Повелитель стали - Рейчел Шнайдер Страница 23

Глава 10

Командир Йоханнес, отец Мессера, жмет руку капитану Рену, а затем Кею с таким самодовольным видом, на который способен только этот лицемерный ублюдок.

Сегодня выпускной. Главный мост все больше и больше заполняется народом по мере того, как приближается время начала церемонии. Выпускников сопровождают их семьи. Поскольку у меня нет кровной родни, Кей предложил явиться на церемонию вместе с его родителями. Было бы невежливо отказаться.

– Я слышал, тебя можно поздравить, – говорит командир Йоханнес. Он смотрит на меня, окидывая взглядом новую форму гвардейца, затем вновь обращает свое внимание на сопровождающих меня мужчин.

Его жена Дану, напротив, берет меня за руки.

– Я с нетерпением жду встречи с тобой на заседании комитета, – говорит она, имея в виду группу жен командиров, которая планирует все мероприятия, проводящиеся в Элэхе.

Я об этом не думала, но вполне логично, что от меня ожидают участия в ней. Приклеив к лицу улыбку, я благодарю ее, испытав облегчение, когда она отпускает мои руки.

Мессер улыбается, оглядывая мою форму.

– На тебе она смотрится отлично.

Я дергаю ткань формы, и мне не нравится, какая она тесная и колючая.

– На тебе тоже. Сегодня твой меч выглядит особенно блестящим.

Он с гордостью смотрит на его рукоять.

– Родители отполировали и заточили его для меня в качестве подарка на выпускной.

Затем я снова вижу синяки на его шее, точно повторяющие отпечатки пальцев. И, стиснув зубы, отвожу глаза, устремив взгляд на мать Мессера. Должно быть, в них отражаются отвращение и гнев, потому что Кей толкает меня локтем.

– Ты же пойдешь с нами, не так ли?

Я качаю головой, прислушиваясь к разговору об ужине, который должен последовать за церемонией.

– Я не могу. Мне надо встретиться с портнихой.

Я опаздываю на примерку платья для Церемонии Бракосочетания, и мне надо спешить.

– Если у нас состоится ужин, – говорит командир Йоханнес. – Сегодня утром Кэллом поднял синий флаг.

– О нет, – бормочет Фейлин.

Синий флаг означает, что приближается ужасный шторм.

Дану машет рукой.

– Кэллом такой мнительный, вечно беспокоится по пустякам. Он чрезмерно осторожен.

Судя по всему, Фейлин это не убеждает.

– Нам остается только надеяться, – говорит она, глядя на затянутое тучами небо. – До Церемонии Сопряжения осталось всего три дня.

Разумеется, для нее это главная забота. Синий флаг предупреждает не только о ветре и дожде, но и о мощном шторме, который часто затапливает нижний ярус рощи, а порой и второй, больше всего достается тюремным камерам.

– Я уверен, что к тому времени мы все уладим, – говорит капитан Рен.

Он замечает другого высокопоставленного командира, извиняется за себя и за жену и уходит прочь. Мы еще немного общаемся, прежде чем занять места.

Класс выстроился вдоль Главного моста. Наши родные и друзья стоят напротив, аплодируя, когда очередного выпускника вызывают, чтобы вручить значок. Это металлический кружок, символизирующий доспехи, которые элэха надевают в бою. Мы прикалываем значки к плечам, когда дежурим.

Каждый вдох кажется мне своего рода подвигом.

Капитан Рен вызывает следующего выпускника, Джоэла, и я слежу за движениями одноклассника, пока взгляд не встречается со взглядом Кея на другой стороне Главного моста. Все семнадцать высокопоставленных командиров стоят плечом к плечу и пожимают руки каждому выпускнику после того, как ему прикалывают значок. Кей стоит последним как самый младший, пока в следующем году его место не займет Мессер.

Рену приходится почти кричать, чтобы перекрыть вой набирающего силу ветра. Небо над нами с каждой минутой становится все темнее, и клянусь, я уже чувствую, как время от времени на кожу шлепаются капли дождя.

От слов Рена о том, что они со всем разберутся до Церемонии Бракосочетания, у меня внутри все сжимается. Если Кэллом прав, то Экеру никак не выжить, если он останется в камере. Вряд ли Рен собирается выпустить воина Кенты. Это было бы слишком рискованно.

А еще меня беспокоит рвение охранников, с которым они досматривают каждого посетителя на предмет оружия.

Кажется, они боятся его.

Аврора толкает меня локтем в бок.

– Не отвлекайся.

Я перевожу взгляд на лицо капитана Рена, и до меня доходит, что он вызвал меня уже дважды. У меня сводит желудок, когда я заставляю ноги двигаться. Если бы я разжала зубы, то меня бы вырвало на глазах у всех.

– Бринн, – говорит капитан, улыбнувшись, когда я останавливаюсь перед ним. Он прикалывает значок к моей форме, и я молюсь о том, чтобы он не почувствовал, как под рубашкой колотится мое сердце. – Поздравляю.

Я благодарно склоняю голову, не решаясь раскрыть рот. Я продолжаю здороваться с командирами и двигаюсь дальше по списку. Большинство наших рукопожатий вялые – формальность, которую они вынуждены терпеть, но некоторые хотя бы пытаются посмотреть мне в глаза. Чем дальше я продвигаюсь к концу этой шеренги, тем заметнее присутствие Кея.

Наконец я стою перед ним, глядя в его серые глаза, так похожие на мои. Открытые, манящие и теплые. Знакомые. Как дома. Он протягивает мне ладонь, и я пытаюсь скрыть дрожь в своей руке, когда пожимаю ее.

– Поздравляю, Бринн, – говорит он, не отводя глаза.

Меня охватывает спокойствие, и я перестаю сжимать зубы. Он держит мою руку в своей дольше, чем необходимо, но я не отпускаю ее, радуясь этому моменту утешения. Я ждала этого дня, кажется, всю жизнь, но я не могу избавиться от непонятной безысходности.

Каким-то образом мне удается продержаться до конца церемонии. Капитан заканчивает речь, и толпа зрителей расходится. Кея и его отца окружают, и, когда ко мне подходит Мессер, я стою, прислонившись к ограждению моста.

Он толкает меня плечом.

– Все в порядке?

Я качаю головой. Невозможно описать, что именно я сейчас чувствую, но со мной точно не все в порядке.

Выдохнув, он хватается за перила, глядя на океан.

– Родители одобрили мой выбор супруги, – говорит он.

– Правда? – откликаюсь я, пытаясь понять его эмоции. – И?

– Это Аврора.

Я лишаюсь дара речи.

Не знаю, чего я ожидала, но точно не этого. Не того, что его женой станет Аврора, дочь рыбака, не имеющего никакого отношения к гвардии. У ее семьи нет ни положения в обществе, ни денег, – ничего, что могло бы привлечь такую высокопоставленную семью, как семья Мессера.

– Ты… рад… этому? – лепечу я, потрясенная.

Он чуть заметно пожимает плечами.

– Полагаю, теперь мне никогда не будет скучно. – Глядя на меня, он улыбается, но не так широко, как обычно. – Я просто жду не дождусь, когда смогу перебраться из дома родителей