Том 2(2). О времени и реке. Роман (окончание) - Томас Клейтон Вулф Страница 15

Тем не менее были и огни там, были огни — браслет из нескольких холодных резких огней вдоль реки, лампы накаливания, сиявшие, как драгоценные камни, маленькие, режущие глаз, яркие и так остро потерянные и одинокие в колоссальном пространстве темноты, как и все огни в Америке, рассеянные так редко на огромной мглистой мантии ночи и так ярко характеризующие эту страну… Рисунок из нескольких редко разбросанных огней, резких, ярких и маленьких, выступающих из огромной темноты ночи, тайного внимательного одиночества огромной земли, ее колоссальный непреходящий секрет.

И всегда за дальним берегом таинственной реки огромная земля ждала в темноте, ждала совершенно неподвижно. Она ждала, храня невероятный, внимательный секрет ночи и Америки, и глуши этой вечной земли, на которой мы живем; и ее темный облик, который в темноте невозможно увидеть, был более жестоким, странным и одиноким, чем сам темный лик смерти, а ее грубость и прочность более дикой и разрушительной, чем лапы тигра, а ее дикая, таинственная красота более деликатной, чем волшебство, более желанной, чем плоть любовницы, и более захватывающей, тайной и соблазнительной, чем женская любовь.

Когда Юджин стоял там, погруженный в это мощное колдовство тишины и ночи, он услышал быстрые шаги, спускающиеся по вокзальной лестнице, обернулся и увидел, как к нему приближается Джоэль Пирс. Он быстро бежал вперед, высокий, стройный, одетый в синее пальто и белые фланелевые брюки, живой, полный мальчишеского рвения, которое было одним из его столь привлекательных качеств.

— Черт возьми, — сказал он своим обычным возбужденным шепотом, немного задыхаясь, подходя к Юджину, — Мне так жаль, что я опоздал… У нас гости; и должен был подвезти женщину, которая гостит сейчас у нас, до Поукипси… Я пытался поймать там и тебя, но твой поезд уже ушел. Я мчался, как сумасшедший, чтобы попасть сюда вовремя. Как я рад тебя видеть! — разразился восторженным шепотом Джоэль, одновременно нежно и очень дружелюбно и спонтанно. — Это чертовски здорово, что ты смог приехать! — прошептал он с энтузиазмом. — Давай же! Тебя все ждут!

И, подняв чемодан своего друга, он быстро прошел по платформе и стал подниматься по лестнице.

Хотя Джоэль Пирс говорил бы таким образом любому своему другу — любому, к кому он испытывал дружеские чувства, даже если это было случайно, — и, хотя Юджин знал, что он говорил бы так многим другим людям, эти слова наполнили его счастьем, инстинктивным теплом и симпатией к человеку, который говорил их. Действительно, даже сам факт того, что была в словах Джоэля — как и во всех его отношениях с людьми — эта любопытная безличность, еще более усиливал все то, что он говорил. Ибо в этом случае Джоэль инстинктивно показывал то, что все, кто хорошо его знал, чувствовали в нем: огромную порядочность, свет его души и характера, чудесную щедрость и естественную доброжелательность по отношению к человечеству. И все это становилось еще тоньше и красивее из-за безличности.

Теплое, инстинктивное добродушие и человечность проявлялись во всем, что он делал, и каким-то образом становились видны в самых случайных разговорах и отношениях с людьми. Например, когда они вошли в зал ожидания вокзала, который был совершенно пуст, Джоэль остановился на мгновение у окошка кассы и заговорил с мужчиной в рубашке, сидевшим внутри.

— Джо, — сказал он небрежно, своим обычным нетерпеливым шепотом, — если Уилл придет, скажешь ему, чтобы не ждал? У меня все в сборе: больше никого не будет сегодня.

— Все в порядке, мистер Пирс, — тихо сказал мужчина. — Если увижу его, обязательно скажу.

Автомобиль Джоэля, маленький, дешевый, популярной марки, был припаркован у тротуара рядом с вокзалом: он открыл дверь и положил чемодан друга на заднее сиденье; затем они оба сели в машину и поехали.

На расстоянии около трех километров от города на вершине холма, с которого открывался превосходный вид на огромную, подмигивающую в свете луны, благородную призрачную реку далеко внизу, Джоэль внезапно, не снижая бешеной скорости, свернул с бетонного шоссе на пыльную гравийную дорогу, уходящую влево. Теперь они оказались в самом центре сельской местности: с обеих сторон от них простирались залитые лунным светом поля и спящие леса; благородная, великая, бескрайняя земля спала в острой белой тишине под луной. Время от времени они пролетали мимо кукурузных полей, высоких и молчаливых, прохладные ночные силуэты стеблей проносились мимо них; и какой-нибудь большой сарай, или маленькие огоньки, горевшие в доме какого-нибудь фермера. А потом оставалась только глубокая, темная тайна спящего леса рядом с дорогой… Однажды в поле они увидели стадо улегшихся коров, которые все смотрели в одну сторону, и их пестрые шкуры были видны так ярко и четко под палящим сиянием луны. Когда они отъехали примерно километр-другой, то повернули со своей дороги на другую, пересекавшую ее под прямым углом: между этими дорогами, на перекрестке, который они образовывали, стоял очаровательный дом — деревянное строение из восьми или десяти комнат, такое белое и изящное в лунном свете, окруженное холеным, ухоженным газоном, хорошо продуманными цветочными клумбами и садиком.

Юджин почему-то сразу решил, что это и есть дом Джоэля: он был очень удивлен, когда автомобиль пролетел мимо, не замедляя скорости, а затем повернул налево на другую дорогу. Он повернулся к Джоэлю и с удивлением и почти протестом в голосе спросил:

— А ты не здесь живешь? Разве это не ваш дом?

— Что? — прошептал Джоэль быстро и испуганно, отвлекаясь от вождения, на котором он был сконцентрировал. Он повернулся к своему спутнику с удивленным пытливым взглядом. — О, этот дом? — тут же тихо продолжил он. — Нет, это не наш дом. Ну, то есть, вообще-то, это наш дом, — поправил он сам себя, — он принадлежит нам, но там живет сейчас наша подруга семьи, Маргарет Тельфайр. Ты встретишь ее сегодня вечером, — продолжил он небрежно. — Она сейчас у себя дома. Она тебе понравится, — прошептал он с мягкой убежденностью и энтузиазмом, — она грандиозный, невероятный человек!

Они ехали в молчании в течение некоторого времени: мимо пролетали залитые лунным светом поля, большие амбары, и маленькие фермы, и стада пасущегося скота, и спящие, полные секретов леса, и таинственные тени огромных деревьев у дороги, и незнакомые сладкие бальзамические ароматы, и ночь, окутывающая путников прохладой… Теперь они снова ехали в направлении реки: сюда вела новая дорога.

— Когда мы приедем к тебе, Джоэль? — спросил Юджин после того, как они проехали в молчании в течение некоторого времени. — Как далеко еще ехать?