Двор Ядовитых Сердец - Элис Нокс Страница 15

Голос вышел суше, чем я ожидала.

— Ты пытаешься напугать меня мёртвыми? Меня? О'Киф?

Усмешка коснулась моих губ, холодная и острая.

— Я хоронила людей с семи лет, Морикай. Мыла тела, закрывала глаза умершим, читала молитвы над свежими могилами, когда другие боялись подойти. Спала на кладбище, когда мне некуда было идти.

Я шагнула ближе, вызывающе поднимая подбородок.

— Мёртвые не пугают меня. Никогда не пугали. Они спокойнее, честнее и добрее, чем большинство живых, которых я знала.

Пауза. Я наклонила голову, позволяя усмешке стать острее.

— Так что если думал произвести впечатление угрозами о склепах... попробуй что-нибудь другое. Это не сработает.

Секунда тишины.

Он смотрел на меня, и я видела, как выражение его лица менялось на глазах. Удивление сменилось чем-то другим.

Интересом. Настоящим, живым, который заставил серебро в его глазах засветиться ярче.

Потом уголок его рта пополз вверх, медленно, превращаясь в кривую усмешку, которая была почти... восхищённой.

— Боги и демоны, — пробормотал он, качая головой. — Ты действительно другая.

Он выпрямился, и крылья дёрнулись за спиной.

— Хорошо. Без угроз склепами, — голос стал легче, почти насмешливым. — Пойдём посмотрим на выход. Может, лес испугает больше, чем мертвецы.

Он развернулся и начал подниматься по лестнице.

Я последовала, и на губах играла довольная улыбка.

***

Мы поднялись по лестнице и прошли через лабиринт коридоров. Он вёл уверенно, я следовала, пытаясь запомнить путь, но всё сливалось: поворот налево после колонны с ангелом, чьё лицо стёрлось временем; направо у той арки с треснувшим замковым камнем; вверх по короткой лестнице с пятнадцатью ступенями.

Безнадёжно. Я никогда это не запомню.

Ещё один длинный коридор. Ещё две лестницы вверх. И наконец Морикай остановился перед массивной дверью, дубовой, почерневшей от веков, покрытой резьбой, которая когда-то была детальной, а теперь стёрлась до неразличимых контуров.

Ангелы? Крылья? Битва? Невозможно сказать.

Он толкнул её одной рукой, легко, будто тяжёлое дерево весило не больше пера. Петли взвыли протестом, дверь распахнулась, и утренний свет хлынул внутрь, ослепительный после полумрака коридоров.

Я зажмурилась, прикрывая глаза ладонью, пока они не привыкли к яркости.

Мы вышли на ту самую площадку, где он приземлился ночью, широкую, треснувшую, заросшую мхом. Но с другой стороны. Влажная зелень была скользкой даже сквозь толстую шерсть чулков, и я двигалась осторожно, боясь поскользнуться.

Я направилась к краю площадки, туда, где камень обрывался, открывая вид, и когда увидела, что за ним, дыхание на мгновение застряло в горле.

Всевышние и демоны.

Лес простирался во все стороны, бесконечное море тёмной зелени, волнующееся на ветру, который поднимался снизу и нёс запах сырой земли, хвои, дождя и диких вещей. Деревья были древними, огромными, стволы толщиной в три обхвата, кроны смыкались так плотно, что земля внизу тонула в постоянной тени.

Утренний туман стелился между стволами белыми лентами, превращая лес в нечто призрачное, нереальное, как иллюстрацию из старых сказок, где герои заблудились навсегда.

Красиво.

Смертельно опасно.

Абсолютно непроходимо.

Я сделала ещё шаг к краю и посмотрела вниз.

Высоко. Запредельно высоко.

Собор стоял на утёсе, возвышаясь над лесом. Головокружительная высота. Земля внизу казалась игрушечной, деревья — не больше травинок.

Прыжок убил бы прежде, чем я успела бы вдохнуть.

— Видишь? — Голос Морикая за спиной был мягким, почти сочувствующим, но с оттенком удовлетворения. — Ближайший город в трёх днях пути. Через лес, который ты видишь. Без дорог, без троп, без ориентиров.

Он подошёл и встал рядом, не касаясь, но достаточно близко, чтобы я чувствовала тепло его тела, контрастирующее с холодным ветром.

— Волки, медведи и кое-что похуже бродят там, — продолжил он, кивая на лес. — Без провизии, без оружия, с ранеными ногами...

Он посмотрел вниз, и я проследила за его взором.

Мои ноги в чулках, нелепо огромных, но тёплых.

Что-то мелькнуло в его глазах, быстро, прежде чем он скрыл.

— Ты дойдёшь до опушки. Может. Если очень повезёт. — Голос стал суше. — Дальше начинаются патрули Инквизиции. Дороги, деревни, всё под надзором. Ищейки обучены специально для поиска таких, как ты.

Он повернулся ко мне и встретил мой взгляд.

— Как только выйдешь за пределы барьеров собора, они почуют тебя. Кровь О'Кифа имеет... особый запах для их собак. — Пауза. — Час, может два, прежде чем найдут. Свяжут. Притащат обратно в Ашфелл.

Голос упал ниже, стал жёстче:

— И на этот раз я не буду там, чтобы спасти.

Тишина легла, между нами, тяжёлая.

Я смотрела на лес, ветер трепал мои волосы и холодил лицо. Правда была горькой, но неоспоримой.

Он прав. Проклятый, высокомерный ублюдок абсолютно прав.

Бежать — самоубийство.

Я развернулась к нему, скрестила руки на груди и встретила его взгляд прямо.

— Тогда, полагаю, нам лучше найти способ снять твоё проклятие быстро. Пока я не сошла с ума от скуки в твоём "доме".

Что-то мелькнуло в его лице. Удивление? Уважение?

Он посмотрел на меня дольше, чем нужно, и что-то в серебре его глаз потеплело, едва заметно, но я поймала.

Уголок рта дёрнулся вверх.

— Едкая с самого утра, — заметил он, и голос стал мягче, почти одобрительным. — Мне нравится.

Он развернулся к двери и небрежно махнул рукой.

— Идём. Покормлю тебя. Не хочу, чтобы ты умерла от голода прежде, чем станешь полезной.

Полезной.

Слово кольнуло, напоминая о том, кем я являюсь для него. Инструмент. Средство к цели. Ничего больше.

Но я не показала, как оно задело, и просто последовала за ним обратно в собор, прочь от вида на лес, от холодного ветра, от иллюзии свободы, которой никогда не было.

Дверь закрылась за нами с глухим, окончательным стуком.

И я поняла (не головой, а где-то глубже, в том месте, где живут инстинкты выживания) что я в ловушке. Красивой, древней, окутанной магией, но ловушке.

И единственный выход — через него, через сделку, которую не понимаю, через проклятие, которое не знаю, как снять.

Но я выживала раньше в худших условиях. Выживу и здесь.

Верена не из тех, кто сдаётся!

***

Кухня оказалась в западном крыле, далеко, через лабиринт коридоров, которые я никогда бы не нашла сама

Морикай вёл молча, не оборачиваясь, не проверяя, следую ли я, просто шёл широкими, уверенными шагами.

Мы миновали ещё одну развилку, спустились по короткой лестнице и вошли в просторное помещение.

Кухня.

Большая, намного больше, чем нужно для одного существа. Очаг занимал всю