Знахари и колдуны на Руси. Травники, костоправы, повивальные бабки и другие “знающие” - Галина Поповкина Страница 3

В большинстве случаев знахари отмечают обязательное наличие дара, способностей у будущего врачевателя. По их мнению, человек, знающий необходимые процедуры, слова и схему их применения, но не имеющий способностей, не сможет эффективно заниматься целительской деятельностью: «Чистому лечению не научишься. Если у человека нет энергии, то в книжках он ее не получит». Энергию (дар, силу) как особое качество и способность к целительству определяют большинство знахарей.

Как мы видим, для приобретения эзотерических знаний знахарь-неофит должен обладать не только хорошим здоровьем, отличной памятью, но и особыми качествами, без которых невозможно проводить лечение или другие магические процедуры.

Часто сами знахари отмечают, что их целительским занятиям предшествовали необычные события: фантастические сны, трагические происшествия, тяжелая жизненная ситуация. К одному из информантов «в девять лет во сне (ночью приходили ко мне, не днем) пришли мужчина и женщина в золотом. Учили лечить всякие болезни, заговоры. Три ночи приходили, и все». С тех пор он стал лечить сначала детей, а позже – и взрослых.

В период, предшествующий началу целительской практики, некоторые знахари перенесли нелегкие жизненные испытания: полное или частичное сиротство, потерю близких людей, тяжелые болезни, вдовство, тяжелый труд в детстве, болезнь родных, нередко клиническую смерть. Одна знахарка, с которой удалось пообщаться, помнит, как в детстве помогала в тяжелой работе отцу, зарабатывавшему деньги для лечения больной жены; другая потеряла один за другим двух сыновей, после чего у нее открылись способности к биоэнергоцелительству.

У кого-то такие умения обнаружились во время тяжелой болезни близких. Период болезней и жизненных испытаний нередко предшествует лекарской работе знахаря или сопровождает его в самом начале этого пути, хотя этот компонент и не прослеживается в биографии каждого знахаря или сильно размыт, например, по сравнению с этапом становления шамана.

Бывает, что знахари в течение всей жизни испытывают удары судьбы: «Я перенесла за свою жизнь девятнадцать операций, сейчас вот еще и инсульт. И это еще не все, я знаю. В юности так болела – все думали: умру скоро. Моя мать хоть и неверующая была – раньше-то нельзя было, я и не видела, чтоб она в церковь ходила, – поехала в соседнюю деревню к батюшке, привезла воды – крещенской или просто святой, не знаю. Ничего, выходила меня».

Жизненные испытания должны, как сообщали знахари, не только сигнализировать неофиту о его предназначении, но и способствовать выработке у него новых личностных качеств, проявлению скрытых способностей: «Должно быть что-то такое, какие-то потери: деньги ли, люди ли – что-нибудь. Тогда человек весь изменится, изменится его мировоззрение, потихоньку он начнет лечить».

Сон может стать сигналом к началу использования полученных ранее магических знаний и умений. Значимой может оказаться и дата, когда приснился сон: «Я пережила клиническую смерть в 36 лет. После этого 7 января[9] мне приснилась бабушка, она сказала: “Выйди, посмотри за ворота. Это все к тебе”. Я увидела там такую большую толпу людей! И вот уже десять лет у меня в доме двери не закрываются»[10]. Как особый знак знахарка отмечает и тот факт, что за некоторое время до этого сна она в течение недели резко поседела – примерно на шестьдесят процентов.

Большое значение придается снам при принятии решения о продолжении практики врачевания: «Мне было плохо, решила бросить лечить. Легла на диван и задремала, что ли, и вижу – из комнаты выходит женщина в белом, она говорит:

– Почему ты мало лечишь?

– Мне плохо.

– Ты должна помогать страждущим. Надо правильно рукой водить: иногда по кругу, иногда по эллипсу. Ты и должна болеть, должна знать, что лечишь: ты всем переболеешь, что лечишь.

Потом и говорит:

– Я скажу тебе молитву, ты ее запомни, она только для тебя.

И стала говорить. А молитва такая длинная, я говорю:

– Ой, да я же ее не запомню, она такая длинная.

А женщина мне отвечает:

– А ты слушай внимательно… Повторяй эту молитву утром и вечером.

И действительно, когда следующим утром я встала, у меня в голове все слова появились, я эту молитву прочитала; вечером – то же самое. И вот с тех пор мне стало легчать. А так я в 50 лет свинкой переболела!»

Стоит обратить внимание на цветовую символику в снах знахарей, а именно на белый и золотой цвета одежды людей. Совершенно очевидно, что они имеют мифологическое значение. Известный сказковед В. Я. Пропп, исследуя мифологические компоненты сказки, пришел к выводу, что «белый цвет есть цвет потусторонних существ… потерявших телесность», а золото и предметы золотого цвета – «предметы из потустороннего мира, дающие долголетие и бессмертие»[11]. Иначе говоря, в мистических снах знахарей люди в одежде белого и золотого цветов – представители потустороннего мира, а сами сны воспринимаются как контакт с потусторонними силами.

В большинстве эзотерических практик инициация (посвящение) представляется символической смертью, своеобразным переходом, после которого следует возрождение к новой жизни[12]. Однако в восточнославянском знахарстве обряд символической смерти отсутствует. Но следует иметь в виду, что в славянской традиции сон и смерть – родственные понятия; душа может не только освобождаться от тела после ухода человека из жизни, но и временно покидать его во время сна. В такие моменты и происходит взаимодействие человека с потусторонним. В рассмотренных примерах потустороннее и мистическое проявляют себя при помощи определенных цветовых символов (золотой, белый) во сне, а само сновидение содержит разъяснения, правила, инструкции по контакту с сакральным.

Таким образом, в определенные периоды своей жизни знахарь переживает эту временную смерть, которая запечатлевается в его памяти как сон. Это заставляет его «воскреснуть», родиться для новой жизни в качестве целителя.

В традиционной культуре славян снам уделяется большое внимание. По мнению исследователей, толкование сновидений происходит в сознании носителей культуры на основе принятых в социуме языковых и культурных стереотипов. Это помогает этнографам, фольклористам и другим специалистам в области традиционной культуры не только изучить эти неявные, скрытые стереотипы, но и выявить ценностные установки и ориентиры каждой этнической общности.

Сон – состояние человека, уподобляемое смерти («вечному сну»), и один из каналов связи с потусторонним миром. О родстве этих двух явлений свидетельствуют поговорки: «Сон – смерти брат», «Сонный – что мертвый» и др. У славян существует ряд поверий о связи сонливости и скорой смерти. Имеется также представление о том, что во время сна душа, половина души или одна из двух душ человека (например, ведьмы, двоедушника) временно покидает тело, выходит изо рта в виде насекомого, птицы, мыши, змеи, черной собаки, кошки, курицы и путешествует по местам, которые человек видит во