Коннемара - Николя Матье Страница 3

провинции, по крайней мере, их ждало улучшение качества жизни, они могли позволить себе просторный дом с большим садом, не говоря уж о том, что в этих гостеприимных краях было волне реально получить место в яслях, не переспав с кем-то из руководства. Кроме того, неподалеку жили родители Элен и могли время от времени быть на подхвате.

В Нанси Элен сразу нашла работу благодаря Эрванну, другу мужа, директору «Элексии» – компании, предоставлявшей консалтинговые и аудиторские услуги, рекомендации по подбору персонала, в общем, все то же самое. Спустя несколько недель смена обстановки и ритма жизни позволили ей почти избавиться от переживаний. Но ненадолго. И теперь, пусть она еще не докатилась до тотальной депрессии, но снова ощущала себя несчастной, не на своем месте, часто уставала, огорчалась по пустякам или злилась без причины.

Филипп не знал, что делать с ее мрачными закидонами. Пару раз они пытались это обсуждать, но у Элен возникло ощущение, что он ей подыгрывает – словно специально напяливая маску сочувствия, точно, как он делал, говоря по видео со своими коллегами. В сущности, он вел себя с ней, как со всеми прочими: подминал ситуацию под себя.

Но, к счастью, однажды в состоянии крайней усталости она натолкнулась на забавное резюме с запросом о стажировке. Как правило, подобные письма до нее не доходили или же она сразу отправляла их в корзину. Однако это привлекло ее внимание своей до абсурда простой формой – без фото, без упоминания всех этих благоглупостей, умений, навыков, позитивных хобби и прочих «прав категории В». Это был бесхитростный документ Word: имя, Лизон Лагасс, адрес, номер мобильного, год окончания магистратуры по экономике и разношерстный список мест работы. Ресторан «Леон де Брюксей», компании «Делуатт», «Дарти», «Барклейз», даже рыбозавод в Шотландии. Вместо того чтобы отказать кандидату через службу набора персонала, как полагалось по протоколу, Элен взяла и позвонила ей, из любопытства. Потому что девушка ей ужасно кого-то напомнила. Лизон сразу же ответила на звонок. Она разговаривала певучим, звонким голоском, то и дело прерывая речь смехом – ее способ ставить знаки препинания. Она отвечала на вопросы «ага», «да бросьте», «ясное дело», с веселой, заговорщицкой интонацией, не особенно стараясь понравиться. Элен тут же назначила ей встречу в офисе после семи вечера, когда опенспейс почти опустел – словно втайне. Лизон явилась вовремя, она оказалась высокой, энергичной и худющей, в джинсах-скинни и мокасинах с бахромой, разумеется, с челкой и удлиненным лицом с немного лошадиными зубами и неизменно широкой, порой ослепительной улыбкой.

– Резюме у вас довольно чудно́е. Как вы попали из «Делуатт» в «Дарти»?

– Обе на первой линии метро.

Элен улыбнулась. Парижанка… Подобные девицы много лет отпугивали ее своей особенной гиперэлегантностью, врожденным умением везде быть своей, неспособностью толстеть и уникальной манерой царственно, без слов, но каждым своим жестом показывать, мол, хочешь быть стоящей телочкой – повторяй за мной. Странно было увидеть одну из них здесь, в конторе Нанси на исходе дня. У Элен возникло чувство, будто она вдруг получила открытку из мест, где некогда провела не самый приятный отпуск.

– И как вы оказались здесь?

– А-а! – Лизон пренебрежительно отмахнулась. – Меня погнали из художки, а мать нашла здесь кавалера.

– И как, привыкаете?

– Местами.

Элен тут же взяла Лизон на работу, переложив на девушку всю отчетность, которую взвалили на нее саму с тех пор, как Эрванн принялся рьяно бороться за оптимизацию расходов, решив «усовершенствовать процесс». Это выливалось в необходимость обосновывать все до одной поездки, вносить самые ничтожные задачи в безразмерную таблицу, искать в длиннющих выпадающих меню запутанное определение действий, которые раньше вообще не брали в расчет, – то есть ежедневно тратить целый рабочий час на оправдание остальных восьми.

Против всяких ожиданий Лизон справлялась с этим блестяще. Спустя неделю она уже знала каждого сотрудника и все секретики конторы. Объяснялось это просто: ее все забавляло, и она парила над опенспейсом этакой феей, деятельной и беспечной одновременно, порой бесила, но в целом все ее ценили; ноль стресса, все ей нипочем, всегда на позитиве – настоящая Мэри Поппинс офисного люда. Элен, которая постоянно боролась с собой и метила в партнеры Эрванна, эта легкость казалась чем-то из области фантастики.

Как-то вечером за пинтой пива в баре по соседству Элен вдруг обуяло любопытство:

– Слушай, тебе кто-нибудь нравится в конторе?

– На работе? Это исключено.

– Но офис – главное место для знакомств.

– Я предпочитаю не смешивать. Слишком на виду, особенно в опенспейсе. И потом, мужики так и вьются вокруг тебя весь день, как стервятники. А сплетницам только дай повод перемывать тебе косточки, хлебом не корми.

Элен хохотнула.

– Тогда каков твой метод? Ходишь куда-нибудь? На дискотеки?

– Ой, нет! Здешние клубы – просто отстой. Я делаю как все: рыщу по интернету.

Элен улыбнулась через силу. Их разделяло меньше поколения, а ей были совершенно неведомы новомодные приемы флирта. Благодаря Лизон она в том числе узнала, что способы знакомства, продолжительность отношений, взаимный интерес (или нет) после этого, смена партнеров, терпимость к параллельным связям, их пересечение и совпадение во времени – в общем, все правила любви и сексуальной жизни изменились кардинально.

Что изменило картину в первую очередь, это появление мессенджеров и социальные сети. Когда Элен призналась девушке, что даже не слышала об интернете до самого лицея, та посмотрела на нее с сочувственным изумлением. Конечно, она знала, что цивилизация существовала и до интернета, но в ее представлении это время помещалось в черно-белый спектр, где-то между пактом Молотова – Риббентропа и высадкой человека на Луну.

– Но все же… – со вздохом заключила Элен. – Результат финального экзамена я узнавала уже через учебный сервис EduNat, или как он там назывался.

– Что?..

Поколение Лизон росло в интернете с пеленок. В коллеже, например, она проводила целые вечера, флиртуя онлайн с идеальными незнакомцами через ноутбук, подаренный ей родителями на успешное окончание школы, болтая без конца о сексе как со своим ровесниками, так и с извращенцами под полтос, настукивающими текст одной свободной рукой, парнями из Сингапура, а то и с соседом, которого она не удостоила бы и словом, окажись они рядом в автобусе. Позже она любила развлекаться на мобильнике, пускаясь в долгосрочную любовную переписку с кучей парней, которых знала лишь мельком. Достаточно было зайти на страничку сокурсника, который тебе нравится, обменяться приветствиями, и понеслась. Такими цифровыми ночами общение шло на бешеной скорости, уничтожая расстояния, ожидание становилось невыносимым, сон поверхностным, приватность недопустимой. Лизон и ее подружки вели одновременно