Я уничтожу K-pop - Дохэ Ли Страница 17

– Это же может… по-помочь… твоему проекту.

Отговорка, которую он явно придумал на ходу.

– Твой враг – мой враг, так, что ли?

Кило смотрел на меня, не отвечая.

– А как же главное правило – вести свой проект независимо от других?

– Но Бродяга же те-тебе по-помогает. Я тоже хочу п-помочь, – парировал Кило. Но было еще один, куда более важный вопрос:

– А что, если Бродяга вообще не хочет, чтобы ты ей помогал?

Было непонятно, согласится ли она на участие Кило в плане по «мести Ко Мёнгён».

«Если бы она действительно нуждалась в помощи Кило, давно бы уже рассказала все ему. И тогда за неделю он бы собрал полное досье на Ко Мёнгён».

Пока я ела оставшуюся картошку фри, мы молчали, каждый погруженный в собственные мысли.

– Но почему у тебя в списке целей аж двадцать шесть человек? – неожиданно сменил тему Кило.

– Чем ты вообще слушал на собрании? Я же говорила, что в моем классе, кроме меня, двадцать шесть человек.

– Но ведь не все они издевались над тобой.

Я промолчала.

– По такой логике ты и сама пе-перед Бродягой… в неоплатном долгу, разве нет?

Я поставила стакан с молочным коктейлем на стол. Пластик глухо стукнул о столешницу.

– Мои волосы… Ко Мёнгён отрезала их прямо на глазах у всего класса.

– И ч-что?

– Тогда я была в отчаянии и пыталась найти хотя бы одного человека, кто бы за меня заступился. Я стояла у доски, и весь класс был передо мной как на ладони, но никто… ни один человек даже не попробовал мне помочь. Они все просто сидели и смеялись. Каждую ночь перед сном я снова и снова вижу их ухмыляющиеся лица. До сих пор снятся кошмары.

Кило молчал.

– А потом они как ни в чем не бывало продолжили заниматься своими делами: списывать друг у друга домашку, играть в вышибалы, перекусывать в буфете. Так, будто ничего не произошло.

Кило уставился на меня округленными глазами.

– Раньше я даже не знала, что у Бродяги есть шрам на лбу. Если бы я тогда была там… если бы видела, то, по крайней мере, точно не стала бы смеяться.

Я неосознанно с силой сжала кулаки. Кило осторожно положил ладонь на мои руки и по одному стал разжимать мои пальцы. Прикосновение было неожиданным, и я на пару секунд даже слегка растерялась, но Кило был совершенно невозмутим. Благодаря этому теплому жесту мне стало чуточку легче, гнев утих. Глоток холодного коктейля смягчил пересохшее горло, но мой голос все равно прозвучал довольно хрипло:

– Я подруга Бродяги.

– Так я-я тоже ее друг!

– Поэтому, если она этого не захочет, я тоже буду против, – решительно произнесла я. Кило на мгновение надул губы, а потом молча встал из-за стола.

– Если бы ей действительно нужна была твоя помощь, она бы рассказала тебе об этом гораздо раньше.

Было непонятно, к чему может привести его помощь. Любые неожиданные переменные стоило отсекать, чтобы избежать лишнего риска. К тому же мне не хотелось вмешиваться в его отношения с Бродягой. Кило спокойно кивнул, а затем посмотрел на меня с мольбой в глазах:

– Не говори Бродяге… п-про наш разговор.

– Почему?

– Расскажешь?

– Ладно. Сохраню в секрете.

Внезапно в закусочную ворвалась шумная компания подростков. Кило бросил взгляд на дверь, затем слегка кивнул мне:

– Увидимся на следующей неделе.

Натянув зеленую бейсболку почти до глаз, он тут же исчез за дверью. Я осталась одна и медленно допивала коктейль. Какое-то время мне нужно было просто спокойно посидеть, чтобы успокоиться… и чтобы щеки наконец перестали гореть.

Урок 5. Выгода должна быть еще более очевидной и неоспоримой

В прошлую субботу я оставила у бабушки Мими кожаный рюкзак с монограммой бренда, а за это смогла купить стопку учебных пособий, на каждом из которых были написаны слова «Основы» или «База».

– Здравствуйте. Всего три книги, верно?

Я подошла к Мими, стоявшей за кассой. Она пробивала товар для другого клиента, сканируя штрих-коды. На ней был бордовый шелковый шарф, свитер из ангоры и, казалось бы, слишком смелое для ее возраста короткое зеленое платье. Каждая вещь в наряде требовала тщательного ухода.

– О, деточка, ты пришла.

Бордовый шарф отлично сочетался с рюкзаком – она явно постаралась, подбирая каждый элемент наряда.

– Здравствуйте, бабушка Мими.

– Сколько это еще будет лежать тут? Не пора ли забрать?

Мими сложила все книги в пакет вместе с долговой распиской – всего шестнадцать пособий по девяти предметам. С момента покупки пакет так и продолжал лежать на краю стола.

– Раз уж я и так беру в долг пособия, может, я у вас и второй этаж на время арендую?

– Хорошо.

– Так ты хочешь, чтобы мы «это» вместе делали?

Несмотря на спокойствие, голос в телефонной трубке казался недовольным.

– Ты же обещала помочь. Завтра после школы я сразу пойду в книжную лавку Мими, придешь?

В ответ молчание.

– Тебе это никак не навредит.

– Выгоды тоже особой не принесет.

– Могу угостить тебя чем-нибудь вкусненьким. Закажу самое дорогое блюдо из любого ресторана на твой выбор.

– Ха-а-а…

Через трубку донесся ее долгий вздох. Наконец после долгих уговоров я услышала ее вынужденное «Окей», но тут в комнату, даже не постучавшись, вошла мама.

– Давай поговорим.

Я тут же натянула капюшон на голову. Мама стояла, скрестив руки.

– Скажи, в чем причина.

– Причина чего?

– Опущу то, что мне пришлось приезжать к тебе в школу, так как ты забыла учебники. Но ты что, окончательно решила бросить курсы?

– Начиная со следующей недели буду ходить на занятия в другое время.

– Да что вообще происходит?!

Мама выглядела так, будто вот-вот взорвется.

– Кто тебе только что звонил?

– Подруга из школы.

– Думаешь, я тебя не знаю? С каких это пор у тебя появились друзья?

«Вообще-то она уже и дома у меня побывала!» – во мне тоже постепенно вспыхивала злость. Не в первый раз мама сомневалась в том, что у меня могли быть друзья. Более того, долгое время я сама это признавала и, если кто-то повторял за мной эти слова, просто пропускала их мимо ушей.

«Зачем мне друзья? Они помеха в жизни».

Это было моим девизом раньше. Но в этот момент мамины слова пробили брешь в моей защите.

– Ты что, запоздало решила подростковый бунт устроить? Очнись, ты уже в десятом классе! Если у тебя появился парень…

– Мам, перестань!

За все свои семнадцать лет