Правда и ложь об Иоанне Грозном - Валерий Александрович Мазуров Страница 30

5) Обители, богатые землями и доходами, не стыдятся требовать милостыни от Государя: впредь да не стужают ему!

6) Святители и монастыри вольны ссужать земледельцев и граждан деньгами, но без всякой лихвы.

7) Милосердие Христианское устроило во многих местах богадельни для недужных и престарелых, а злоупотребление ввело в оные молодых и здоровых тунеядцев: да будут последние изгнаны, а на их места введены первые, согласно с намерением благотворителей, и везде да смотрят за богадельнями добрые Священники, люди градские и Целовальники.

8) Многие Иноки, Черницы, миряне, хваляся какими-то сверхъестественными сновидениями и пророчеством, скитаются из места в место с святыми иконами и требуют денег для сооружения церквей, непристойно, безчинно, к удивлению иноземцев: ныне объявить на торгах заповедь Государеву, чтобы впредь не быть такому соблазну. Если не уймутся бродяги, то их выгонять, а иконы отдавать в церкви.

9) Храмы древние пустеют, новые везде воздвигаются не усердием к Вере, а тщеславием и скоро также пустеют от недостатка в Иереях, в иконах, в книгах. Видим еще иное зло: празднолюбцы уходят из монастырей, заводят пустыни в лесах и стужают Христианам о денежном вспоможении. Государь указал епископам не дозволять ни того, ни другого без особенного, строгого рассмотрения.

10) Прихожане избирают Священников и Диаконов: первые должны быть не менее тридцати, а вторые двадцати пяти лет от рождения, жития нравственного, и грамотные: кто из них читает или пишет худо, того отсылать в училища, ныне во всех городах заводимые. Ставленник дает Митрополиту и Епископам только указное: Священник рубль Московский и благословенную гривну; Диакон полтину. Следуя уставу Великих Князей, Иоанна Васильевича и сына его, новобрачные платят за венец алтын, за второй брак вдвое, за третий четыре алтына; но крещение, исповедь, причастие, погребение не терпят никакой мзды. Никто из церковников не должен носить одежды странной: всякой имеет свою, и воин и тысящник, и купец и ремесленник: служителю ли церкви украшаться златом и бисером, плетением и шитьем, подобно жене? В Игумены, в Архимандриты избирают Святители, а Царь утверждает выбор. Снова запрещается вдовым Иереям и Диаконам священнодействовать, Монахам и Монахиням жить в единой обители, или в мире.

11) Митрополиту и Епископам без Государева ведома не переменять ни Бояр своих, ни Дворецких; а на место убылых брать из тех же родов старинных.

12) Духовенство обязано искоренять языческие и всякие гнусные обыкновения».

Собор принял решение оформить новый единый пантеон русских святых, что должно было способствовать преодолению местного сепаратизма в церковной организации. На Стоглавом соборе рассмотрели вопрос о монастырском землевладении. Молодой царь был сторонником ограничения монастырского землевладения в пользу государства (для наделения землей служилых людей). Обсуждение закончилось компромиссом. Собор решил вернуть в казну земли, приобретенные церковью в период боярского правления, а впредь приобретать земли только с царского позволения.

Такое решение позволило церкви сохранить большие земельные владения, но дальнейшее их увеличение было поставлено под контроль царской власти.

Собор подтвердил верность древней православной вере и византийский принцип единения церкви и государства и отменил подсудность монастырей светской власти.

Собор предложил избирать духовных пастырей (причетчиков и священников), «как и доселе избирали, грамоте гораздых и житием непорочных». А полагать их в сан должен местный епископ. Таким образом, узаконивалась выборность священников, чего не знали ни католическая церковь, ни государственные протестантские церкви, как, например, лютеранство и англиканство. А в жизни каждой русской общины, городской или сельской, священники играли огромную роль, и не только в церковных делах, но и в гражданских. Без священников не проводилось ни одно общественное мероприятие, не составлялась ни одна просьба к правительству. В то же время, согласно постановлению Стоглава, при митрополите и епископе, при монастырях, для заведования делами, не относящимися к церковными, должны были находиться миряне.

С целью нравственного оздоровления общества Собор призвал духовных пастырей «учить своих духовных детей жить в чистоте духовной и телесной, пребывать в братолюбии. Иметь любовь между собою» (гл. 32). «Тем же протопопом, и старейшим священником, и со всеми священники и дияконы кийждо (каждый) во своем городе, по благословению своего Святительства, избирати доблих и духовных священников и дияконов и дияков же, наученых и благочестивых… И у тех священников и дияконов /учинити в домех училища/, чтобы священники и дияконы, и /вси православные Християне/ в коемждо (каждом) граде, предавали им своих детей, в научение грамоте, и на научение книжнаго писания… и чтоб священники и дияконы и дьяки и выбранныя, учили своих учеников страху Божию и грамоте». Это решение Стоглава положило начало народному образованию в Русском государстве. Оно было принято по предложению царя. В каждом приходе были созданы школы для обучения детей всех прихожан, получивших со временем название «церковно-приходских школ», доживших до Советской власти. То есть, по мнению Иоанна Васильевича, священник должен быть не только пастырем для своей паствы, но и учителем и воспитателем, таким, каким для него был Макарий.

Для нищих и престарелых, «не имущих где главы подклонити», Собор предложил «устроити в богадельнях пищею и одеждою». Этим постановлением Собор поставил на регулярную основу заботу о наиболее обездоленных членах общества. Церковь в то время играла роль не только духовного учреждения, но и важного хозяйствующего субъекта, владела большим имуществом, то есть имела наилучшие возможности для организации социального обеспечения.

Отношения между светской и духовной властью в последующие десятилетия были хотя и не всегда ровными, но в целом складывались на основе сотрудничества и поиска взаимовыгодных решений.

На Стоглавом соборе был утвержден и новый Судебник — новый законодательный кодекс, который заменил устаревший Судебник 1497 г. Из 99 статей нового Судебника 37 были совершенно новыми, а остальные статьи сохранили текст предшествующего кодекса, но он подвергся значительной переработке.

Социальное законодательство, вошедшее в Судебник 1550 г., касается двух важнейших вопросов — землевладения и зависимого населения (крестьян и холопов). В одной из статей Судебника рассматривается вотчинное землевладение в целом. Так как дворянство все больше и больше начинало обеспечиваться поместьями, а не вотчинами, то очевидно, что основное содержание статьи касалось, главным образом, землевладения феодальной знати. В статье говорится, что лица, продавшие вотчину, или их родственники, подписавшие купчую грамоту, лишаются права выкупа отчужденной земельной собственности. Закон стоял на