Рождественский Пегас - Зоя Чант Страница 39

Она моргнула и пристально посмотрела на Джексона. Он ответил ей теплым взглядом.

— Мы ведь переигрываем всё заново, да? — его голос звучал глухо и нежно. Грузовик качнулся, когда он забрался внутрь и сел рядом. — Здесь всё началось. Думаю, нам нужна еще одна попытка.

— Почему? Это же тогда… — Олли почувствовала, что краснеет, и не от холода. — Тогда я впервые подумала, что могла бы… что я могу…

— А я уже. Давно. Месяцами. — Джексон придвинулся ближе, так близко, что она могла сосчитать ресницы вокруг его темных глаз. — Тогда я впервые подумал, что ты можешь чувствовать то же самое.

Боль кольнула сердце.

— Нам правда нужно начать заново. Потому что именно тогда всё пошло наперекосяк. Появились адские гончие, но мы еще не знали об этом, просто всё начало рушиться, несчастные случаи, и я чувствовала себя такой… беспомощной… и…

Она резко зажала рот ладонями. Джексон вздохнул. Он повернулся боком, прислонившись спиной к кабине, и посмотрел на деревья.

— Я догадывался…

— Мне так жаль. Боже, я… — в горле пересохло.

Джексон взял ее за руку.

— Я хотел сказать: я догадывался, что именно это заставило тебя… принять то решение.

— Это всё моя вина…

— А на этот раз это будет моя вина. — Джексон потянул ее за руку, и она сократила расстояние между ними. Ей не следовало чувствовать жар от того места, где ее бедро касалось его — не через столько слоев одежды, — так что, должно быть, это воображение подогревало ее кожу. — Мы переигрываем. С самого начала. И если ты еще раз извинишься за то, что сделала — за то, что считала правильным (и это было правильно, даже если нам обоим потребовался год, чтобы это понять), я… я… — он откинул голову и притворно-сурово посмотрел на нее. — Я заставлю нас переигрывать даже нашу первую встречу.

— Ту, когда Лукас застрял в лестничном пролете?

— Именно.

— Ты собираешься снова напоить Лукаса в стельку и заставить его лезть по лестнице?

— Если придется. — взгляд Джексона смягчился. — Найти его будет несложно, он наверняка еще отсыпается после вечеринки Джаспера. А вот заставить его двигаться…

Олли придвинулась еще ближе.

— Тогда мне лучше перестать ныть.

В глазах Джексона что-то мелькнуло, но он поцеловал ее прежде, чем она успела понять, что именно. Его губы коснулись ее — сначала холодные, затем обжигающе теплые.

— Ничего не прекращай, — прошептал он. — Просто будь счастлива. Это всё, чего я хочу.

Это всё, чего я хочу для тебя, — мысленно ответила она. Эта вспышка чего-то на его лице ее встревожила.

— Я постараюсь. Прямо сейчас.

Джексон спрятал улыбку, но, встретившись с ней глазами, перестал скрываться. Он опустил голову и усмехнулся.

— По крайней мере, на этот раз никакие адские гончие нам не помешают.

— О, они продолжат мешать. Хуже всего, когда они пытаются «помочь». А дети Хартвеллов скоро подрастут и начнут доставлять реальные проблемы.

— Это звучит как две проблемы с одним решением. Даже пара юных драконов не сможет ускользнуть от целой стаи адских гончих.

Олли прислонилась к нему.

— Миган оценит, если у них будет занятие на ближайшие… ну… лет восемнадцать?

— Хм-м?

Олли рассказала про беременность Миган, и Джексон рассмеялся.

— Двойняшки! Я-то думал, ей пригодится любая помощь.

— Я думаю… — Олли сморщила нос. — Я думаю, половину времени она будет орать, чтобы ее оставили в покое, а вторую половину — чтобы они вернулись, и она могла загрузить их работой. А если близнецы будут оборотнями… Боже. Представь тоддлеров, которые могут буквально ползать по стенам. Заползать внутрь стен.

— Они могут и не быть ими. — голос Джексона был легким, что всегда казалось подозрительным.

— Это было бы облегчением, — настаивала она. — И ты прав. Миган не оборотень, а если один родитель — человек, дети могут и не унаследовать это.

— Или оба родителя. — голос Джексона был едва слышен. Он тряхнул головой, хмурясь, будто прогоняя навязчивую мысль. — Мой отец в городе.

Олли переварила информацию.

— Оу. Э-э… сочувствую?

Джексон фыркнул.

— Он выбрал худшее время и притащил с собой свою бедную помощницу. Дельфина Белгрейв — помнишь, она меня подвозила? — он дождался кивка Олли. — Наверное, логично, что он хочет окружить себя другими мифическими оборотнями.

Олли обняла его и сжала так сильно, что морщинка между его бровями разгладилась.

— Знаешь, я не припоминаю, чтобы на нашем летнем пикнике мы говорили об адских гончих и детских угрозах. Я помню, как ела, пока не почувствовала, что лопну.

— Потому что ты думала, что, если набьешь живот, твоя сова перестанет пытаться выпрыгнуть из тебя, чтобы поохотиться на светлячков. — его глаза светились теплом. Я вижу, что ты делаешь. Отвлекаешь меня от хандры. Спасибо.

Она поцеловала его.

— На этот раз такой проблемы не будет. Моя сова не станет охотиться на… погоди, что это? — она ткнула носком сапога в гирлянду. Наклонилась поближе. — Это что… Санта-Клаусы?

Джексон издал сдавленный, смущенный звук.

— Купил у мистера Белла.

— Боже, они… уродливы. — смех запузырился внутри нее. Крошечные стеклянные Санты выглядели так, будто их переделали из украшений для Хэллоуина. Их пузатые тела в прошлой жизни явно были тыквами, а разрисованные лица становились тем жутче, чем дольше на них смотришь.

— Он сказал, это обычные огоньки.

— И ты ему поверил?

— Я был сосредоточен на этом. — он вытащил сумку из-под подушки. Еще термосы. Глаза Олли расширились.

— Шоколад…

— В прошлый раз он всё равно весь растаял, помнишь? — Джексон расставил термосы в ряд.

— Крошечные чашечки жижи вместо трюфелей. Но они были вкусными. И я всё равно угадала, где какой.

— Ты так утверждала.

— Я угадала!

— Ну что ж. — Джексон поцеловал ее. — На этот раз мы проверим это по-настоящему.

Он налил немного дымящегося шоколада. Олли следила за его глазами. Он был тихо доволен собой. Это было очаровательно.

— Как думаешь, что это за вкус?

Олли вдохнула пар.

— Ты всё это взял у мистера Белла?

— Возможно.

— О-о, это нечестно…

Она знала все бренды, которые продавал мистер Белл.

— Мускатный орех, — заявила она.

— Хмф. — Джексон открыл другой термос. — А этот?

— Мята. Очевидно.

— Какая именно?

— А они бывают разные?

Джексон одарил ее веселым взглядом. Она прищурилась.

— Перечная мята. Погоди! Нет. Колосовая мята и… снова корица?

— Плохо?

— Любопытно. — она попробовала, и вкус оказался… любопытным. — Ну, как я справляюсь?

— Хм-м.

— Это не ответ! — пожаловалась она. — Джексон, это просто ром.

— Не просто ром.

— Ладно. Ром и та штука, которую пьет Ханна? Тут вообще есть шоколад? Погоди. Нет.

— Скажу мистеру Беллу, чтобы не давал такое детям.

— И как успехи?

— Понятия не имею.

— Но