Ёлка для вукора - Алиса Лисенберг Страница 18

— Музыка! — крикнул кто-то из зала. — Нужна музыка!

Рон выглянул из-за стойки и крикнул в ответ:

— Где же её взять в такое время?! Музыканты, которых я звал, по слухам упились, не добравшись до Велбрука!

— Так себе музыканты, — заметил кто-то. — Если не смогли даже до города доехать трезвыми.

— Зато честные, — парировал Рон. — Денег заранее не взяли, сказали, что расчёт после выступления.

— Где взять? — донёсся весёлый голос от дверей. — Так вот он я!

Ри повернулась и тут же с радостным криком понеслась обниматься. К ней присоединились Дин, Лира и Рон. Они подхватили Ната Сладкоголосого на руки, пронесли через зал и поставили на стойку. Он картинно поклонился и тут же послал воздушный поцелуй самой симпатичной девушке в зале — дочери ткача, которая покраснела до корней волос и спряталась за спину отца.

— Как ты здесь оказался? — полюбопытствовала кухарка. — Ты же уплыл в тёплые края.

— Там очень жарко, — Нат подёргал струны лютни, извлекая несколько пробных аккордов. — И я решил ненадолго вернуться, чтобы остудиться. И, конечно, сразу же направился в Велбрук, в свой самый любимый трактир!

— Ты ври да не завирайся! — хохотнул кто-то. На пороге возник новый гость. Купец Ватан. — Я его в речном порту у кредиторов отбил. В прямом смысле. До сих пор костяшки болят. Настоятельно предложил выступить в «Рыжем кабане». А, оказывается, вы этого пройдоху знаете!

— Пройдоху?! — взревел Рон. — Не вздумай оскорблять музыканта в моём заведении! Это не пройдоха, а прощелыга! Или вообще шельмец!

— Я польщён! — Нат приложил руку к сердцу.

Хохот заглушил ответ Ватана.

— Ну да, — признался Сладкоголосый. — В южных землях я слегка… М-м-м… Поиздержался и задолжал. Поэтому вынужден был спешно покинуть те прекрасные места, чтобы заработать денег и, разумеется, вернуться. Я же обязан расплатиться по всем обязательствам!

— Нат, — попросила Лира. — Заткнись уже. То есть начинай петь, конечно.

Музыкант прокашлялся, провёл рукой по струнам лютни, извлекая звонкий переливчатый аккорд, и затянул:

— Трактир «Рыжий кабан» — жемчужина Велбрука! Место, что обязан посетить каждый путник, иначе будет жалеть всю оставшуюся жизнь. Здесь найдёт приют усталый странник, здесь утолит голод продрогший путешественник, здесь согреет душу музыка, эль и добрые слова!

— А ещё здесь самые низкие цены в городе! — подхватил Рон.

— Правда, трактирщик Рон любит приукрасить! — пропел Нат.

Гости пустились в пляс. Музыка была бойкой, весёлой, заразительной. Ри стояла у стойки и смотрела на всё это с улыбкой. Дежан танцевал с Лирой. Барбан — с женой гончара. Дети скакали рядом с ёлкой. Староста Миш притопывал в такт музыке, напевая себе под нос.

— Станцуешь со мной? — Дин протянул ей руку.

Кухарка замялась. Она не умела танцевать так, как танцевали здесь. В её прошлой жизни танцы были совсем другими. Но что-то в его взгляде заставило её кивнуть.

— Конечно.

Они вышли на середину зала. Дин положил руку ей на талию. Он вёл её уверенно, осторожно, словно боялся сделать что-то не так. Ри старалась следовать за ним, и постепенно напряжение ушло. Она расслабилась и позволила музыке нести их.

Вокруг них кружились другие пары. Нат исполнял одну песню за другой, и казалось, что его энергии хватит на всю ночь. Когда очередная мелодия закончилась, Дин неохотно отпустил Ри.

— Спасибо, — прошептал он.

— Тебе спасибо, — ответила кухарка.

Рон, проходя мимо с подносом пустых кружек, подмигнул.

— Наверху есть много свободных комнат. Только давайте без свадьбы обойдёмся. Дорого это.

Ри и Дин бросили на него испепеляющий взгляд, но промолчали.

Праздник продолжался. Люди ели, пили, танцевали, смеялись.

Вукор и Ночка так и не отходили друг от друга. Они сидели, обнявшись. Вукор что-то шептал Ночке на ушко, и она смеялась — звонко и нежно, — а вукор буквально светился от счастья.

— Они прелестны, — заметила Лира.

— Да, — согласилась Ри.

— Ты сделала доброе дело, — Лира погладила кухарку по волосам. — Не только для них, но и для всех нас. Давно не видела, чтобы люди так радовались.

Кухарка улыбнулась. Это было именно то, ради чего она старалась.

* * *

Когда последний гость ушёл, в зале осталась только семья трактирщика, вукор, Ночка и староста Миш.

— Ну что, — произнёс Рон, оглядывая опустевший зал. — Праздник удался. Хотя могли бы и подольше посидеть. И побольше денег оставить.

— Да и так всё отлично, скряга, — возразила Лира. — Все наелись, напились, остались довольны. Завтра пойдут слухи, и к нам ещё больше народу повалит.

— Может, и так, — согласился трактирщик. — Ладно, убирать будем завтра. Сегодня все свободны.

Вукор и Ночка всё ещё сидели у камина. Староста Миш подошёл к ним.

— Ночка, нам пора, — сказал он. — Путь неблизкий.

— Можно я останусь? — попросила вукорка. — Хотя бы на несколько дней?

Миш задумался.

— Не знаю…

— Пожалуйста, — Ночка посмотрела на него с мольбой. — Я так давно его не видела.

Староста вздохнул.

— Хорошо. Но только на три дня. Потом возвращаешься.

— Спасибо! — Ночка обняла вукора, и тот чуть не грохнулся в обморок.

Миш ушёл, пообещав вернуться через три дня, а вукор и Ночка остались у камина. Они продолжали беседовать, не обращая внимания ни на кого.

Ри подошла к ним и присела на корточки.

— Вы не голодны? — спросила она.

— Нет, — ответил вукор, не отрывая взгляда от Ночки. — То есть, да, но это подождёт.

Кухарка улыбнулась.

— Тогда я оставлю вам тарелку с едой на случай, если проголодаетесь.

— Спасибо, Ри, — вукор наконец посмотрел на неё. — Спасибо за всё.

— Не за что, — отозвалась кухарка. — Я рада, что ты счастлив.

Она поднялась и направилась к лестнице. Голова кружилась от усталости и счастья. Ри только что осознала: самое важное происходило сейчас у камина. Ужин и празднование, безусловно, порадовали многих жителей Велбрука, но ёлка… Ёлка была для вукора. И для его возлюбленной.

Ри вошла в свою каморку и закрыла дверь. Она села на кровать и глубоко вздохнула. Всё закончилось. Праздник удался. Люди были довольны. Вукор увиделся с Ночкой.

Это было больше, чем она могла мечтать.

Кухарка подошла к окну и выглянула наружу. Велбрук спал, укрытый тьмой. Где-то вдалеке горели факелы, но большая часть города была погружена во мрак.

«Новый год, — подумала Ри. — Новая традиция. Новая жизнь».

Она легла на кровать и закрыла глаза. Сон пришёл быстро, унося её в мир приятных грёз.

Новый год начался.

И он был прекрасен.