Острова в Эмбердарке - Брендон Сандерсон Страница 15

Она обхватила себя руками, глядя на стол.

— Неужели это неизбежно?

— Нет. Я же не мёртв, правда? Хотя столько раз видел себя таким.

Она покачала головой.

— Я хочу найти выход, Закат. Способ бороться, или... что-то. Способ самим управлять своей судьбой. Чужаки все так уверены, что мы принадлежим им. Что бы я только не отдала, чтобы удивить их...

— Твой труп сжимает медальон Какобана, который я тебе подарил, — сказал Закат, наклоняясь. — Ты когда-нибудь ходила слушать его историю, как я просил?

— Какобан, — сказала она. — Или Десятый, Навигатор. Конечно, ходила. Но... это всего лишь история.

— Истории важны, — сказал он. — Я жив благодаря историям трапперов, которые рассказывали мне, чего избегать.

— Да, но эта история? Она сказочная.

— Расскажи мне её.

Она вздохнула, села, скрестив руки на столе перед собственным безжизненным телом.

— Он вёл наш народ через бескрайнее море ночи. Сражался и убил Даквару, и...

— Он не убивал его, — сказал Закат.

— Он победил Даквару, значит. И был вознаграждён падающей звездой, которая привела его к Патжи. Закат, если он действительно был первым, кто посетил остров, он бы быстро погиб. Не мне тебе рассказывать, насколько опасен Патжи.

В этом она была права. Первые трапперы были глупцами. Не по своей вине; у них просто не было опыта.

— У нас есть истории, — сказал он. — Они откуда-то взялись.

— Ты правда веришь, что существует змей, хвост которого простирается через весь океан? — сказала она. — Ты был там. Ты не видел ничего подобного.

Верно. Но под волнами скрывалось многое, чего он никогда не видел. И не хотел видеть.

— Ты отрицаешь, — сказал он, — что наши предки были исследователями?

— Конечно, нет, — ответила она. — Мы и сейчас исследователи, и я ценю старые истории — но это не значит, что я считаю их точными хрониками.

Возможно, в этом она была права. И она изучала истории, как он просил. Она всё ещё считала себя любителем-траппером несмотря на то, что была одной из тех, кто положил конец всей профессии.

Пока Закат рассматривал медальон, видение наконец исчезло. Сак чирикнула, будто извиняясь, и когда Закат посмотрел на неё, шея птицы поникла. Она явно была измотана.

— Я собираюсь рассмотреть вариант с уходом в отставку, — сказала Вати. — Инсценировать переворот глупо, но, если я просто уйду, это может вызвать политические волнения, которые оправдают отсрочку переговоров. К тому же это лишит меня должности, где я могу навредить.

Закат кивнул. Потом почувствовал, как ему становится не по себе. Впервые за долгое время он обнаружил, что не может молчать.

— Другая сделает хуже, Вати. Другая принесёт больше смерти. Ты лучше, чем другая.

— Ты уверен?

— Нет. — Откуда ему знать? Он не мог видеть будущее, как Сак. И всё же он присел на корточки рядом со стулом Вати и протянул к ней руку.

Она сжала её и держала крепко.

— Ты сильнее всех, кого я знаю, — сказал он. — Но ты всего лишь один человек. Пять лет назад я понял, что иногда один человек не может устоять перед приливом.

— Тогда нет надежды.

— Конечно, есть. Какобан не сдавался, когда умирал от голода в бесконечной ночи.

— Но был ли он вообще настоящим? — спросила она.

— Вати, — тихо сказал он, — ты не думала, что мы обнаружили именно то, о чём говорил тот бронированный чужак?

— Пруд?

— Да, — сказал он. — И, что важнее, то, что по ту сторону. — Он помолчал. — Бесконечная ночь, Вати. Она реальна. И мы должны её приручить.

Глава десятая

Пять лет назад

Эта ужасная женщина никак не замолкала.

— Прости, Закат, — говорила Вати, пока они сидели на крыше его тайного лагеря рядом с его птицами. — Трапперы меня завораживают. Я читала о ваших обычаях и уважаю их. Но модернизация Патжи должна была случиться когда-нибудь; это неизбежно. Острова приручат. Авиары слишком ценны, чтобы оставлять их в руках пары сотен эксцентричных лесных жителей.

— Старейшины...

— Совет ста двадцати вождей одобрил этот план, — сказала Вати, — квалифицированным большинством. Я была там. Они не отменяли решение сената; все согласны. Если элакины не обеспечат контроль над этими островами и авиарами, это сделает кто-то другой.

Закат уставился в ночь.

— Спустись вниз и убедись, что в чашках нет насекомых.

— Но...

— Спустись, — сказал он, — и убедись, что в чашках нет насекомых!

Женщина тихо вздохнула, но полезла вниз по лестнице в комнату. Закат почесал Сак шею, ища утешения в привычном движении и в её присутствии. Может, тени окажутся слишком смертоносны для компании и её кораблей? Вати не выглядела сомневающейся.

Она не сказала мне, почему присоединилась к разведгруппе. Она видела тень, была свидетелем, как та уничтожила её команду, но всё же сохранила присутствие духа и нашла его лагерь. Она была сильной женщиной. Ему нужно будет это помнить.

Она также была человеком Компании — настолько далека от его опыта, насколько это вообще возможно. Солдат, ремесленников, даже вождей он мог понять. Но эти тихо говорящие писцы, тихо завоевавшие мир мечом торговли, ставили его в тупик.

— Отец, — прошептал он. — Что мне делать?

Патжи не ответил, только обычные ночные звуки. Существа двигались, охотились, шуршали. Ночью авиары спали, и это давало возможность самым опасным хищникам острова. Вдалеке закричал кошмарник, его ужасный визг эхом разнёсся меж деревьев.

Сак расправила крылья, пригнулась, голова заходила ходуном. От этого звука её всегда пробирала дрожь. Как и Заката.

Он вздохнул и поднялся, усадив Сак на плечо. Повернулся и едва не споткнулся, увидев у ног свой труп. Он мгновенно насторожился. Что это? Лианы на ветках дерева? Паук, бесшумно спускающийся сверху? В его тайном лагере не должно быть ничего, что могло бы его убить.

Сак пронзительно вскрикнула, будто от боли.

Рядом закричали и другие его авиары — какофония визгов, криков, щебета. Нет, не только они! Повсюду... эхом вдалеке, и вблизи, и вдали кричали дикие авиары. Они шебуршали в ветвях, звук был подобен сильному ветру, проносящемуся сквозь деревья.

Закат зажал уши руками, глаза расширились, когда вокруг него начали появляться трупы. Они громоздились друг на друга, один на другом — раздутые, окровавленные, истлевшие скелеты. Преследовали его. Десятки и десятки.

Он упал на колени, закричав. Это поставило его лицом к лицу с одним из трупов. Только этот... этот был не совсем