Хранитель врат - Уильям Микл Страница 7

Десятки пар глаз повернулись и уставились на меня, отражая свет моего шлема мерцающими звёздочками.

Когда-то они были людьми - это было очевидно. Но также очевидно было, что они перестали быть таковыми уже давно. Кожа была бледной, почти полупрозрачной, глаза огромными, как блюдца, на головах, слишком маленьких для них. Они ползали на четвереньках среди кучи жижи, которая местами казалась более густой.

Меня вырвало, когда я увидел первое ребро, первую бедренную кость.

Они начали ползти ко мне, жалобно мяукая, как голодные котята. В глазах их плясали звёзды.

Я бросился бежать.

Я не стану рассказывать о своём бегстве из того места, скажу лишь, что стёр координаты из всех систем. Если вам нужна руда, придётся отправлять другой летун.

Однако я бы не советовал этого, ибо вместе с ними вернётся тьма. Небо обрушится, и ваши глаза наполнятся звёздами. Тьма проникнет внутрь и поглотит вас, как она поглотила тех бедных созданий в бионической лаборатории... как она начала поглощать меня.

Она безбрежна, она пуста, и ей всё равно.

Ей просто всё равно.

"Эни Мини Майни Ми-Го"

(ДЕЛО ПОЛУНОЧНОГО ОКА)

В тот вечер я даже не искал себе дело. Я сидел на своём любимом месте в задней кабинке "Бон-Аккорд" и методично пробовал все новые сорта эля, которые они поставили на разлив. Некоторые из моих лучших работ выполняются, когда я пьян... и некоторые из худших. Хитрость в том, чтобы знать, где одно, а где другое.

Той ночью, когда всё началось, я с трудом отличал свою задницу от локтя. Мои отношения с Лиз, то включённые, то выключенные, в данный момент были выключены, Даг уехал на конференцию по средневековым мусорным кучам куда-то в Германию, а у меня были деньги, которые можно было пустить на ветер... или, точнее, пропить. Я появился в пабе в обед и не собирался уходить, пока не придётся. Дэви за стойкой отгонял всех, кто выглядел так, будто хочет со мной заговорить, а я пил - виски, запивая пивом и дымомКак говаривала моя старушка мать, я был не в духе и зол как чёрт - ни человеку, ни зверю со мной не сладить.

Пиво помогало. Пиво всегда помогает, если его достаточно. Мне ещё не хватало, но я работал над этим.

Где-то поздним вечером я осознал, что напротив меня за столом сидит незнакомый мужчина. Он выглядел худым, почти истощённым, и напряжённым - с таким взглядом, который говорил, что он не терпит возражений. Всё в нём - от линии рта до покроя костюма - выглядело слишком натянутым, чопорным, если использовать ещё одно словечко моей матушки. Перед ним стоял полпинтовый бокал пива - этого было достаточно, чтобы понять, что он не местный. И пил он как любитель: мелкими, осторожными глотками, каждый раз старательно вытирая пену с губ. Он мне уже не нравился, хотя ещё не сказал ни слова.

- Мистер Адамс, - сказал он. Акцент был, безусловно, но я не мог точно определить, какой. - У меня к вам предложение. У меня нет проблем с деньгами, и их достаточно, чтобы перекочевать в ваш кошелёк... если вы заинтересованы?

Прошло достаточно времени, но я начал обращать внимание. Однако я не переставал пить, так что моя внимательность, возможно, оставляла желать лучшего. Я понял это только позже, конечно. В тот первый вечер история звучала достаточно правдоподобно. Я заказал ещё одно пиво и дал ему говорить.

- Мне нужно, чтобы вы нашли одного человека, - начал он.

- Вы не в том баре для этого, - сказал я. - Хотя в центре города есть пара заведений...

Он, казалось, не обратил внимания на моё вмешательство и продолжил, как будто я ничего не говорил.

- Мой сын пропал, - сказал он.

Это сказало мне гораздо больше, чем он думал. Он не хотел привлекать полицию - значит, что-то было нечисто... и он пришёл именно ко мне, значит, дело было какое-то странное. Моя репутация распространялась. Это давало мне работу, но я начинал тосковать по временам, когда самым странным, что я встречал, был кот в пальто или муж в женском белье.

Я пропустил часть разговора, размышляя, и заставил себя сосредоточиться.

- Его в последний раз видели прошлой ночью возле дома, - сказал он. - И мне нужно, чтобы он вернулся, срочно. Здесь действует временное ограничение. Если он не вернётся через сорок восемь часов - вы не получите оплату. Если вы согласитесь доставить его ко мне в срок, я готов заплатить пять тысяч фунтов при получении.

Остальное осталось невысказанным.

Не доставишь - не получишь.

Я прочитал это в его глазах. Обычно я так не работаю. Но, с другой стороны, я не часто зарабатываю пять штук за пару дней работы.

- Это не похищение? Потому что это дело полиции, а не моё.

Он покачал головой.

- Насколько мне известно, мальчику взбрело в голову уйти в самоволку, - сказал он. - И в самый неподходящий момент, какой только можно вообразить. Я просто хочу, чтобы он вернулся домой, без лишних вопросов. Итак, вы хотите пять тысяч или нет?

Я кивнул и протянул руку для пожатия. Он посмотрел на неё так, будто это была маленькая непослушная собачка.

- Я не люблю физических контактов, - чопорно сказал он.

- Я уже догадался, - ответил я, но намёк пролетел мимо него, даже не задержавшись. - Расскажите о мальчике.

Он сделал ещё один маленький глоток из своего бокала. Я уже допивал свой, а он едва отпил полдюйма. Я подумал предложить ему ещё, но старость может настигнуть меня раньше, чем он прикончит этот. Затем, впервые за наш разговор, он проявил оживление, говоря о сыне: глаза загорелись рвением и чем-то, слишком похожим на фанатизм, чтобы мне это понравилось.

- Эндрю - мой сын и наследник, что ещё вам нужно знать? Он ростом пять футов десять дюймов, двадцать пять лет, крупный и сильный.

- Какие-нибудь особые приметы?

Он закатал рукав и показал мне татуировку - золотисто-жёлтую загогулину на внутренней стороне запястья; это могло быть всё что угодно - от змеи в круге до детского рисунка прищуренного глаза. Но её можно было бы узнать.

- У Эндрю есть такая же, точно такая же, в том же месте.

Меня кольнуло ощущение, что я не получаю деталей, которые мне понадобятся. Это был момент, когда мне следовало уйти.