Бывший, которого невозможно заблокировать - Мариэль Сальвия Страница 50

Куратор Пётр Морозов исчез из города той же ночью. В учётных советских документах, выправленных на это имя в тридцать седьмом году, осталась его фотография. Она будет всплывать потом ещё не раз, десятилетие за десятилетием, под разными фамилиями, с лицом, стареющим ровно настолько, чтобы не вызывать вопросов.

А тонкая книжка Попова с гравюрой уцелела. Триста экземпляров разлетелись по библиотекам и частным собраниям, но почти все сгинули в войну и в макулатуре. Но одна книжка в потрёпанном картонном переплёте, десятилетия спустя ляжет на стол в краеведческом музеи перед женщиной по имени Мира.

И рука, нарисовавшая то лицо, узнает свою работу.

Глава 28. Пустая квартира

Мира лежала в кровати неподвижно, боясь шевельнуться и разбудить Льва, который спал рядом с ней. А перед глазами Миры всё ещё стояло лицо из её жуткого сна. Тёплые карие глаза, мужчина, склонившейся над мёртвым телом женщины.

Лицо спящего Шаховского обычно тёплое и располагающее к себе, сейчас выглядело для Миры абсолютно чужим, словно она видела этого человека первый раз. Будто сейчас оно не было прикрыто привычной дневной маской. Сколько же у него лиц, сколько масок?

Мира осторожно выскользнула из постели, на цыпочках добралась до кухни, плотно прикрыла дверь, выждала немного, прислушиваясь к звукам в квартире, и убедившись, что Лев ещё спит, набрала Соню, наплевав на столь ранний час, она знала, что подруга обязательно ответит.

— Мира? — не сразу, но спустя минуту в трубке раздался сонный голос. — Который час? Что случилось?

— Прости, что разбудила. — Мира понизила голос и прикрыла трубку ладонью. — Мне приснился ужасный сон. Лев… я видела, как он склонился над моим мёртвым телом, той древней женщины, и он этому был необычайно рад. А ещё его лицо менялось, и он — это тот самый жених-предатель, о котором меня предупреждал Марк.

— Тогда слушай меня внимательно, Мира. Я сама собиралась звонить тебе сегодня. Я кое-что нашла. И мне это очень не нравится.

— Что именно?

— Я решила проверить биографию Шаховского. Всё, что есть в открытых источниках. Так вот, в списке преподавателей исторического факультета он значится только последние полтора года. До этого нет ничего. Ни одной публикации, ни диссертации, ни упоминания на студенческих форумах. Мира, даже самый незаметный преподаватель оставляет цифровой след. Тут будто он ни где не учился и не работал.

— Может, он жил в другом городе? Или за границей?

— Я тоже так подумала. Но потом… Помнишь книгу, которую он подарил тебе на презентации?

— Помню. — Мира вспомнила имя «Мирей» на форзаце, которое она ему не называла, и невольно поёжилась.

— Книга издана буквально накануне вашего знакомства. Издательство крошечное, других книг там не издавали. Но я подняла его данные через реестр юрлиц, и оно зарегистрировано на физическое лицо, которое никак не связано со Львом. Вообще никак. Он его не знает.

— Может, ошибка в базе?

— Я перепроверила по нескольким источникам. И это ещё не всё. Помнишь его квартиру?

— Конечно. Я и сейчас в ней.

— Она сдаётся в краткосрочную аренду через агентство элитной недвижимости. Агентство зарегистрировано в конце ноября прошлого года. Минимальный уставный капитал, ни сайта, ни клиентов, ни истории. Подставная структура под одну конкретную задачу. Я бы даже сказала, под одну конкретную квартиру и одного человека.

— Соня… что, если всё правда? Что, если квартира, книга, вся эта личность искусствоведа лишь декорация?

— Именно поэтому приезжай ко мне. А чтобы не выглядело странно, придумай предлог. Проблема с заказом, мне нужна помощь, что угодно. Не оставайся с ним ни одной лишней минуты.

— Хорошо. Уже еду.

— И вот ещё что. Пока ты едешь, я прикопну поглубже. Есть у меня одна паспортистка, мы весной её сына очень удачно и бюджетно женили. Попробую узнать, кто скрывается за этим именем на самом деле. Если имя вымышленное, то где-то же должны остаться следы настоящего.

— Соня. — Тревога за подругу сильно сжала грудь, это ведь Мира втянула её во всё. — Пожалуйста, будь осторожна. Если хоть что-то покажется подозрительным, то тоже бросай всё, не ищи и звони мне.

— Не волнуйся. А ты держись перед ним естественно. Не выдай себя.

Мира поставила чайник и заварила свежий чай, замесила тесто на оладушки, размешивая репетировала про себя правдоподобную легенду. Потом вернулась в спальню.

Лев уже проснулся и встретил её тёплой сонной улыбкой, потягиваясь на смятых простынях.

— Доброе утро. Куда ты пропала так рано?

— Срочная проблема с заказом. — враньё давалось сложно, но Мира старалась. — Мне нужно в мастерскую. И желательно поскорее. Сейчас позавтракаем, я делаю оладушки.

— Жаль прерывать наши праздники работой. — Он поднялся с постели и приятно потянулся. — Но работа есть работа. Я тебя отвезу.

Дорога прошла в планах на оставшиеся праздники, в обещаниях научить Миру кататься на коньках, и за обсуждением первой рабочей недели сразу после выходных. У Шаховского намечалась важная командировка. Мира поддерживала разговор скорее на автопилоте, внутри же всё было натянуто, как проволочный каркас под глиной. Лев высадил её у мастерской, нежно поцеловал на прощание и взял обещание позвонить ему, чтобы он как и раньше встретил её вечером, и они отправились на их традиционную снежную прогулку по новогоднему городу.

Мира заперлась в мастерской, нужно было выждать и убедиться, что он точно уехал, прежде чем рвануть к Соне. Но оставшись одна в мастерской она ту же набрала подругу.

Ответа не последовало. Только длинные гудки.

Мира набрала ещё раз. Ещё. Соня всегда отвечала почти мгновенно, даже рано утром, даже среди ночи, а уж сегодня, в лихорадке их общего расследования, она должна была не выпускать телефон из рук и ответить сразу же.

Но вместо голоса Сони на том конце шли заунывные протяжные гудки. И Мира была готова выть вместе с ними.

Через полчаса, решив, что она выждала достаточно времени, Мира, осмотревшись по сторонам, вышла из мастерской и пешком, специально выбирая новые для себя маршруты, направилась к Соне домой.

Домофон молчал. Соседка Сони со второго этажа, видимо узнала Миру, и выходя попридержала ей дверь.

— Здравствуйте. Спасибо, — кивнула женщине Мира.

Она пулей влетела на третий этаж, и опёршись на знакомую дверь, сначала позвонила в звонок, потом мягко постучала, потом постучала настойчивее.

— Соня! Это я! Открой, пожалуйста!

В квартире царила тишина, или же дверь была слишком хорошая.

Мира набрала номер телефона, прижавшись ухом к двери,