Три Ножа и Проклятый Зверь - Екатерина Ферез Страница 36

— Церну никак не убедить идти в брод, если он знает, что рядом мост, — с усмешкой сказал Рем, — Мы почти на месте.

— А куда мы идем-то, а?

— Помнишь, я говорил, что не знаю, где вышел из Лабиринта? На самом деле я лукавил. Как назвать портал, я и правда не знаю, у него нет особых примет… это просто небольшая арка в стене. Действительно небольшая! Мне пришлось склониться, чтобы не удариться головой о свод… Но место, где я оказался, сложно не запомнить. Сейчас ты сама все увидишь! Смотри!

Церна нырнул в просвет между деревьями, и они оказались у самого подножия Черной горы перед долиной, залитой теплым солнечным светом. Еще некоторое время постояли у кромки леса, любуясь величественной картиной. Прямо перед ними возвышался грандиозный монумент из черного полированного камня — рогатый тигр с мощными когтистыми лапами и пышной гривой. Взгляд его сверкающих золотом глаз был устремлен куда-то в сторону Пенторра. Между изогнутых острых рогов сияла золотая корона, украшенная алыми камнями. За исполинским изваянием находился полуразрушенный дворец или храм с высоким, наполовину провалившимся куполом в центральной части и двумя галереями по обе стороны от нее. Крыши галерей давным-давно обрушились, остались лишь сдвоенные ряды колонн, застывших будто стража, охраняющая груду древних камней.

— Это же Проклятый зверь, — прошептала Юри, указывая на монумент.

— Верно.

— Но ведь он был наверху…

Юри решила, что это то самое виденное прежде изваяние с вершины Черной горы, которое каким-то неведомым образом спустилось вниз к ее подножию.

— Нет, это другой, — сказал Рем, — Чтобы увидеть верхнего, надо немного обойти гору. Его хорошо видно со стороны входа в Лабиринт. Еще одного мы видели у водопада, в тот день, когда сошли с корабля. Помнишь? Звериная голова? Очевидно, статуя стояла на вершине. Ее разломали на части и сбросили вниз. И еще развалины у моста Сотни дев. Помнишь, там четыре основания и груда камней? Думаю, это тоже была статуя, которую они уничтожили.

— Кто? Кто уничтожил?

— Торры, конечно.

— А кто построил?

— Торры, конечно.

— О! — только и смогла выдавить Юри.

— Я нашел это место, когда искал дорогу от Лабиринта в Пенторр. Я вышел из портала совсем рядом, вон там дальше, — сказал Рем и махнул рукой куда-то в сторону густого леса, — Потом, когда все кончилось, вернулся сюда с Церной. И приходил почти каждый день. Хотел понять, что здесь произошло. Почему…

— Почему они понаставили памятников тому, кого так боятся и все время без конца проклинают! — перебила его Юри, — Это ведь так странно, да?

— Да, верно.

— И ты понял? Надеюсь, да! Старики так окрысились на тебя из-за Совета и всего остального! Если бы они знали, что ты сюда ходишь, точно бы тебе несдобровать.

— Я понял, — ответил Рем, — По крайней мере отчасти. Я знаю, кто такой на самом деле Проклятый зверь. И кое-что еще, я здесь узнал. То, что касается нас с тобой. Пойдем, я покажу!

— Подожди, но разве это место не проклято? Мы не ослепнем? Торры даже смотреть на Черную гору бояться… Разве можно нам быть здесь?

— Мне можно, — ответил Рем, пожимая плечами, — И тебе можно, я разрешаю.

— Ох, Рем, — вздохнула Юри, — Я помню, что когда ты говорил что-то подобное в прошлый раз, мы попали в неприятности…

* * *

Рядом с исполинским монументом Церна казался крошечным. Вблизи на гладком камне стали видны отметины времени — тонкие трещины и лакуны. А его черный цвет, как оказалось, имел алый оттенок из-за множества крохотных красных вкраплений, неравномерно покрывающих поверхность. Когда они проходили между широко расставленных лап зверя, Юри смутилась, заметив, что древний скульптор постарался на славу и воспроизвел все детали в точном соответствии с природой.

Вход в центральную часть дворца закрывала тяжелая позеленевшая от времени двустворчатая дверь, отлитая из бронзы. Обе створки покрывали рельефы, похожие на те, что украшали порталы Лабиринта — коренастые угловатые фигуры людей и тигров на задних лапах, застывшие в позах, похожих на странный парный танец. Одна из створок была слегка приоткрыта. На мраморном полу виднелись глубокие свежие борозды.

— Без Церны не смог бы сдвинуть. Кажется, дверь была закрыта не одну сотню лет. Пойдем внутрь. Церна подождет нас здесь, — сказал Рем и легко соскользнул со спины тигра вниз и, протянув руки, крикнул, — Прыгай, поймаю!

Из-за двери тянуло затхлостью и птичьим пометом. Юри шагнула вслед за Ремом и оказалась в огромном длинном зале с двумя рядами красных мраморных колонн, лишь отчасти освещенном зыбким светом, падающим сквозь провалившийся с одного края высокий купол. На груде припорошенных снегом обломков сидели зубоклюи. При виде пришельцев они расправили крылья, гребни на плоских головах встали дыбом, из зубастых пастей вырвались резкие возмущенные крики. Однако вскоре птицы успокоились и потеряли к людям всякий интерес, словно признали их право находиться здесь.

— Купол обрушился недавно, — сказал Рем, — Зубоклюи хоть и обосновались внутри, но не успели все загадить. Погляди наверх, как думаешь, похоже на пробоину? Как будто упало что-то сверху…

— Не знаю, — ответила Юри, оглядываясь по сторонам, — Что могло упасть-то с неба?

Рем пожал плечами и достал огниво. У двери лежали заготовленные заранее факелы. Он поджог один и осветил стену справа от входа, прежде скрытую в полутьме. От пола до потолка ее покрывала мозаика, тончайшая чешуя из позолоты и смальты, такая подробная и точная, что, казалось, изображение, подсвеченное танцующим пламенем факела, вот-вот оживет и картина придет в движение.

Древнему мастеру удалось передать предсмертный ужас на лицах людей, простирающих в иступленной мольбе руки к небу, откуда падали на землю сотни горящих звезд. Рушились дворцы с золотыми куполами, горели синие деревья, вода в реке пузырилась, так словно кипела от невыносимого жара. Под картиной находилась надпись — те же таинственные символы, что Рем нацарапал углем на стене в своей комнате.

— Кара небес, — сказал он, — Здесь написано, что это была кара небес. Посланная за то, что люди, возомнив себя