Невинность для Ночного господина - Эрато Нуар Страница 20

И в то же время хотел ответа. Чтобы она так же безумно и иррационально желала меня. Отдавалась, принадлежала, звала между стонами.

Приподняв руку, коснулся её щеки. Губы продолжали манить, и я не мог противостоять их зову. Запаху.

— Вы пугаете меня, — пробормотала она.

— Чем же? — усмехнулся я, склоняясь ближе.

Хотелось слушать её. Знать, о чём она думает.

Хотелось её всю! Без остатка!

Траверта больше не отворачивалась — смотрела на меня, и я на секунду ощутил себя без одежды. Так женщины любят ласкать взглядом сильные мужские плечи, грудь.

Скользнув рукой в светлые волосы, я сократил расстояние и накрыл губами манящие губы.

Несколько мгновений она отвечала — именно так, как я желал! Будто позабыв о страхе и всём, что нас разделяло. Я касался губами, пробовал на вкус её губы, давая ей ощутить свои.

Она была неопытной! Не умела целоваться — когда я заметил, осознал это, крышу окончательно сорвало. В отличие от своих соплеменниц, сторонниц вольных нравов, девушка была… неужели невинной?

Продолжая упиваться губами, я совершенно потерял счёт времени. С наслаждением вдыхал её дыхание, чувствовал участившееся сердцебиение, шёлковую, такую светлую, нежную кожу под пальцами.

Провёл по шее, скользнул к упругой груди.

Машина не вовремя остановилась: я и не заметил, когда успели приехать, знал бы — приказал наматывать круги по Селлеверу, устрашая местных жителей!

Но момент был упущен. Будто очнувшись, Траверта упёрлась ладонями мне в грудь. Тяжело дыша облизала припухшие губы.

Договор ещё не подписан. И я могу, и возьму, и…

Орг!

Люсьенда наверняка заартачится, если ей станет известно. А ведь станет, эльфы в этом слишком управны. Это же они могут свести даже самых несовместимых. Именно к ним приходят оборотни со своими истинными, чтобы зачать потомство.

Счастье, что королева этого не знала. Не то не видать мне её разрешения.

Прикрыв глаза, я отстранился. Несколько раз вдохнул-выдохнул.

Интересно, можно ли поменять эльфийку, на которой предстоит жениться? И чем мне может быть чревато такое пожелание?

Траверта Эсмаилья

О Эрно, великая сила Дневного Света, что это было?!

Огонь наполнил всё моё тело и до сих пор не хотел отпускать. На какие-то сумасшедшие мгновения я забыла, что передо мной Ночной, захватчик и разрушитель! Я видела только мужчину — бесконечно притягательного, безумно красивого.

Чёткие губы, высокие скулы, ртутные глаза, сильный подбородок. Так и вспоминались плечи в каплях воды, картина, переданная живьюном, которая никак не хотела покидать моих воспоминаний.

Губы ласкали, чуть приоткрывали мои. Я ощущала прикосновения раскалённых рук… везде.

Сумасшествие какое-то. Почему он на меня так действует?

«Жук» остановился, и это заставило меня прийти в себя. А если не сдержу артефакт? А если Нарран его обнаружит?

Я облизала губы, и Нарран так посмотрел на них, словно сейчас снова набросится. Но лишь отвернулся, выравнивая дыхание. Оправил одежду.

После бросил на меня задумчивый, пристальный взгляд. И развернулся к услужливо открывшейся двери.

Вышел, подал мне руку. Я легко сбежала со ступени, стараясь не опираться и сразу же забрать свои пальчики, которые он будто и вовсе не желал выпускать.

Мы прибыли к центральному входу, и я покрутила головой, пытаясь сообразить, в какой стороне находится эльфийская башня.

Нас встретил огромный пустой полутёмный холл — лишь несколько Лунных охраняли гигантские двери.

— Сюда, — произнёс Нарран, увлекая меня вправо, под могучие песочного цвета колонны со строгими вытянутыми капителями.

Не успела я запаниковать, как де’Лавр приблизился к стене, коснулся кристаллом тёмного камня, и рядом вспыхнул портал.

— Проходите, — похоже, кто-то очень не хотел, чтобы я изучила замок.

Зато не стал идти следом, и я наконец-то смогла выдохнуть, оказавшись сразу же на нашем этаже башни.

— Траверта! — поднялась навстречу Люсьенда.

Они уже успели вернуться и как раз собрались в общей прихожей.

— Что случилось? Где вы были?

Мне не удалось понять, чего в её голосе, вопросе, лице больше: волнения или недовольства.

— Господин де’Лавр хотел переговорить с моей матушкой, но её в Лисандрийском переулке не оказалось, она съехала, — я старалась передать максимум информации, и в то же время не вызвать подозрение возможных наблюдателей.

А в том, что Ночной с дознавателем за всем следят, уже не сомневалась. Даже странно, что не сказали мне ничего о приходе Грантера.

— Зачем ему понадобилась твоя матушка? — нахмурилась Люсьенда.

— Он мне не сообщил, — пожала я плечами.

— Мне очень не нравится, что он обращает на тебя внимание.

Если бы ты только знала, какое! Я искренне постаралась не покраснеть и не отвести взгляд. Люсьенда права. Только что я могу поделать?

— Мне тоже, — пробормотала. — Он твой жених.

— Вот именно!

Я ожидала, что она подаст хоть какой-то знак по поводу моей записки. Уверит, что не зря я всё это затеяла и информация действительно оказалась полезной.

Но Люсьенда лишь отвернулась.

— Сегодня ужинаем здесь, — произнесла, прошлась к ближайшей колонне и обратно. — Очень надеюсь, что Нарран не пытается вести какую-нибудь двойную игру.

Слова явно были рассчитаны на то, что Ночной господин может их услышать.

Так же прошёл и весь ужин: здесь же, в общей прихожей слуги накрыли стол. Все разговоры велись с лёгким флером игры на публику, и я старалась помалкивать, как можно меньше привлекать к себе внимание.

А после ужина сразу же отправилась отдыхать, сославшись на то, что очень устала.

На самом деле, хотелось наконец просмотреть информацию живьюнов. А ещё — их нужно было напоить. С этим повсеместным слежением мои отросточки могли передвигаться только по углам, очень медленно или в полной темноте. И то я не была уверена, что следилки Ночных не различают в темноте.

Попросила Линду оставить чайник у камина — мол, потом нагрею, — и отпустила до завтра. После чего улеглась в кровать и попыталась установить связь с растениями, а заодно показать им этот самый чайник.

К сожалению, очень много информации пропало. До меня долетали обрывки разговоров, лиц, но почти не удалось выстроить из них стройную картину.

Я видела Гельри, пробиравшуюся потайными коридорами. И Грантера, который, казалось, проходит сквозь стены. И ещё много, несколько десятков дроу, тёмными размытыми тенями проносящихся то тут, то там.

Так странно, мне они ни разу не попадались на глаза, только Лунные оборотни — а ведь захватывал Селлевер Нарран де’Лавр именно со своими дроу. И разумеется, их здесь должно быть немало.

Но похоже, они предпочитали оставаться в тени. От чего становилось ещё страшнее: вдруг они повсюду, я просто не