал его отчетливо.

Тан Вэй записала имя «У Сяовэнь» в свой блокнот и продолжила спрашивать:

– Не знаете ли вы, были у нее когда-либо враги или люди, с которыми она конфликтовала?

Чжан Цзянь покачал головой:

– Я очень хорошо знаю Ван Цзялу. Конфликты с другими людьми для нее немыслимы. Она очень добрый человек; даже если б кто-то провоцировал ее на ссору, она не поддалась бы эмоциям. Можно даже сказать, что в некотором смысле она труслива. Я это к тому, что если вы считаете, что Ван Цзялу могла кого-то оскорбить и подвести его к мысли о ее убийстве, я не думаю, что это возможно.

– Как вы полагаете, с Ван Цзялу в последнее время было что-то не так?

– Абсолютно точно – нет, – уверенно сказал Чжан Цзянь. – Всего два дня назад мы вместе ходили в парк; я повел ее смотреть на тигров, львов и других животных. В тот день она была в очень хорошем настроении, и на ужин мы приготовили барбекю прямо в парке. Кстати, в тот день Ван Цзялу сделала много фотографий.

– Где вы были в ночь преступления? – прямо спросил я.

– В тот вечер мы с Ван Цзялу договорились о совместном походе в кино. Но неожиданно, уже выйдя на улицу, она вдруг почувствовала головокружение. Сказала, что простудилась. Я решил, что будет правильным дать ей хорошенько отдохнуть дома, а сам пошел играть в бильярд с друзьями.

– У вас есть алиби на время между одиннадцатью вечера и двумя часами ночи?

– Дайте подумать… Мы играли в бильярд с одиннадцати до