Плохой Демон - Михаил Ежов Страница 6

— Здрасьте, — кивнул, вставая с кресла. — Это что, холодильник?

Да, знаю: шутка говно. Но и настроение было под стать.

— Холодильник? — приподняла брови рыжая.

— Ну, да. Вчера вы сказали, что принесёте его на починку.

— Серьёзно? Странно, ведь с ним всё в порядке.

Ох, и везёт мне в последнее время на чудил.

— Ладно, тогда что у вас? — спросил я, показав глазами на коробку.

— Это тебе. Открой.

И когда это мы успели на «ты» перейти? Но клиент есть клиент.

Я снял крышку и уставился на лежавшие внутри золотую монету с изображением быка и что-то вроде старинной печати.

— Дамочка, вы ошиблись. У меня не антикварная лавка. Вам нужно пройти дальше метров пятьдесят. Там увидите…

— Это тебе, — веско повторила девушка. — Монета и сигил. Забирай и поехали.

— Куда?

Рыжая вздохнула, закатив глаза.

— Ты же прошёл вчера собеседование, так? Место получил. Инструкции тоже. Пришло время встретиться с Раумом. Ты ему не позвонил, но он тебя ждёт.

О, так она знакома с мужиком в змеином костюме. Во всяком случае, именно эта фамилия значилась на визитке, которую вчера пытались у меня отобрать.

Протянув руку, я вытащил из коробки монету. Перевернув, увидел причудливый чертёж.

— Сигил Мамона, — пояснила девушка. — Демона алхимии, превращающего в золото всё, к чему прикоснётся. Муравьи выносят ему жёлтые крупицы из-под земли круглые сутки, а ему всё мало. Жадный жирный ублюдок, повёрнутый на роскоши. Лежит в пещере на своих несметных сокровищах в облике дракона с рогами тельца и боится оставить их хоть на секунду. Из-за этого часть монет впечаталась в его тело так глубоко, что превратилась в золотую чешую. У каждого демона есть его монета с подписью. Всё, хватит рассусоливать. Хватай прибамбасы и на улицу. Жду у машины.

И, не дав мне ответить, вышла за дверь.

Твою мать! Похоже, работу я всё-таки получил. Ладно, надо выяснить всё до конца.

Вытащив из коробки печать, я сунул её и монету в карман и вышел на крыльцо. Рыжая стояла возле красной «Феррари». Ого!

Заперев мастерскую, я сбежал по ступенькам и направился к девушке.

— Меня, кстати, Елиздра зовут, — представилась она вдруг. — Но можно просто Лиза. Запрыгивай.

Пока я забирался в тачку, девушка уже устроилась за рулём. Машина рванула с места, как реактивный самолёт. Меня аж в кресло слегка вдавило.

— Куда… куда мы едем? — спросил я, пристёгиваясь от греха подальше.

— Сказала же — к Рауму.

— Не хочу показаться душнилой, но это ответ к кому, а не куда.

Рыжая смерила меня взглядом.

— Тебе действительно нужен адрес?

— Нет. Наверное, нет, — признал я.

Она кивнула.

— Ну, вот и славно. Ты не суетись. Всё будет, как попало. Шучу.

— Угу. Я так и понял. Можно хотя бы узнать, что за работа?

— Какой нетерпеливый, — протянув унизанную браслетами руку, Лиза включила радио и прибавила громкости.

Более прозрачно намекнуть, чтобы я засунул вопросы себе куда подальше, было трудно. Ладно, хрен с тобой! Раз уж я согласился поехать к кофейному, можно и потерпеть. Уж он-то мне должен всё разъяснить. А если будет темнить — пошлю его в жопу. Хватит с меня игр!

Дальше мы ехали в молчании. Пока «Феррари» не остановилась перед зданием с большой вывеской: «Тихий омут». Чуть ниже имелось пояснение: «Ночной клуб».

Лиза вырубила музыку.

— Вылезай, чего сидишь?

Мы направилась к железной двери с крошечным окошком гораздо выше обычного человеческого роста.

Моя спутница безжалостно вдавила кнопку звонка и почему-то подмигнула мне.

Спустя несколько секунд окошко открылось, и я увидел появившийся в нём серый глаз. Он сначала глянул на девушку, а затем уставился на меня.

— Да открывай уже! — нетерпеливо проговорила Лиза. — Свои!

— Пароль, — глухо прозвучало из-за двери.

Девушка закатила глаза.

— Проклятье, как ты достал!

— Таковы правила, — равнодушно проговорил охранник. — Сами знаете, леди Елиздра.

— Розовый аист разбился о скалы, пытаясь покинуть родное болото. Доволен?

Лязгнул засов, и дверь распахнулась. В лицо мне ударил плотный запах дезинфицирующих средств и восточных благовоний.

— Прошу, — прогудел огромный охранник, отступая в сторону, чтобы дать нам войти.

Он был широким, с длинными руками, квадратной башкой, густыми бровями и торчащей во все стороны рыжей жёсткой шевелюрой.

— Спасибо! — саркастически процедила Лиза и стремительно двинулась через полутёмный зал, освещённый лишь несколькими лампами на потолке.

Я последовал за ней, стараясь не отставать.

Стены клуба были выкрашены в синий цвет, на фоне которого красовались вырезанные из золотой фольги крупные звёзды — словно дизайнер пытался украсить заведение к детскому утреннику. Само это предположение казалось нелепым.

Повсюду были развешаны портреты, среди которых я узнал только Че Гевару и Максима Горького. Изображение последнего словно забрали из школьного класса литературы и поместили здесь, среди звёзд.

За круглыми столиками сидели трое мужчин и одна женщина. Между ними сновал со шваброй сгорбленный старик в обвислых полосатых штанах и соломенной шляпе-канотье — протирал пол. Присутствующие не обращали на него внимания, а вот меня провожали пристальными взглядами. Мне показалось, что у всех посетителей глаза были золотистыми, но, наверное, это объяснялось игрой света. Хотя не представляю, какой, учитывая, что в зале царил полумрак.

Дверь с грохотом захлопнулась, лягнул засов. Обернувшись, я увидел, как громила с рыжими вихрами встаёт к ней спиной, сцепив могучие руки перед собой.

Мда, просто так уйти не получится. В сердце кольнуло дурное предчувствие.

— Осторожно! — вдруг крикнула сидевшая за столиком женщина в покрытой шипами косухе.

Глава 3

Не хватает ветки жимолости

Затормозив, я понял, что едва не пнул на ходу пёструю кошку, медленно шагавшую по полу. Зверюга задрала голову, сверкнула на меня зенками и зашипела. После чего запрыгнула на стул.

Пока шли через зал, я заметил ещё троих представительниц кошачьих, лежавших на столах и барной стойке.

Наконец, моя провожатая остановилась.

Раум сидел на красном кожаном диване, положив руки на спинку. Одет был всё в тот же кофейный костюм из змеиной кожи, только рубашку сменил. И синих очков не было.

За его спиной висело здоровенное настенное панно, на котором был изображён голый мужик с головой крокодила. Весь белый, он держал скипетр и плод, похожий на гранат. Художник постарался изобразить его максимально реалистично, так что казалось, что странное существо вот-вот оживёт и начнёт двигаться. Бред, конечно…

— Привет, Андрей, — сказал Раум, глядя на меня. — Спасибо, что заглянул. Садись.

Я опустился на стул слева от него. В центре стояла большая бутылка без этикетки. Внутри мерцала золотистая жидкость. Стакан перед Раумом был наполнен