Медведев. Книга 9. Сила - Гоблин MeXXanik Страница 5

Но вместо очередной колкости леший неожиданно лишь натянул плед почти до самого подбородка и сердито пробормотал:

— Ладно. Посижу. Только недолго.

— Вот и замечательно, — совершенно спокойно ответила Марина.

Я переводил взгляд с одного на другую и никак не мог отделаться от странного ощущения.

Между ними словно беспрерывно проскакивали искры.

Они спорили, каждый пытался настоять на своем. Но при этом Иволгин удивительным образом избегал самого главного. Он ни разу не попытался ее задеть. Не позволил себе ни единого по-настоящему резкого слова.

И вдруг я совершенно отчетливо понял причину. Молодой леший не боялся Марины. Не уступал ей. Он словно берег ее от своего нрава. Для существа, привыкшего сначала говорить, а уже потом думать, это было почти подвигом. И я был благодарен ему за это.

Глава 2

Кто ходит в гости по утрам

Сестра еще какое-то время постояла рядом, глядя на Иволгина с тем выражением лица, которое я слишком хорошо знал с детства. Обычно оно означало, что Марина уже все решила и спорить с ней совершенно бесполезно. Можно было приводить разумные доводы, возмущаться, ссылаться на обстоятельства, но итог все равно оставался одним и тем же.

Марина тихо вздохнула и снова поправила плед, который, на мой взгляд, и без того лежал совершенно нормально. Ее пальцы скользнули по ткани и едва коснулись плеча лешего. И от этого Иволгин вздрогнул так сильно, словно его ударило током. Я даже подумал, что сестра случайно задела рану, но молодой леший не поморщился от боли. Вместо этого он почему-то торопливо покосился на меня. Взгляд у него был настолько виноватым, будто я только что застал его за чем-то совершенно непозволительным.

Я недоуменно приподнял бровь. Иволгин тут же отвернулся.

— Я и сам могу, — буркнул он и принялся зачем-то разглаживать край пледа.

— Конечно, — совершенно спокойно согласилась Марина.

Спорить она не стала, чем, кажется, окончательно выбила лешего из колеи. Сестра взяла со столика чашку и протянула ее гостю.

— Никифор просил проследить, чтобы вы все выпили.

Иволгин посмотрел на чашку с таким подозрением, словно внутри находилось по меньшей мере средство от леших.

— Ох уж этот Никифор, — тяжело вздохнул он.

Однако отказываться не стал. Он осторожно принял чашку из рук Марины, поднес к лицу и долго принюхивался. Потом нахмурился, снова понюхал и слегка скривился.

— Что там? — не удержался я.

— Очень многое, — мрачно отозвался Леший. — И далеко не все из этого следовало смешивать в одной чашке.

— Никифор лучше знает, — заметила Марина.

Иволгин бросил на нее быстрый взгляд, но спорить опять не стал. Только еще раз понюхал отвар, словно надеялся, что за последние несколько секунд тот каким-нибудь чудом изменит состав, после чего обреченно пригубил.

Я внимательно наблюдал за выражением его лица. Сначала ничего не произошло. Потом одна бровь Иволгина едва заметно поползла вверх. Следом дрогнул уголок рта. Но леший мужественно проглотил отвар и даже сделал второй глоток.

— Хороший? — невинно поинтересовалась Марина, скрестив руки на груди.

— Сгодится, — сдержанно ответил Иволгин и медленно опустил чашку, после чего посмотрел на сестру с явным вызовом.

Странно, но даже сидя в кресле и вынужденно глядя на Марину снизу вверх, молодой леший умудрялся казаться внушительным. В его взгляде появилось то самое выражение лесного хозяина, который привык, что на собственной территории ему никто не указывает, что делать.

Только на мою сестру это не произвело ровным счетом никакого впечатления. Она удовлетворенно кивнула и в очередной раз поправила плед.

Я посмотрел на него внимательнее. По моему мнению, плед лежал прекрасно еще с первого раза. Более того, после всех стараний Марины он уже был расправлен настолько аккуратно, что улучшить что-либо стало попросту невозможно.

Иволгин, похоже, придерживался того же мнения. Но почему-то молчал.

Сестра еще раз окинула его внимательным взглядом, словно проверяя, достаточно ли надежно устроен больной, после чего направилась к двери. У самого порога она остановилась.

— Скоро завтрак будет на столе, — предупредила Марина. — И попрошу…

Она обернулась и со значением посмотрела на лешего. Тот замер с чашкой возле губ.

— Без помощи не подниматься и никуда не ходить.

Иволгин медленно отставил чашку от лица. В его глазах мелькнуло знакомое упрямство.

— А что, если я ослушаюсь? — с усмешкой спросил он.

Марина даже не улыбнулась.

— Мне придется принять меры, — отчеканила она.

Признаться честно, от ее тона проняло даже меня. Сестра говорила негромко, не сердилась и совершенно точно не пыталась никого напугать. Но прозвучало это настолько серьезно, что я невольно задумался, какие именно меры она собирается принимать.

Судя по лицу Иволгина, он задумался о том же. Молодой леший сглотнул. Потом молча отвернулся и с неожиданным усердием принялся пить отвар.

Марина еще несколько секунд смотрела на него, после чего удовлетворенно кивнула и скрылась в доме. Дверь за ней тихо закрылась. На веранде повисло молчание. Иволгин продолжал смотреть в свою чашку. Я смотрел на Иволгина.

Он упорно делал вид, будто ничего необычного только что не произошло. Мне пришлось откашляться, чтобы скрыть улыбку.

— Елки после того случая не пострадали, — словно между прочим сообщил я.

Леший удивленно поднял голову.

— Чего?

Я едва удержался, чтобы не рассмеяться. На лице Иволгина появилось растерянное выражение, которое почти сразу сменилось привычной невозмутимостью.

— Елки, — повторил он уже гораздо серьезнее. — Это важно.

Он сделал еще один глоток отвара и степенно кивнул.

— То, что с ними все в порядке, — это хорошо.

— Конечно, — согласился я.

Иволгин подозрительно прищурился. Я постарался сохранить самое серьезное выражение лица, на какое только был способен. Несколько