Блокировка - Луиджи Баллерини Страница 6

Он яростным рывком опрокинул в себя чашку и выпил все вино.

– Я вижу, тебе понравилось, но, пожалуйста, не пей как дикарь. Всегда нужно держать себя в руках. Подумай, в какой семье тебе посчастливилось родиться и о том, каких высот ты можешь достичь, став взрослым… Если, конечно, решишь взяться за ум, – произнес отец со своей обычной интонацией, по которой никогда нельзя было понять, говорит ли он искренне либо с сарказмом или же вообще откровенно насмехается.

Затем снова взял телефон, открыл приложение Sensaction и набрал код активации блокировки второго уровня. Экран загорелся красным.

В то же мгновение во рту Матиаса оказалась просто безвкусная жидкость.

– Я слышал, что сегодня произошла серьезная железнодорожная катастрофа. Посмотрим, что там случилось, – добавил отец таким тоном, как будто между ними все в порядке, словно он не отключил только что одно из основных чувств своего сына. – Кларетт, покажи нам новости!

Электронная прислуга тут же включила экран и отрегулировала громкость звука с учетом расстояния, на котором люди находились от телевизора, а затем немного приглушила яркость светодиодных ламп на потолке, чтобы повысить контрастность изображения и улучшить видимость.

Матиас печально улыбнулся.

Только ты мог назвать домашнего цифрового помощника Кларетт, выбрав имя с буквой «р», которую сам плохо выговариваешь…

Он уже двинулся в свою комнату, когда услышал по телевизору то, что заставило его застыть на месте:

«Мы ждем наш поезд уже несколько часов и до сих пор ничего о нем не знаем! Форменное безобразие! Нам не предоставили никакой информации. Как это вообще может быть?»

После кадров с возмущенными пассажирами последовали официальные заявления руководителей железной дороги, которые заверяли, что предпринято все необходимое для минимизации неудобств пассажиров, так как их благополучие и безопасность всегда являлись для железнодорожной компании приоритетом.

Бла-бла-бла.

Часы над билетной кассой показывали три тридцать семь.

Нет, только не это!

Команда выпуска новостей брала интервью у людей как раз в то время, когда Матиас находился в зале ожидания. А он их даже не заметил! Придется еще немного посидеть с отцом, чтобы убедиться, что он сам точно не попал на камеру. Ведь сказал, что был там с Дэвидом. Новая ложь продлила бы наказание, если бы вообще не привела к активации блокировки более высокого уровня. Отец был слишком предсказуем. Предсказуем и, самое главное, становился безжалостен, как только ему представлялся подходящий случай.

Перед специальным репортажем с места крушения поезда, после видео, снятого присутствовавшим на месте происшествия свидетелем, началась рекламная пауза. Экран заполонил логотип Sensaction.

Матиас напрягся. Он знал этот новый рекламный ролик наизусть. Его знали все. На улице, на вокзалах, в ресторанах, даже у школ не было ни единого экрана, где бы его не крутили.

«Чтобы воспитывать, нужна твердость. Начать никогда не рано. Все научные исследования подтверждают, что неэффективное наказание не только бесполезно, но и контрпродуктивно. Sensaction: подарите вашим дочери и сыну будущее с полной интеграцией в общество! Вам больше не придется волноваться об их воспитании, о нем позаботимся мы! Промоакция действует в течение декабря и января и предоставляет скидку 30 % на абонентскую плату за первый год. Нейронная имплантация проводится только в авторизованных центрах начиная с трехлетнего возраста. Настоятельно рекомендуется Национальной ассоциацией педагогов».

Под рекламным текстом прокручивались изображения послушных детей и подростков с довольным выражением лиц, держащихся за руки своих родителей. Фальшивые улыбки, вымышленные ситуации, семьи, которые существовали лишь в воображении зрителей.

Посмотрите на них, они все выглядят как идиоты.

Истории телесемей сопровождались торжественной музыкой. Духовые и струнные инструменты попеременно подчеркивали моменты то строгости, то нежности, и все это было идеально скомпоновано так, чтобы вызвать у родителей нужные эмоции.

