Нищенка. Мулла-бабай - Гаяз Гилязетдин улы Исхаки Страница 38

перестала смеяться, радость покинула их дом. И в отношениях с Габдуллой наступило охлаждение. Целуя, обнимая мужа, Сагадат неизменно чувствовала взгляд Разыи-бике, которая, казалось, следит за ними. Ей чудилось, что между ней и Габдуллой лежит покойница. Она осунулась, лишилась сна и аппетита. Самочувствие обоих ухудшилось. Чтобы освободиться от тяжких мыслей, решено было перебраться в усадьбу. В конце марта они уехали из города.

Дом был большой, просторный, крытый железом, с красиво, богато обставленными комнатами, с блестящими дверьми и лестницами, покрытыми лаком. Однако Сагадат больше нравился хозяйственный двор. Там пахло коровником, ягнятами, в сарае кудахтали куры, крякали и плескались в талой воде утки, индюк, важно надувшись, грелся на солнце и лопотал что-то, в сарае под саке были гусиные гнёзда. С первого же дня она сама стала ухаживать за птицей, кормила её, узнала, сколько самок несут яйца, а сколько сидят на яйцах. Гусыни высиживали потомство, а гусак, печальный и одинокий, бродил в сторонке. Сагадат кормила его, ласкала, гладила по шее. Хотелось, чтобы он понял, как она сочувствует ему в его одиночестве. Она подолгу любовалась беленькими ягнятами, которые, радуясь весне, прыгали возле дома. Хотелось приласкать их, потрогать мягкие, кудрявившиеся спинки. Не оставила она без внимания и корову, подставлявшую солнцу свои бока, невозмутимо жуя жвачку. Сагадат подошла ближе, посмотрела на её задумчивую морду, похлопала по шее, почесала между рогами, посчитала по меткам на роге, сколько раз корова приносила потомство.

Потом в огороде она увидела длинные грядки, совсем как в хозяйстве муллы-абзы из её детства, постояла немного, предаваясь милым воспоминаниям, и прошла в сад. В воздухе был разлит нежный, чуть уловимый аромат смолы. Этот запах пробудил в душе Сагадат ощущение молодости, новых надежд. Она внимательно осмотрела вишнёвые деревца, высаженные вдоль ограды, кусты малины на другой стороне, яблони между ними – всё было ей близко, словно встретила дорогих родственников.

Душа Сагадат наполнилась радостью. Она попала в мир, который был ей родным, который жил в ней всегда и который она лелеяла и берегла в себе. Мрачные мысли, одолевавшие её в последние дни в городе, были забыты, на душе стало светло и спокойно. Обо всех своих впечатлениях и чувствах она рассказала Габдулле, и его тревоги и печали тоже немного развеялись. Не столько слова, сколько радостное возбуждение Сагадат подействовали на Габдуллу. Он вдруг увидел, как славно вокруг, как лучисто весеннее солнце, как звенит капель, журчат талые ручейки. С тёплым чувством наблюдал он за ребятишками, игравшими в снежки. Мало-помалу городские переживания отпустили его, отошли на задний план. Впервые после смерти матери Габдулла и Сагадат почувствовали себя здоровыми, молодыми, полными счастливых надежд. Ощущения эти усиливал светлый весенний день, пробуждающаяся природа. Они радовались, что смогли проститься с прежней жизнью. Благодарные своему счастью, не заметили, как вернулась к ним любовь – они обнимались, целовались, а потом обнимались и целовались вновь. Эти объятия и поцелуи не были похожи на прежние – были слаще, дарили новые, неизведанные раньше удовольствия. Оба радовались, что любят друг друга, и клялись, что теперь уже ничто и никогда не разлучит их.

На второй и на третий день после их приезда погода стояла отличная, было так тепло, что снега во дворе превратились в мягкую снежную кашицу. В низинах собиралась вода. Лёд в Идели затопило водой. В саду пахло почками, молодыми листочками, с каждым днём всё больше чувствовалось приближение лета.

Вот уж и скворцы прилетели. Угнездившись, они завели звонкую песню, в которой рассказывали о долгом своём путешествии, о том, что видели сами, что было с их друзьями. Травка на дальних прогалинах стала ярче. Коровы, почувствовав запах свежей травы, мычали, просясь на волю. Козы украдкой, чтобы не видели хозяева, перепрыгивали через изгородь и уходили к риге. Снега на полях чернели и постепенно исчезали, природа всё более и более окрашивалась в зелёный цвет. Тёплый ветер доносил запах сырой земли и травы. Льды, покрывавшие Идель, с шумом ломаясь, не спеша поплыли по течению. Весна окончательно воцарилась повсюду. Вскоре на реке показались пароходы. Поравнявшись с дачей Габдуллы, белый пароход протяжно прокричал: «Здравствуйте!» Почки на черёмухе в саду лопнули и показались крохотные листочки. Усадьба наполнилась дивными запахами. Деревья друг за другом начали распускать листья.

Но вот небо затянула туча. Всё вокруг внезапно погрузилось во мрак, оглушительно загрохотал гром. Перекаты грома сопровождались ослепительными всполохами молний, по чёрному небу беспорядочно метались яркие полосы света. Вспыхнула молния и следом раздался устрашающий треск. Одновременно по крышам забарабанили крупные капли дождя. Возле дома с северной стороны ещё оставались последние снега, но после дождя исчезли и они. В рытвинах собралась вода. Утки тотчас стали деловито плескаться в ней. Небо очистилось, и снова засияло солнце. Зелёный наряд лугов и лесов стал ещё пышнее. В окна вливался свежий, наполненный ароматами воздух. Пришло лето.

Сагадат с Габдуллой стали ждать из города Мансура. Вскоре, сдав экзамены, появился и он, нагруженный книгами. Жизнь Габдуллы и Сагадат стала разнообразнее. Мансур привёз из Казани много новостей и ещё больше литературы. К их радостям прибавилось ещё и удовольствие от чтения книг. При этом Мансур много рассказывал о назначении литературы, поясняя, чем рассказы отличаются от романов.

Шли дни, и Мансур начал читать им по-русски. Габдулле он привёз несколько небольших русских книжек. Сагадат приступила к изучению русского букваря. Занятия, проходившие в тиши редкой по красоте природы, ничего, кроме удовольствия, не приносили и лишь украшали жизнь, делали её интересней. Все трое постоянно были вместе – и за столом, и на прогулках, поэтому Мансур при каждой удобной возможности рассказывал много такого, отчего интерес к чтению лишь возрастал. Он говорил обо всём, что видел – о деревьях, о смене дня и ночи, об урожае, о воде, о небе. К концу лета Сагадат накопила немало знаний, отказалась от многих прежних своих представлений. Хотя в области русского успехи её были ещё очень слабы, – книг она не понимала, – зато хорошо усвоила, что знать русский язык необходимо, и дала себе слово, что непременно овладеет им. Габдулла решил продолжать занятия языком до тех пор, пока не сможет свободно читать научные книги. Пока что они позволяли себе продолжительные прогулки – ходили в лес, смотрели на работу косарей – но с осени намерены были серьёзно заняться языком. Чтобы Сагадат могла подтянуться, решено было нанять для неё учительницу.

Дни пролетели быстро, кончился и август. Полевые работы шли своим чередом. Благополучно прошла жатва, накосили сена, урожай оказался