Признание в убийстве - Лия Миддлтон Страница 5

Эмилия хватает телефон и заходит в Инстаграм[2]. Она лихорадочно набирает имя Хейли. Загружается список аккаунтов – бесконечное количество профилей. Нет, она никогда не сможет ничего найти в этой соцсети. Она выходит из приложения и запускает Твиттер[3]. Ее пальцы летают над экраном, она снова ищет.

Хейли Джеймс, Лука Франко, Лондон, Убийство.

Нет результатов.

Довольно скоро пользователи Комнаты Исповеди проговорятся, информацию сольют в СМИ, и весь мир узнает. Но пока, похоже, признание остается тайной в стенах форума. Эмилия дрожит. Возможно, она первая на свете, кто это увидел.

Эмилия откидывается в кресле и судорожно трет глаза, пытаясь выровнять дыхание.

Все в порядке. Может, это просто шутка. Может, кто-то просто дурачится.

Она снова берет телефон, опять заходит в Инстаграм. Результаты поиска еще на экране – разные лица с именем Хейли Джеймс радостно улыбаются со всевозможных локаций: мать обнимает младенца, подросток играет в волейбол на пляже, молодая женщина поднимает бокал шампанского, ее голова запрокинута назад, она смеется. Просматривать эти профили можно бесконечно, имя слишком распространенное. Но вот мужское…

Лука Франко. Да. Его должно быть легче отыскать.

Эмилия вводит имя в поисковой строке. Выпадает список результатов, она начинает кликать по ним, ища указанное местоположение.

Первый – мужчина около сорока, седеющие волосы и светло-голубые глаза. Но он выложил публикацию меньше часа назад из Рима.

Второй профиль принадлежит мальчику, подростку из Америки. И она быстро переключает на следующего. Австралия.

«Лондон» – гласит пост. Она должна найти Луку Франко из Лондона.

Эмилия щелкает на четвертый профиль, и ей улыбается молодой мужчина возрастом около тридцати лет, белоснежные зубы сияют на смеющемся лице. В недавних публикациях – фото «У Аннабель». Он был в Мэйфейр еще вчера.

Эмилия открывает список его подписчиков. Она ищет имя: Хейли Джеймс. Вероятно, они как-то связаны.

Отображается один профиль.

Они действительно связаны.

Дыхание перехватывает, Эмилия нажимает на аккаунт. Вот она – розовые волосы. Симпатичная. Но недавно выложенных историй нет. А последняя публикация была шесть дней назад.

Эмилия открывает ее подписчиков, пролистывает профиль за профилем, смотрит истории, недавние фотографии – но ни по одной из них нельзя сказать, что Хейли исчезла или находится в опасности. Она проделывает то же самое со страницей Луки… Ничего.

Ничего нет.

То есть ничего, что она в силах найти… Но если бы этих людей объявили в розыск, полиция бы знала.

Может, Киран в курсе.

Эмилия смотрит на телефон, который все еще держит. Нельзя ему звонить. Точно не сейчас, после всех месяцев тишины. Можно набрать Дженни. Но та вряд ли знает: она работает не в следственном, а в отделе задержаний. Нужно позвонить 999 и доложить о посте: показать им сайт, и на этом всё. Но Эмилии хочется убедиться, что это все неправда – всего лишь какой-то обиженка или садист решил сделать вброс. Может, кто-то из друзей Луки или Хейли по своей тупости подумал, что это будет смешно.

Надо позвонить Кирану.

Внутри все переворачивается от одной мысли, что ей придется снова с ним разговаривать. В прошлую их встречу он поцеловал ее в лоб – так же, как и всегда, – и сказал, что подождет, пока она не будет готова. Но Эмилия с тех пор не общалась с ним. Всего за неделю до этого он помогал ей с переездом в новый дом, утешал ее, когда она в последний раз закрывала дверь их с Софи квартиры.

Он может не взять трубку. Увидеть ее имя на экране и ждать, пока звонок прекратится.

Трясущимися пальцами Эмилия находит его номер в списке контактов. Ей не приходилось делать этого раньше. Киран инициировал все прошлые созвоны и переписки, и их общение занимает целый экран.

И снова знакомая печаль скручивается в животе. Тоска по нему приносила такую боль, которая случается только тогда, когда действительно скучаешь по кому-либо. Но она заставила себя забыть.

Видимо, пришло время вспомнить.

Она нажимает на кнопку вызова и подносит телефон к уху, сердце стучит все быстрее и быстрее с каждым долгим гудком.

– Эмилия? – Руки дрожат из-за удивления в его голосе.

– Привет, Киран… – Она ждет, надеясь, что он скажет что-нибудь, но мужчина продолжает молчать. Его удивление практически осязаемо.

– Как… Как ты?

– Эм…

Он думает, прокашливается. Киран всегда так делал, если не знал, что именно сказать: тянул время, подбирая слова для ответа.

– Я в порядке, Эми. Я в порядке… Ты как?

– Я тоже.

Она прикусывает губу, пытаясь расслышать улыбку в его голосе.

– Я… Ты на службе? Извини, что звоню вот так…

– Нет, все нормально. Рад тебя слышать… Я просто в участке. Когда увидел твое имя на экране, подумал, что ты села на телефон или что-то в этом роде.

Она улыбается, ее сердце греют звуки его мягкого смеха.

– Прости, что не позвонила раньше. Я просто… Не знала, как…

– Прошу, не извиняйся.

Эмилия кивает, зажмуривается. Как она могла отпустить его? Оттолкнуть такого мужчину? Того, кто сделал бы все ради нее, который любил ее так, как другие могут только мечтать.

– Есть кое-что, о чем я хотела тебя попросить.

Он вздыхает так тихо, что, если бы она не знала его настолько хорошо, и не заметила бы. Киран расстроен. Расстроен, что она позвонила, потому что нуждалась в какой-то услуге, а не в нем самом.

– О чем же? – отвечает он.

– Ты слышал о Комнате Исповеди?

– Эм… Не уверен.

– Это форум, где люди могут оставить анонимные признания. Открылся где-то год назад и уже набрал обороты. На нем уже тысячи признаний…

– Ну, допустим…

– Так вот, я сидела на форуме, читая посты, и тут появился один… Кто-то признался в убийстве и оставил два имени.

Он не отвечает. Шум его дыхания доносится из динамика, но он не произносит ни слова.

– Киран?

– Прости, я тут… Что именно там написано?

– Там написано: «Вот вам признание. Убийство. Лондон. Хейли Джеймс. Лука Франко». Это всё.

Эмилия ждет, покусывая ноготь на большом пальце, пока Киран стучит по клавиатуре. Она может представить его сейчас: темные брови над зелеными глазами нахмурены, когда он внимательно читает с экрана и убирает мягкий завиток волос со лба.

– Видишь? – шепчет она.

– Угу… Когда пост появился?

– Где-то пятнадцать минут назад. Я поискала имена в соцсетях, и похоже, что нашла их. Могу отправить