Мороз по жести - Андрей Викторович Рубанов Страница 10

Его кипарисовое изваяние пребывало в храме – неизвестно, в каком именно, – вплоть до 1722 года. В тот год все подобные статуи, скульптуры, круговые фигуры были признаны не соответствующими канону, недостаточно красивыми, и по приказу Святейшего синода удалены из всех церквей и монастырей. С того времени и вплоть до нынешнего дня православных святых разрешено изображать лишь двухмерно, на досках, на иконах.

В третьем десятилетии XVIII века, в царствование Петра Алексеевича, Великого, кипарисовое изваяние святого Иоанна Власатого вынесли из храма, а затем то ли разбили полностью, то ли частично, то ли закопали, то ли сожгли, то ли начали жечь, но вытащили из огня, то ли вообще не сжигали и не разбивали, а просто спрятали, а потом хранили – опять же неизвестно, как тщательно.

Так эта статуя пребывала вне храма; может быть, валялась в овраге, может, лежала у кого-то в углу сарая, может, её сберегали, а потом перестали, может, вообще не сберегали – но нашли только спустя примерно двести семьдесят лет.

А после – починили, подновили, удалили сгнившие куски, приобрели за большие деньги новые фрагменты кипарисового массива. Чтобы полностью восстановить истукана, нужно использовать тот же материал. Если фигура издолблена из тысячелетнего дуба – следует изыскать такой же дуб. Если из кипариса – значит, ищи такой же кипарис.

Меня восстановил великий резчик деревянного народа именем Антип Ильин, сам истукан.

Когда моё кипарисовое тело было полностью восстановлено – в него вдохнули, вместили Невму, Святой Дух, и так я стал живым.

Таинство поднятия творил ещё один истукан, его звали Читарь.

А помогали ему другие истуканы, ростовские, двое: Авраамий Ростовский и Анна Дмитриевна Кашинская.

Впоследствии Читарь погиб мученической смертью, был изрублен в куски своим же товарищем.

Авраамий и Анна – и поныне моя родня, семья.

Я не святой юродивый Иоанн Власатый. Я – его деревянный рукотворный образ, а попросту говоря – его копия; причём неизвестно, насколько она близка к оригиналу.

Летописи утверждают, что Иоанн пришёл в Ростов уже пожилым человеком, в возрасте не менее шестидесяти лет, а то и старше. Сам же я – копия того, настоящего, моего отначальника – ощущаю себя на тот возраст, в каком сейчас нахожусь, то есть на двадцать шесть лет. Мышление шестидесятилетнего я постичь не могу, да и не надо.

Я никогда не состарюсь, мне всегда будет столько, сколько сейчас.

О чём думал мой отначальник – я ничего не знаю, не помню.

Всё, что я знаю, я знаю из церковных летописей. Указанные в них факты я сопоставил с трудами профессиональных историков. Вышло скудно, но по крайней мере связно.

Я мыслю себя как самостоятельное существо. Пусть я копия – но жизнь у меня своя.

Весной года 7079-го от сотворения мира, а от рождества Христова 1571-го армия крымского хана Девлет-Гирея подошла к Москве. Армия насчитывала до ста тысяч всадников и была усилена отрядами турецких янычар. Хан Девлет отнюдь не собирался атаковать столицу, лишь пограбить предместья, но обнаружил, что Москву защищают только малочисленные стрелецкие отряды: основные силы русского войска вели боевые действия на северо-западе страны. Шла изнурительная Ливонская война.

Хитростью обойдя русские заслоны, хан Девлет-Гирей обрушился на Москву, разорил её и сжёг. Основной добычей стал богатейший ясырь – люди, угнанные в рабство, до пятидесяти тысяч молодых мужчин, женщин, подростков и детей. Их потом продали в Турцию: молодых баб – для удовлетворения сладострастия, мужчин – на галеры. А ещё примерно столько же слабосильных стариков, младенцев и женщин поумирали от разора, с голодухи или от эсхатологического отчаяния.

В начале мая того года, узнав о приближении крымско-турецкого войска, царь Иван Васильевич IV, Грозный, поспешил уехать из Москвы в Ростов Великий.

Примерно понятно, почему Иван Грозный бежал от нашествия крымчан именно в Ростов: он надеялся, что святая Ростовская земля даст если не защиту от поганых иноверцев для всей России, то хотя бы крепкое укрывище для её властителя.

В том же самом 1571 году в том же городе Ростове появился человек по имени Иоанн, блаженный и юродивый Христа ради. Впоследствии он станет известен как Иоанн Милостивый, Власатый.

Летописи утверждают, что изначально Иоанн пришёл в Москву из немецких земель, а уж затем переместился из Москвы в Ростов.

Можно предположить, что Иоанн из Москвы бежал, так же как и его тёзка царь Иван, перед угрозой вторжения крымско-татарско-турецкой армии.

Ещё более смелым будет предположение, что Иоанн Власатый был знаком с Иваном Грозным, а возможно, даже и приживался при нём. Царь Иван любил юродивых, в его правление юродство на Руси процветало. Грозный был царём истово верующим, богобоязненным, он верил, что Святой Дух воплощается в уродцах, безумцах, дурачках.

Юродство не есть безумие. Юродство считается добровольно принятым на себя обязательством; юродивый – это не дурачок, не сумасшедший; часто это человек хорошо соображающий, умный. Юродство он принимает как модель поведения, как социальный манёвр. Для себя он может оставаться рассудительным, трезвым и рациональным.

Само слово “юродивый” восходит, по всей видимости, к понятию “урод”, то есть урождённый, родившийся, как все, по воле Бога и природы, – но не таким, как все. Урод, уродливый, юродивый. “Урод” в смысле: родятся всякие, вот и такой уродился, “урод”, ну и пусть живёт.

Сейчас мы не можем знать, какой вид и характер имело юродство Иоанна Милостивого. Известно лишь, что своего дома он не имел, ночевал на папертях, или в притворах храмов, или у сердобольных людей – кто пустит.

Был он, как сообщают, знатного рода, образован, говорил и читал по-гречески, с собой имел Псалтирь, писанную на латыни.

До конца неясно, почему его прозвали Власатым: то ли потому, что имел длинные волосы и бороду, то ли потому, что носил власяницу – рубаху из козьей шерсти. Либо прозвище получил по обеим причинам. Но если уж его прозвали Власатым – наверное, волосы у него были действительно длинные: он их попросту не укорачивал.

Так и я, его образ, поднятый спустя столетия, имею длинные волосы до плеч и бороду – правда, совсем короткую. Молодые парни сейчас носят бороды, это модно. Так что я не выделяюсь из общей массы.

В любом случае Иоанн Власатый и царь Иван Васильевич Грозный оказались в Ростове в один и тот же год.

Далее их пути разошлись: Иоанн остался в Ростове, царь Иван отбыл