Искатель, 2012 №4 - Татьяна Косова Страница 9

Компания не просто не потеряла ни одного заказчика, репутация ее, пожалуй, еще упрочилась. Лайерс объявил, что всякий, кто покупал сталь у его компании, может потребовать проверки ее на радиоактивность, которую он готов немедленно провести за свой счет. Те, кто воспользовался этим предложением, охотно сообщили репортерам, что сталь выдержала испытание с честью. Лайерс установил на всех своих предприятиях специальные приборы, реагирующие на повышение радиации; Миллисент организовала визит на каждое из них представителей прессы, которым показали приборы, документы, подтверждающие их назначение и факт покупки, и угостили роскошным ужином.

Стоимость акций поднялась даже чуть выше, чем была до инцидента.

— Дела идут, пожалуй, недурно, — сказал Лайерс, когда все как-то утром собрались в его кабинете. Он говорил серьезно, но в глазах его плясали веселые искорки. — Конечно, кампания влетела в копеечку, но...

— Не в такую уж и копеечку, — заявил начальник планового отдела. Поймав изумленные взгляды коллег, привыкших к его прижимистости, он покраснел и начал объяснять: — Я опасался куда худшего. Оказалось, что и расходов меньше, и ни один заказ не снят, даже два новых появилось. И акции опять поднялись.

— И продолжают подниматься, — вполголоса заметил Майкл.

— Да. Можно сказать, что мы вышли из положения с честью, — Миллисент улыбалась, — жаль, что нельзя наказать этих... сказала бы я... из газеты, но, поскольку статья напечатана так и не была, мы ничего не можем поделать. Придется спустить им на этот раз. Так что все, что нужно, уже сделано.

— Нет, не все! — По своему обыкновению, Лайерс молча слушал, а потом, когда все высказались, заговорил: — Не сделано самое главное.

Все замолчали и уставились на него.

— Я желаю знать, — раздельно произнес Лайерс, — кто купил пакет акций Клэриджа.

— Честно говоря, — начал Майкл после паузы, — у меня совсем вылетело из головы...

— Вы были заняты спасением компании, — перебил Лайерс. — Я это знаю и ценю. Вы справились с этим блестяще. Не хотел говорить раньше времени, но не утерплю: в конце этого месяца, в день выдачи денег, каждый из присутствующих здесь найдет в своем конверте кое-что посущественней благодарности, выразить которую я сейчас пользуюсь случаем.

— Вы совершенно напрасно обижаете нас, босс, — сказала Милли спокойно. — Мне ваша благодарность дороже денег, и я уверена, что могу сказать то же и о других.

Остальные молчали, и это было красноречивее, чем если бы они громогласно поддержали Миллисент.

— Прошу прощения, — поспешно сказал Лайерс. — Я знаю, что это так и есть. Но и вы должны понять мое желание отблагодарить вас всех. Ведь без вас я просто пошел бы на дно. А с тех пор как эти подлецы финикияне выдумали монеты, найти лучший способ благодарности очень трудно.

Все заулыбались и облегченно зашевелились. Лайерс понял, что прощен, и продолжал:

— Итак, мне надо знать, кто купил пакет Клэриджа.

— Мы же не сыщики, босс, — возразил Майкл.

— А я думаю, это будет не так уж и сложно, — заявил Фил. — Скоро время выплаты дивидендов. Можно считать доказанным, что пакет ушел в одни руки, а не порознь?

— Я видела своими глазами, — сказала Милли. — Я была там по другим делам и увидела Артура. Я просто глазам своим не поверила, когда узнала наши акции и поняла, что он их продает. Какой-то человек, мне незнакомый, купил их все оптом на моих глазах.

— А ты узнаешь его?

— Боюсь, что нет. Но на бирже он не завсегдатай. Я ведь всех знаю — должность такая.

— Конечно, акции не именные, — сказал Фил. — Но при выплате такой суммы дивидендов — у Клэриджа ведь был самый большой пакет — узнать будет можно.

— Да какая вам разница? — спросил плановик.

Лайерс посмотрел на Майкла и Милли. Оба поспешно отвели глаза, не желая заново открывать дискуссию.

— Вы же прекрасно понимаете, — сказал Лайерс, — что тот, кто купил акции, получит солидную, даже очень солидную, прибыль. И будет получать таковую ежеквартально.

— И делить с Клэриджем, — не выдержала все-таки Миллисент.

— Нет, с Артуром, — упрямо возразил Майкл.

— И делить ее с каким-то негодяем, — невозмутимо продолжал Лайерс, — который и подстроил всю эту чехарду. Мы должны его вычислить.

— Какой смысл Клэриджу продавать и опять покупать через подставное лицо собственные акции? — спросил Майкл у Милли.

— Я этого не утверждала. Я говорила, что он продал, струсив, а потом разыграл комедию. Но сейчас я думаю, что ты, может, и прав. Значит, какой-то смысл был.

— Какой-то смысл был! — передразнил Майкл. — Ау Артура этот смысл и искать не надо. Он очевиден.

Начался разноголосый спор. Мнения разделились. Кто-то защищал Артура: он имел заработок, хорошую должность, а прибыль, хоть и высокая, вряд ли стоила риска все потерять. Другие стояли за Клэриджа: столь сложная игра, да еще и неизвестно зачем проводимая, была непохожа на него.

— Я вижу, что я в меньшинстве, — сказал наконец, улыбаясь, Лайерс. — Я уверен, что никто из них ни при чем.

— Как же это может быть?

— Они же не о смысле жизни спорят, — сказал Фил. — Тогда могут быть оба правы или оба ошибаться. Но ведь здесь верно только одно: Клэридж либо звонил Артуру, либо нет. И все.

— Он не звонил ему, — сказал Лайерс.

— Значит, лжет Артур?

— Нет. Он не лжет. Он и в самом деле так считает.

— Значит, его обманули?

— Послушайте, босс, — вмешался Майкл, — представьте себе, что я звоню вам и пытаюсь выдать себя за Фила. Удастся мне это?

Лайерс помедлил.

— Нет.

— Это невозможно. Они работают вместе несколько лет. Знают малейшие оттенки голоса друг друга и все интонации.

Лайерс молчал.

— Один из них нагло врет, босс. Вопрос только в том, кто.

— Артур сказал, — медленно заговорил Лайерс, — что его несколько удивило, что Клэридж извинился за ранний звонок.

— Ай, бросьте вы эти сименоновские штучки! — обозлился Майкл. — «Поскольку он в двухлетнем возрасте любил свою троюродную бабушку, он сейчас не может обмануть Клэриджа». Бред это!

— Психологию уважать надо, — сказал Фил укоризненно.

— И все-таки, почему он извинился за ранний звонок?

— И я бы извинился. И вы. И он. Вы что, способны позвонить мне в шесть утра и не извиниться?

— У них это было не принято.

— Перестаньте, босс! Добрая у вас душа. Одну минуту. — Майкл набрал номер офиса Клэриджа и попросил соединить его с Артуром; телефон он переключил на специальный режим, позволявший присутствовавшим слышать абонента.

Несмотря на недоразумение, Клэридж не уволил Артура, и тот продолжал работать в его офисе. Это было делом рук Лай-ерса. Он позвонил Клэриджу,