Меня сейчас вырвет.

«Не забывайте, что, согласно Постановлению Правительства № 267/42, если ваши дети совершают действия, наказуемые по закону, то присоединение к Sensaction® снижает вдвое вашу родительскую ответственность и последующий штраф. Инвестируйте сегодня, чтобы сэкономить завтра!» – сообщал наложенный на видеоряд текст ролика.

Внезапно сотовый телефон, спрятанный в кармане джинсов Матиаса, завибрировал.

Идиот!!! Я выключил звук, но оставил вибрацию!

Он положил на бедро руку, чтобы заглушить низкое гудение и не попасться так глупо.

– Я пойду в свою комнату заниматься, – поспешно сказал юноша.

– Продолжай учиться и получать хорошие результаты, – кивнул отец. – Это тебе только на пользу.

– Папа…

Тот повернулся к сыну. Матиас на мгновение заколебался.

– Ты мог бы отключить хотя бы первую блокировку? Совсем ненадолго…

– Для чего же тебе нужны прикосновения?

Что за вопрос? А как ты думаешь, зачем они мне? Я и так уже обжег три пальца на руке, тебе этого мало?

– Ну, просто очень неудобно без них, – искренне ответил он.

– Раньше нужно было об этом думать.

– Значит, нет?

– Пока нет. Еще не время, дорогой Матти.

Сын сжал кулаки и вышел.

Мужчина снова сосредоточил все внимание на экране, где начался эксклюзивный репортаж с места катастрофы.

– Кларетт, пожалуйста, сделай погромче! Ни черта не слышно, – раздраженно велел он.

Пять

–Я надеялся увидеть Саймона, – сказал Матиас. – Но главное – я не ожидал вот такой встречи, – добавил он, оглядываясь по сторонам.

Они сидели одни на скамейке в парке перед торговым центром. Поблизости виднелись заброшенные безлюдные качели и горки. Стволы деревьев были украшены гирляндами. Светодиодные спирали, отражаясь в лужах, наполняли воздух нежным сиянием.

– Что ты имеешь в виду? – спросила его Эвелин, не отрывая глаз от экрана переводчика.

– Не знаю… Пока больше похоже на романтическое свидание…

Девушка перевела взгляд на него. Она была совершенно серьезна.

– Забудь об этом.

Матиас нервно улыбнулся.

Понятно. С тобой нельзя шутить.

– Но почему здесь нет Саймона? Ты мне говорила, что он будет моим ангелом.

– Не беспокойся. Ты скоро с ним познакомишься. Сегодня он не смог, – оборвала его собеседница. – Итак, что ты знаешь о Sensaction? – спросила она, переходя к делу.

– Я знаю, что это проклятье мира и его следует уничтожить!

– Мы все так думаем, по крайней мере, все в Союзе. Но я имела в виду что-то более конкретное. Не знаю, каковы их планы на будущее…

Ты хочешь, чтобы я знал о планах Sensaction?

– Они безостановочно творят свои мерзкие дела, – продолжила Эвелин. – Скоро запустят еще более жестокое расширение программы.

– А разве есть что-то хуже, чем отнять у нас наши чувства и выдать это за метод воспитания?

– Ну… Сам вот прочитай. Поскольку твои родители так добры, что пока позволяют тебе видеть, – сказала девушка, открывая рюкзак. Достав из него два мелко исписанных листа и оглядевшись по сторонам, дабы убедиться, что вокруг действительно никого нет, протянула юноше один из них.

– Что это?

– Внутренний документ отдела исследований и развития Sensaction, достать его было большой удачей.

Глаза Матиаса быстро побежали по строкам, запинаясь на тех словах, которые производили на него наибольшее впечатление:

«…мозговая наноимплантация нового поколения может быть локализована непосредственно в нижней лобной части зоны Брока, устанавливая непосредственную связь с зоной Вернике в височной доле… Ее активация не исключает у испытуемых способности мыслить словами, но предотвращает их артикуляцию, приводя, таким образом, как