Натиск - Марцин Подлевский Страница 80

Игла, якобы копия знаменитой Иглы Императора на Эдеме, возвышалась на более чем три километра. Оснащенная продвинутой системой гравитационных лифтов, она была вбита в центр главного района Лазури — имеющего такое же название, как планета и система — как средневековый замок, центр власти. Настоящая власть, однако, была сосредоточена в Доме Лазури — сооружении, построенном еще Старой Империей и представлявшем собой комплекс соединенных между собой правительственных монолитов.

Зен Картуа жил на одном из последних этажей, и Мистери, после контакта с Контролем, сразу же прибыла на место. Бывший представитель Федерации, а теперь второй консультант, был найден рядом с внутренним бассейном. Поначалу он выглядел спящим, но Контроль обнаружил не только опустошение всей персонали, но и многочисленные повреждения внутренних органов. Хуже того, было похоже, что Картуа убили чем-то, что значительно снизило температуру его тела. Проще говоря, казалось, что его убила собственная персональ, которая снизила температуру — что само по себе казалось абсурдом.

Контроль почти сразу предположил покушение. Но не удалось установить, кто мог проникнуть через комплексную систему безопасности, основанную на генетическом контроле и персонали, а что еще хуже, не удалось выяснить, какое оружие использовал убийца — хотя было установлено, что его применили в непосредственной близости от жертвы, что в дальнейшем расследовании исключило возможность дистанционного управления персональю. Всё указывало на то, что Картуа должен был знать своего убийцу и впустить его в апартаменты. Однако все записи, в том числе и те, что были подключены к Синхрону, ничего не показали. За исключением одного: в течение целого часа ничего не было записано. Система мониторинга была отключена — вероятно, убийцей, который использовал что-то более эффективное, чем обычный поглотитель звука.

Дело зашло в тупик и так продолжалось до тех пор, пока не нашли свидетеля — обычную испуганную уборщицу, которая сказала, что гость Картуа выглядел как… хорошо известный по головидению Спикер Этерион. К тому же, по ее словам, Спикер был «изменен». У Этериона якобы были закрыты глаза, а в руке он сжимал какое-то странное оружие, похожее на острую сосульку. И это бы все объяснило, если бы не тот факт, что Спикер умер гораздо раньше от сердечного приступа, настолько сильного, что его не смогла остановить персональ. Поэтому решили, что убийца использовал какой-то современный голо-костюм или иным образом сделал себя похожим на бывшего Спикера. К сожалению, эти предположения не продвинули дело ни на миллиметр.

Картуа начал приходить к ней через несколько дней.

В первый раз Мистери не поняла, что это сон. Ей казалось, что она вернулась в свои апартаменты и пытается разобраться в ситуации, точно так же, как это было на самом деле. Тогда она еще надеялась, что убийца будет пойман. Взволнованная, она отменила все встречи и ежедневную сессию в ШСС, во время которой, как и каждый из консультантов отдельных сил, она должна была стать язычком весов, заботящимся об интересах гражданского населения Выжженной Галактики.

Зен стоял в одной из комнат, повернувшись к ней спиной. Все еще не понимая, что это сон, она застыла как парализованная. Попыталась заговорить с ним, но слова не шли из горла. Она видела только его спину в костюме чиновника, немного напоминающем средневековый терранский костюм.

Так все и закончилось: без слов, в полумраке, в страхе. Но следующие кошмары оказались намного хуже.

Прежде всего она увидела его лицо — застывшее и холодное, с закрытыми глазами. Он стоял неподвижно — либо перед ее домом, либо в одной из комнат. Иногда он сидел — например, в автоматизированной столовой, как идеальный манекен или сломанная Машина. Каждый раз от него исходил легкий холодок. Ощущение холода оставалось еще некоторое время после пробуждения, однажды она даже была уверена, что некоторые предметы мебели, рядом с которыми стоял Зен в ее сне, покрыты тонким налетом инея.

От этих тревожных снов она просыпалась посреди ночи, не зная, что реально, а что иллюзия. Тогда она садилась и доставала спрятанную на кухне палочку с небольшой добавкой когнитика. Выкуривала ее, тупо глядя в пространство и ожидая, пока Лазурь выйдет навстречу рассвету. Но так было не всегда. Иногда она включала трансляции с херувимов.

К удивлению всего Штаба Синхронной Стратегии, спутники, кружащие вокруг Выжженной Галактики, не были уничтожены Консенсусом, хотя такой шаг казался вполне логичным. Эффективность Натиска значительно возросла бы, а человечество лишилось бы по крайней мере части Синхрона. Проблема заключалась в том, что херувимов было огромное множество, и часть из них Старая Империя создала на основе машинной технологии. Небольшие спутники могли самовосстанавливаться, имели заданный курс и простые глубинные двигатели. Херувимов было достаточно, чтобы Мистери могла мучиться сообщениями из Внешних Рукавов и Пограничных Княжеств. У нее, как и у ШСС, была проблема с оценкой сил Консенсуса, дислоцированных там; галактическая область слишком велика. Но она могла связаться с неповрежденными спутниками и планетарными ретрансляторами.

Изображения с последних производили на нее самое удручающее впечатление.

Она видела фрагменты, уловленные херувимами с поверхности ксеноформированных планет благодаря голоэмиттерам, все еще работающим в некоторых зданиях, или благодаря антеннам, расположенным на крышах, столбах или башнях, или где-то снаружи, за пределами городской агломерации. Записи поступали к ней сериями — и каждая была хуже предыдущей.

Она видела остатки сопротивления — людей в скафандрах и комбинезонах, позволяющих им как-то выживать в преобразованной жуткой среде. Жалкие, беспорядочные сражения и стычки на берегу покрытого фиолетовой кожей моря или где-то между стволами бывших деревьев, которые теперь выглядели как столбы, покрытые стеклянной мазью. Но это было не самое страшное — пустые, разрушенные города в тени ксеноформеров, развалившиеся и преобразованные кладбища забытых миров под чужим небом, заполненным кораблями патогенов.

И рано или поздно она натыкалась на картину, которая заставляла ее отключать синхронную передачу.

Это мог быть район, покрытый липкими зеленоватыми паутинами, приспосабливающими мир к ТуАстам. Это могла быть корка черного, выжженного шлака, с наспех добавленными самовоспроизводящимися структурами Жалобщиков. Это мог быть полупревращенный, деформированный ребенок, топающий по чему-то, похожему на серую трясину, полную бесчисленных дыр, которые казались дышащими.

Что бы она ни видела — это уже не был мир людей.

Консенсус полностью захватил Внешние Рукава, и оставался только вопрос времени, когда он двинется дальше.

Если только не сработает стратегия генерала Пикки Типа.

Стратегия, которая может дать им много времени… и, возможно, изменить ход этой горькой войны. Об