Я уничтожу K-pop - Дохэ Ли Страница 2

В голове то и дело прокручивались многочисленные сцены из триллеров и ужастиков (пусть я и смотрела такие фильмы всего несколько раз в жизни). В моем воображении разворачивались мрачные картины: торговля людьми или наркотиками, печать фальшивых денег – в общем, все то, что вполне могло происходить на втором этаже любого книжного магазина.

«Пожалуй, лучше все-таки туда не идти», – решила я в пятницу на шестом уроке, за пять минут до окончания всех занятий. Я пришла к заключению, что уж лучше получу от мамы подзатыльник, не оправдаю ожиданий старшего брата и после нескончаемых упреков и ссор буду вынуждена обратиться к психологу, чем пойду на встречу какого-то странного клуба.

Я смотрела в окно на трибуны школьного стадиона и все сильнее убеждалась в правильности своего решения, когда ко мне подошла учительница, ответственная за библиотеку:

– Ты не могла бы прийти завтра в школу? – спросила она.

– Что? Завтра? Но завтра же выходной…

– Книжный магазин «Мими» пожертвовал книги в школьную библиотеку, но мне нужна помощь, чтобы их сюда принести. Если придешь, я зачту это в твоем личном деле как волонтерскую деятельность.

– Но…

Почему же в корейской системе образования все всегда сводится к принципу «ты – мне, я – тебе»?

– В библиотеке не хватает людей для этого.

Что ж, мне действительно не хватало волонтерских часов. К тому же, если пойду с сотрудниками библиотеки, будет проще ускользнуть с той подозрительной встречи.

«Просто возьму книги и уйду. Так я даже не нарушу свое обещание».

Быть образцовым учеником не означает следовать всем правилам без исключения. Иногда нужно искать обходные пути, а иногда можно прибегать и к уловкам. Последняя реплика Мими все же вызывала у меня легкое беспокойство, поэтому я с радостью приняла предложение учительницы.

Но в субботу я поняла, что все это было лишь частью плана бабушки Чхунчжа.

* * *

Учительница предала меня слишком легко, разрушив то доверие, которое мы выстраивали в течение двух лет, и позабыв мимолетные, но драгоценные сердцу совместные воспоминания.

– Все что-то запаздывают, так что иди первая в книжный. А остальные подойдут чуть позже.

Но даже тогда, встретив учительницу на перекрестке возле школы, я и подумать не могла, что все это часть одного большого хитрого плана. Сколько ни получай пятерок, в противостоянии добра со злом от них толку мало.

На входе в книжный магазин я увидела табличку «Закрыто», но стеклянная дверь, скрипнув, легко открылась.

– Ты пришла, отлично.

Передо мной стояла Мими: она была одета в темно-синюю юбку и свитер, связанный из толстых пурпурных ниток. Первое впечатление меня не подвело – она и правда была модницей.

– Меня учительница попросила забрать книги.

– Книги? Какие книги?

Услышав это, я ощутила гудящую пустоту в голове. Мими, не обращая внимания на изменения на моем лице, осмотрела меня с головы до пят. Я была в коричневом меховом худи, которое досталось мне от старшего брата, в черных джинсах прямого кроя и серых кроссовках. Мими натянула капюшон мне на голову.

– Так намного лучше. Деточка, нам пора подниматься наверх.

Лучше? Что именно лучше? Не успев осознать реальность, я почувствовала, как ее морщинистая рука резко потянула меня за собой. Все же Мими сильно отличалась от обычных бабушек ее возраста.

Я поднималась по слишком узкой лестнице, позади, ни на шаг не отставая и будто преграждая мне путь к отступлению, шла Мими. От волнения меня бросило в пот, но я продолжила подниматься. Приятно пахло корицей и мандаринами. Старые ступеньки скрипели, издавали неприятный шум, напоминающий о фильмах ужасов. Я судорожно сглотнула ком в горле.

Второй этаж представлял из себя мансарду под наклонной крышей. Всюду стояли высокие стопки книг. Единственное окно было занавешено шторами нежного зелено-бежевого цвета, а в центре стоял большой круглый стол, накрытый белой скатертью с изображением ананасов и цветов, вокруг него – восемь стульев, похожих на ресторанные. Четыре из них были свободны, а на других четырех сидели участники встречи, с любопытством меня разглядывающие. Один из них тут же спросил:

– Мими, это она?

– Да. Пришлось, конечно, потрудиться, чтобы заманить ее, но в итоге она здесь.

Участники этого странного книжного клуба были и одеты странно: один сидел в красной бейсболке, другой – в желтой кепке с прямым козырьком, третий – в фетровой шляпе-федоре, а последний использовал козырек от солнца, практически полностью закрывающий лицо. Все посмотрели на меня и стали указывать на свободные места. Я обернулась к Мими и увидела, как она безразлично наклонила голову в знак одобрения. Как зачарованная, я села на место, на которое указывала «красная бейсболка». Под ней скрывалась обычная девушка двадцати пяти – тридцати лет с волосами средней длины.

– Добро пожаловать.

Я не могла произнести ни звука.

– Да ты будто совсем оцепенела, – произнес мужчина в федоре, сидящий напротив девушки в красной бейсболке и рядом со мной. Он любезно пододвинул ко мне чашку с изображениями фиалок.

– Это ча-чашка Бродяги! И ме-место то-тоже ее! – недовольно произнес тощий бледный парень в желтой кепке. Но его тут же мягко упрекнул мужчина в федоре:

– Да ладно тебе, Кило. Бродяга же сегодня не пришла.

Девушка в красной бейсболке тихо пробормотала:

– Будто кто-то еще не знает, что вы душевные родственные души. Но ничего не поделаешь. Сейчас именно этой девочке необходимо тепло.

– Эко, выражение «душевная родственная душа» избыточно и некорректно, – любезно заметил мужчина в федоре, но девушка в красной бейсболке, не обращая никакого внимания на его слова, налила чай в пустую чашку. В воздухе разлился аромат корицы и мандаринов.

– Что тут происходит? Кто вы все?

– Мы участники книжного клуба. Тебе Мими разве не говорила?

Говорила, но это собрание совсем не напоминало обычный книжный клуб. Я не могла перестать поглядывать на женщину в козырьке, которая до сих пор не проронила ни слова и сидела, скрестив руки на груди. С тех пор, как я вошла в комнату, она не сделала ни малейшего движения, будто была статуей в музее, а не человеком. Ее взгляд, казалось, был устремлен в пустоту.

– Попей, станет лучше. Это чай из мандаринов высшего качества. Сестра Мими сама выращивает их на Чечжудо[1].

Я лишь слегка прикоснулась губами к чашке. Кто знает, какие неприятности могут со мной произойти в этом странном месте, на втором этаже старой книжной лавки, где сидят такие подозрительные люди. Тем временем все четверо, не замечая мои опасения, начали потягивать чай.

Обернувшись, я заметила, что бабушки Мими не было – видимо,