Искатель, 2012 №4 - Татьяна Косова Страница 8

— Идемте отсюда, — вмешался Лайерс, расплачиваясь за пирог Миллисент, ее кофе, кофе Майкла и свой чай, к которому он не притронулся. — У нас полно дел.

Прибыв к себе в офис, Лайерс снова собрал всех и принялся отдавать распоряжения тем резким тоном, который появлялся у него в кризисных ситуациях и который хорошо знали его сотрудники.

— Миллисент, немедленно свяжитесь с прессой. Скажите, что я желаю сделать заявление. Майкл, разыщи лучших специалистов по радиации и врачей соответствующего профиля, их надо пригласить как экспертов. Фил, подготовьте распоряжения на все предприятия по созданию специальных комитетов, обязанность которых — встретить комиссию, создать ей все условия для работы. Ничего не скрывать. Не забыть о бытовых сторонах дела: гостиница для них, питание и что там еще нужно. Все расходы за наш счет. И еще одно... — он обвел всех глазами, — еще одно... Я желаю знать, кто приобрел пакет акций Клэриджа.

— Так, значит, он все-таки продал! — на разные голоса воскликнули присутствующие, которым Майкл и Миллисент не успели еще пересказать драматическую сцену, произошедшую у Клэриджа.

— Да, продал, — и Майкл, взглядом испросив у Лайерса разрешения, пересказал события. — Мы с Милли разошлись во мнениях, кто врет: она стоит за Клэриджа, я ставлю на Артура. Неизвестно, узнаем ли мы когда-нибудь...

Лайерс вдруг стукнул ладонью по столу, совсем негромко, но это было так непохоже на него, что Майкл тут же умолк.

— Я не позволю чернить людей, — раздельно сказал Лайерс.

— Я не черню, босс, простите, он ваш друг и...

— Я сказал, что не позволю чернить людей, — повторил Лайерс, — ни своих друзей, ни чужих. То, что ты говоришь, Майкл, попросту клевета.

— Да как же клевета!

— Если один говорит, что сахар белый, а другой — что он черный, один из двух обязательно лжет, — вполголоса заметила Милли. — Нельзя отрицать очевидность. То, что сказал один из них, — ложь.

Лайерс посмотрел на нее. Неумолимая логика друзей смутила его не больше, чем на секунду.

— Если ты хочешь представить это как логическую задачку, Милли, — медленно сказал он, — не забудь, что для правильного решения необходима еще одна предпосылка. В условия задачи надо вписать, что сахар был однотонный. Он имел только один цвет. Понятно? Только тогда можно с уверенностью сказать, что один из двух лжет.

— Но ведь Артур и Клэридж...

Ладонь Лайерса снова тяжело опустилась на стол.

— Они оба говорят правду, — сказал он.

Еще никогда в жизни Адам не сердился на сестру, и сейчас, когда он стоял перед ней, красный и разгневанный, она испуганно сжалась, точно опасаясь оплеухи.

— Ты даже не спросила, как ее зовут! — грохотал Адам. — Что ты вообще выяснила?

— Это произошло так неожиданно, — защищалась Ева. — Я никак не ждала и...

— Ты не ждала? — перебил Адам. — Ты зачем сюда переезжала, может, вспомнишь?

— Господи, да я думала, это ты! Телефон сразу зазвонил, как только мы с тобой попрощались! Я думала, ты что-то забыл!

— Ну хорошо, — тихим от злости голосом сказал Адам, — хорошо. Но ведь ты должна была сразу понять, что это не я! Не я! И перестроиться.

— Как будто это так просто! И потом, говорила в основном не я, а она. А я слушала так напряженно, что совсем забыла ее спросить...

— Ты назвала ей имя миссис Клэридж?

— Нет. Говорю тебе, она заявила, что не желает его знать.

— Короче, надо начинать все сначала. Итак, она должна была быть на вечере у Торета. Так?

— Наверное, — неуверенно сказала Ева.

— Там же была миссис Клэридж, и в первый вечер, когда шли танцы, на ней было платье с черным газом, которое наша таинственная гостья потом так настойчиво разыскивала. Значит, что-то произошло, и произошло в этот вечер.

— Похоже на то. Потом Торет, под явно надуманным предлогом, напускает на нее полицию. Ее ищут. Она явно скрывается. Значит, так: возьми газеты и проверь светскую и криминальную хронику. Может быть, где-нибудь кто-нибудь исчез.

Ева покачала головой.

— Нет, не думаю. Разумеется, я просмотрю газеты. Но, если бы она была из них, ее бы узнали по описанию миссис Клэридж, да и вообще — знаешь, сколько я их перевидала? Она не из так называемого «общества». Я почти уверена.

— Я думаю, ты права. Я ведь их тоже видел: то и дело мотаются на курорты, идут через таможню.

— Может быть, она из слуг?

— Нет, — подумав, ответил Адам.

— Нет, — согласилась Ева. — Непохоже, верно? Прекрасно одета, как леди, и выговор совершенно аристократический.

— Красивый голос, — подхватил Адам. — Она ведь почти ничего не говорила, но я это отметил.

— По телефону тоже слышно. Чистая, правильная речь. Нет, она не из слуг. Исключено.

— А может, она тоже портниха и шьет на жену Торета? Ведь она сказала, что умеет шить.

— Тем более исключено.

— Почему?

— Перед твоим приходом она описывала мне платье — очень четко и абсолютно точно, так что узнать его было легче легкого. Но она говорила как портной-любитель: не пользовалась терминами, известными всем профессионалам. Например, сказала «пришито» вместо «притачано». Ни одна портниха так не скажет.

— Понял. Так что теперь делать — не представляю.

— Ждать. Она сказала, что позвонит еще.

— Так что же ты молчишь?!

— Я и в самом деле молчала — просто потому, что ты орал и бесновался, не давая мне открыть рта.

— Если бы мы знали ее имя, — простонал Адам. — Как ты могла! — И, взглянув на огорченное лицо сестры, поспешно добавил: — Нуда ничего! Она же сказала, что еще позвонит, вот и спросим.

— Позвонит, — оживляясь, повторила Ева. — Я просто уверена в этом.

— Судя по тому, что она тебе сказала, она ни в чем не виновата, но попала в какие-то обстоятельства, при которых ее заподозрили. Это как-то связано с платьем, и она пыталась найти его хозяйку. Видимо, это помогло бы ей оправдаться. А сейчас уже, наверное, поздно.

— Не сыпь соль на рану, — попросила Ева. — Я сваляла дурака.

— Ты вела себя тогда так, как тебе подсказывал твой профессиональный долг, — несколько напыщенно произнес Адам. — А дурака ты сваляла сегодня, когда не узнала ее имени.

— Довольно! — взмолилась Ева.

— Хорошо, будем ждать.

Ева продолжала жить в квартире брата. Прошло полтора месяца, никто не позвонил. Тогда они решили повторить объявления в тех же газетах.

Глава третья

ЕСЛИ ВЕРИШЬ В ДОБРО

Кампания, которую провела фирма «Лайерс», чтобы доказать чистоту своей продукции, увенчалась полным и абсолютным успехом. Майкл и Миллисент трудились как пчелы: Майкл разыскивал наиболее авторитетных в нужной области специалистов и склонял