Серая шейка. Непридуманная смерть - Груша Ерофеева Страница 22

Почему, кстати, жены узнают последними? Потому что дуры? Нет. Потому что чужие люди смотрят со стороны и беспристрастно. А жена — через призму любви и заботы. И эта призма искажает. Кирилл годами возвращался с синими губами «из гаража» и «от ученика». С синими губами после бурного секса. Что видела я? Проблемы со здоровьем дорогого мне человека.

Первые дни я покопалась на сайтах знакомств. Посмотрела женские анкеты. Явно он находил себе кандидаток здесь. Ну что... Много одиноких женщин. Одиноких несчастливых женщин. И каждая мечтает урвать себе хоть глоток женского счастья. Пусть этот глоток с горчинкой. Приправленный изменой.

Давно ли я сама вот так же ласкала чужого мужа?

Придумала себе семейное счастье с подлецом. Играла в образцовый брак. Четверть века во лжи! Такой срок сейчас дают преступнику вместо смертной казни. За что я сама приговорила себя к высшей мере наказания?

Было ли мне тогда, в юности, стыдно перед женой Кирилла? Да, было. Но больше, чем о его жене, я волновалась о самой себе. Я жила свою собственную жизнь. Свою единственную жизнь. Жила её для себя. И моя потребность быть рядом с этим мужчиной была много выше моего стыда перед его женой. Я не была за ней замужем. Не давала ей клятв верности. Я даже не знала её. Почему интересы этой чужой женщины должны были стать важнее меня самой?

И эти его любовницы, а их было много за годы измены, тоже жили для себя. Пытались строить свою собственную жизнь. И каждая надеялась на что-то большее, не просто на перепихон. И каждая, я уверена, слушала от него про проблемы в семье. «Жена не ценит, не понимает, живем как соседи». Что они так обычно говорят? И она старалась обогреть. Дать ему любовь, как и я когда-то старалась. Так за что мне сейчас ненавидеть их?

Но только не сестра!

Сестру я простить не могу.

И не смогу никогда.

Нет, я простила бы... Будь это и правда любовь.

И он напирает именно на любовь. Знает, что мне так больнее. И намеренно причиняет мне боль посильнее. Давит пальцем в рану, да поглубже. Как когда-то затушил сигарету о мою руку.

Одно дело знать, что твой муж занимался извращенным сексом с посторонними бабами. Сливал в них. «Как в туалет ходил». Реализовывал тайно свои нездоровые фантазии. Такие же извращенные умы даже оправдают его. Скажут, что берег жену от грязи. Заботу, блядь, проявлял. Можно и так вывернуть.

Другое дело — его заявление о любви. О его тайной любви к сестре. Ха! Тайной? Для меня тайной. Он упирается, что секса у них не было. Конечно, не было. Если его переписка с Наташей — это хакерская атака. То и секса с сестрой не было. А докажи, что был? Не можешь? Значит, не было. Сестре секс и не нужен. Она, как и мама, сексом мало интересуется. Только как инструментом влияния на мужчину.

Но в любовь между ними ни капли не верю.

Сестра любила и любит своего козла, бывшего начальника. Который «любит» всё, что движется. И её в том числе.

Кирилл, будь у него и правда любовь, горы бы свернул и моря осушил. Ради любви. И никакая мораль и ответственность перед женой его бы не остановили. И раньше не останавливали. Мне бы не знать. Нет в нем ни морали. Ни нравственности. Есть только ХОЧУ. И еще установка: вижу цель, не вижу препятствия.

Между ними блуд.

Кирюшу всегда тянуло на запретное. На грязненькое. Возбуждает порочное. Будоражит кровь.

Светочка устраивала вокруг себя собачьи свадьбы. Надеялась вызвать ревность у любимого козла? Или мстила другим женщинам за то, что они в статусе законных жен, а её так никто и не выбрал, только пользуются?

Это их тараканы.

Пусть гоняют свои тараканьи стада без меня.

Но прощения от меня ни один не получит.

Хотя мама мне фактически угрожала:

— Ты должна простить. Если не простишь, то сама заболеешь и умрешь.

Ждите!

22. Я живая!

Первое лето в статусе разведенки выдалось хлопотным и... интересным. Да, чёрт возьми! Давно мне не было так весело.

А началось всё со стихийного бедствия.

Мою любимую дачку, которую я в одно лицо всю весну полола, засевала и буквально вылизывала, залило. Напрочь! Это была вода из реки через прорванную дамбу? Или хлынуло из колодца? Дача оказалась под водой. Пыталась добраться до крыльца дома — и провалилась по колено в собственном огороде. Едва вытянула из трясины резиновый сапог. По деревяшкам допрыгала до огуречной гряды, набрала переросших огурцов. Всё! Соваться сюда больше не стоило, пока не сойдет вода и не высохнет грунт. А значит, лето без дачи. Непривычно.

И словно вселенная почувствовала мою открытость другим делам.

Меня в соцсетях нашла интересная дама, жена городского чиновника, неравнодушная к рукодельницам. Но не так, как это обычно бывает у дам из местного высшего света — через губу, поощрительно-презрительно. Она интересовалась искренне. И уважительно. Людмила Борисовна была просто солнышком для нас, интровертов-прикладников.

— Поехали в район, на фестиваль казачьей культуры! — позвала.

«Поехали» означало «поехали на мне», то есть на моей машине и я за рулём. Больше 200 километров по незнакомой мне дороге. В незнакомое место.

Но не это самое главное. Самым сильным препятствием оказался мой страх машины. Несколько лет назад я попала в серьезную аварию. И надо бы не бросать, ездить. Но я позволила себе испугаться, годами не садиться за руль.

Моя машина стояла в гараже. Муж решил, что проще пользоваться его машиной. Он увозил меня на дачу. И привозил. Очень удобно для гулящего кобеля. Гарантия, что я не возникну дома без предупреждения. Потому что с двумя собаками на руках не решусь ехать автобусом. Теперь мне понятно, почему он так настаивал, что мне удобнее пассажиром.

После развода я, крестясь и вздрагивая, села за руль. Дача. Собака, не приученная к общественному транспорту. Пришлось брать свой страх за горло.

Но ехать за сотни километров? Брать ответственность за жизнь других людей? Это пугало до спазмов в животе.

И я ничего не понимаю в машине. Вдруг что случится в дороге? Даже колесо не смогу поменять.

Каким чудом Людмила Борисовна меня уболтала?

По дороге к нам присоединилась еще одна из нашего рукодельного «профсоюза». Красивая якутка Анна. Она создаёт украшения и одежду для кукол в своем национальном стиле.

Дорога длинная. Располагает