Натиск - Марцин Подлевский Страница 79

Тем временем медленно и величественно из огромного глубинного эха вырисовывался патоген Консенсуса.

Полупрозрачная гигантская бактерия была размером с крейсер. Заблудившийся лазерный выстрел на мгновение коснулся ее, но не оставил даже следа на липкой, неприятно «живой» поверхности корпуса.

— Истребители, охрана «Кривой Шоколадки», — услышали они нервный голос Толка. — Бомбардировщики, поддержка в виде заградительного огня. Дигит, продолжай операцию. Я хочу этого Чужака. «Балерина», включай счетчик.

— Господин капитан… — начал Севенс, но капитан не собирался слушать.

— Я не собираюсь терять весь отряд, — объяснил он, и пилот «Балерины» Сьюзи вдруг поняла, что счетчик на «Драконе» должно быть включен уже давно. — Тяжелые бои — не задача ДР. Мы подчиняемся не военным, а Ксенологической разведке Научного клана. Выполнять, — закончил Толк, отключаясь.

— О, вашу… — начала Сьюзи, но стоящий рядом Севенс положил ей руку на плечо.

— Может, я и старомоден, моя дорогая, — сказал он. — Но я не хочу слышать ругань на моем корабле.

Уинтер медленно, не до конца понимая, что делает, опустила голову и коснулась лбом консоли.

***

Рупич R32C стоял неподвижно, наверное, пытаясь понять, на что он смотрит.

Первый пилот «Кривой Шоколадки» Цара Дженис грустно взглянула на него, отпустила полубессознательного Чужака и выстрелила себе в скафандр из виброшокера Деспектума. Выстрел был не сильный, но достаточный, чтобы разорвать часть защитного костюма, и достаточно неудачный, чтобы повредить главный термостат. Вакуумные скафандры были довольно безопасными и на определенном уровне способны к самовосстановлению или даже отсечению поврежденной части вместе с конечностью, но поломка термостата, напоминающего персональ, могла иметь гораздо более серьезные последствия.

Скафандр завыл сиреной и начал сжиматься, обертывая Цару Дженис как мумию. Костюм старался максимально прилегать к ее телу, сильно сковывая движения. Она могла выжить, но не могла ходить. Она была парализована от пояса вниз и частично от пояса вверх. Выронила из руки виброшокер.

— R32C, — сказала она сухо, как будто проблема неподвижности была для нее самой меньшей из бед, — скафандр перешел в аварийный режим. Я не доберусь до шлюза. У тебя есть две минуты, чтобы вытащить меня отсюда.

— Необходимо выполнить приоритетное задание…

— Не в случае защиты жизни члена экипажа, который… — Дженис застонала и с трудом подхватила упавшего на землю Чужака — должен доставить ксеноединицу… что равносильно части приоритетного приказа.

— Необходимо…

— Ни черта не необходимо! Ты должен отнести меня на борт прыгуна! Сейчас же! Ты слышишь?! — крикнула она киборгу. — Ты думал, я тебя здесь оставлю?! Я люблю тебя, ты чертов идиот! Ты там?! Ты меня слышишь, Малкольм?! Выполняй приказ! Сейчас же!

— Необходимо выполнить приказ, — ответил через мгновение Рупич и двинулся, взяв ее и Чужака на руки. — Время эвакуации с корабля: минута пятнадцать секунд. Необходимо ускориться.

— Так ускоряйся… — прошептала она. — Лети, как будто у тебя зад дымится… ты глупый, тупой болван.

***

Тело девушки, подключенное к черному блоку, начало слегка дрожать. Они молча наблюдали за этим, как Луч с Высоты, так и его заместитель. Молчал и охотник, время от времени поправляя ручки.

— Приняла, — с удовлетворением заявил он через минуту. — Теперь она полетит, как по глубинному скольжению.

— Полетит? — не выдержал Луч с Высоты.

— Без этого номер с покупкой не пройдет, — ответил охотник. — Нужно ее изменить, хотя бы немного, потому что она не пройдет ни через один долбаный Контроль. А мы этого не хотим, верно?

— Я не понимаю, о чем вы говорите!

— Я уже заметил, вы мало что понимаете, — хмыкнул охотник. — Но, пожалуйста, взгляните, — добавил он, касаясь черного блока кончиком ботинка. — Трансформер Синергетический Адаптации Рекоммуникационной типа А. Вот эти трубочки качают что-то вроде элохимского Отвара, но не совсем. Остальное — это переписка с персональю и трансформация на генном уровне плюс РНК по запрограммированному шаблону. Мило, правда?

— Генотрансформер… — вдруг пискнул Пит. — Это же совершенно запрещено… разве что медицинский корпус Научного Клана… и, может, Элохимы…

— Ты мало знаешь о черном рынке, дорогой, — заметил Малкольм Дженис. — Эта штуковина превратит нашу девочку в кого-то совершенно другого, а потом снова… и может быть, снова. Если все пойдет хорошо, — добавил он, обходя висящее тело, — то мое новое приобретение полюбит эти изменения. TSAR-A сделает из него красавицу.

— Нет… вы не можете… — пробормотал Луч с Высоты.

— Могу, могу, — заверил охотник. — Она мало что запомнит. Из себя самой. А потом полюбит. А со временем… — он прервался и снова улыбнулся, но на этот раз в его улыбке появилось что-то похожее на нежность, которая, однако, исчезла так же быстро, как и появилась, — со временем она полюбит и меня.

6

Консультантка

В принципе, война такого масштаба, охватывающая Галактику, состоит из фрагментов. Итак, мы имеем фрагмент вторжения в звездный сектор и попытку его защиты. Фрагмент столкновения на поверхности планеты между десантными и оборонительными силами. Фрагмент переброски звездных сил на космическую станцию, обращающуюся вокруг стратегического небесного тела. А кроме того, настоящий набор фрагментов действий снабженческого, военного или ремонтного характера, где каждое решение порождает целый конгломерат событий, стратегий и ходов.

Поэтому я с полной уверенностью могу сказать, что такая огромная синхронная сложность была бы невозможна без милитаризационной программы Единства. Устранив территориальные границы и запустив программу милитаризации, Единство сделало то, что не удавалось человечеству со времен Галактической Империи — создало настоящее Согласие.

Эклем Стотен Гибартус,

Главный Контролер и Глава Наблюдателей,

Размышления о Войне Натиска

Мистери Артез, консультантка Северных Сил, была уставшей и напряженной и, наверное, поэтому ей приснился Зен Картуа.

Кошмар с Зеном возвращался время от времени, но это не было проблемой. Хуже было то, что сон возвращался в разных вариантах и с разными сюжетными поворотами. Начинался он, правда, всегда одинаково — если это может утешить — а потом менялся, иногда совершенно бессмысленно. Объединяло сны только одно: Картуа всегда был с закрытыми глазами.

Начало каждого кошмара было простым и являлось прямой копией того, что происходило наяву: через персональ с ней связывалась Хлоя Хо,