Темный Лорд Устал. Книга VII - Тимофей Афаэль Страница 47

— Меняем репертуар, господа! Камерные постановки отменяются. Мы ставим «Апокалипсис»!

Потом он повернулся ко мне.

И, торжественно, с достоинством придворного перед королём, опустился в глубокий театральный поклон. Рука прижата к сердцу, голова склонена, каждое движение выверено до миллиметра.

— Маэстро, — произнёс он, не поднимая головы. — Я ваш.

Глава 19

Кассиан

Ночь принесла тишину.

Я сидел в кресле посреди кабинета, закрыв глаза. Вокруг меня медленно вращались предметы: ручка, несколько книг и записная книжка. Векторы удерживали их без усилия, почти играючи. Фокус для начинающих, разминка перед настоящей работой.

Я погрузился в себя, в пространство между мыслью и материей, где обитала моя сила. Знакомый ландшафт, который я изучил за тысячи лет практики.

Бездна лежала на дне, как спящий левиафан. Моя родная стихия, моя суть — она как энтропия, конец всех вещей. Сила, которая пожирает звёзды и обращает миры в пыль. Когда-то я черпал силу из неё без ограничений. Но теперь…

…она спала.

Переход между мирами выжрал почти всё. Остатки я потратил на Эдем, на демонстрацию силы, а потом на Котовск. Сейчас Бездна восстанавливалась медленно, капля за каплей, и процесс займёт ещё немалое время. Может, годы, если я никак его не подтолкну, как делал это уже несколько раз.

Но была у меня и другая сила — Манипуляция Векторами.

Родовой дар Вороновых, доставшийся мне вместе с телом. Магия направления и структуры, способность изменять саму суть заклинаний себе на пользу. Весьма грубый инструмент по меркам моего прежнего мира, но по своему эффективный.

И теперь между эти двумя силами появилось нечто третье. Новая сила, которую давало странное растение — Росток.

Я сосредоточился на нём, и ощущение изменилось. Зелёная искра билась где-то в районе солнечного сплетения. Память о ритуале в Котовске, когда Пожиратель трансформировался во что-то иное. Часть этой силы осталась во мне. Она была как незваный гость, который отказывался уходить.

Росток походил на жизнь в лучшем ее проявлении.

Я попытался взять эту силу под контроль.

Я потянулся к Ростку, обволакивая его структурой, оказывая давление и задавая направление для роста. Я делал это тысячи раз с тысячами с разными видами энергий. Любая сила подчиняется, если знаешь правильный подход. Но…

…Росток сжался.

Я надавил сильнее. Зелёная искра заметалась, ускользая как вода сквозь пальцы. Чем больше я давил, тем больше она съёживалась и отказывалась повиноваться.

Предметы вокруг меня дрогнули. Ручка упала упала на пол, блокнот хлопнулся о стену и с шумом упал на пол.

Я открыл глаза и выдохнул, раздраженно глядя в окно.

За окном светились огни Эдема. Прекрасный образчик порядка с его садом, лабораториями, заводом и тренировочными плацами. Всё это я построил за считанные месяцы, подчинив хаос своей воле. Генералы, диверсанты, учёные, политики — все слушались и выполняли приказы.

А трава — не слушалась.

Я пытался командовать растением, как командуют солдатом — требовал подчинения. Но жизнь не знает иерархии, она знает только солнце и воду, тепло и время.

Я умел разрушать, структурировать, направлять и контролировать. Но к сожалению, я никогда не взаимодействовал с самой жизнью на таком странном уровне.

Но теперь эта сила сидела у меня внутри, и я не знал, что с ней делать.

Она была словно атомный реактор без инструкции. Оружие, к которому нет руководства пользователя.

Я откинулся в кресле и уставился в потолок.

Впервые за очень долгое время я чувствовал нечто похожее на растерянность.

* * *

Настоящий Калев

Комната со временем изменялась.

Калев заметил это не сразу, но перемены происходили постепенно, день за днём. Сначала появилось кресло поудобнее, с потёртыми подлокотниками и продавленным сиденьем. Потом книжные полки вдоль стен, заваленные томами в кожаных переплётах. Затем плакаты: рыцарь в чёрных доспехах на фоне горящего замка, дракон, свернувшийся кольцом вокруг башни, герои в развевающихся плащах.

Его подсознание обустраивалось, превращая тюремную камеру в подобие уютной библиотеки.

Калев сидел в кресле, подтянув колени к груди, и смотрел на экран. Там, снаружи, Монстр медитировал в тёмном кабинете. Вокруг него парили предметы, что было красиво и жутко одновременно.

Прошло уже около двух недель с тех пор, как Калев впервые очнулся в этой комнате. Все это время он смотрел, как существо в его теле строило империю, ставило к себе на службу людей одним взглядом. Все это время он убеждал себя, что ему всё равно.

Враньё, конечно.

На экране Монстр… точнее Кассиан, ведь его так по-настоящему звали,… он открыл глаза. Благодаря отражению в бокале Калев мог заметить, что в них плескалось что-то странное. Калев насмотрелся на эти глаза достаточно, чтобы различать оттенки холода. Обычно там была усталость, раздражение или холод.

Сейчас в них отражалось нечто другое.

Калев подался вперёд, всматриваясь. Кассиан откинулся в кресле и уставился в потолок. Его плечи были чуть опущены, а пальцы расслаблены. Мелочи, которые ничего не значили для постороннего. Но Калев смотрел на это тело изнутри уже долгое время и понимал, что…

Он растерян? — понял Калев. — Монстр не знает, что делать.

Мысль была настолько странной, что он не сразу в неё поверил. Кассиан — это некое древнее существо из другого мира, Владыка Бездны, который шагал по миру без тени сомнения. Он всегда знал, что делать. Всегда был на два шага впереди врагов, на шаг впереди союзников. Монстр среди Монстров.

И вот он сидел в пустом кабинете посреди ночи, совершенно один, и выглядел как человек, который впервые в жизни наткнулся на стену.

У Калева защипало в глазах.

Он вспомнил всё, что видел за эти дни. Как Кассиан строил заводы и выращивал сады, пока аристократы плевали ему в спину. Как спасал города от катастроф. Как собирал сломанных людей и давал им новую жизнь, не прося ничего взамен, кроме верности.

Все его ненавидели. Называли чудовищем, узурпатором, угрозой, а он продолжал строить лучшее будущее, чтобы защитить тех, кто идет за ним.

Калев потянулся к полке и снял потрёпанный том. — «Сага о Забытом Королевстве», его любимая книга с детства. Он перелистал страницы, пока не нашёл нужную главу.

Сэр Моргант Проклятый. Рыцарь, которого весь мир считал злодеем. Он носил чёрные доспехи, потому что белые запятнала кровь тех, кого он убил, защищая королевство. Он никогда не оправдывался, никогда не объяснял. Просто делал то, что должен, зная, что история запомнит его как монстра.

В конце книги он погиб один, на стенах крепости, которую