Мария – королева Шотландии. Том 1 - Маргарет Джордж Страница 16

через несколько дней им предстоит встретиться в королевской детской лицом к лицу с французскими сверстниками, шотландские дети почувствовали себя не совсем уютно. А что, если они окажутся ужасными малышами, плаксивыми, капризными недотрогами, способными на обман в игре, сплетниками и задирами? До настоящего момента слова «французские дети», «дофин», «принцессы» не имели для них реального значения.

А если дофин и Мария не понравятся друг другу, что тогда? Будет ли разорван союз, или их принудят сочетаться браком, несмотря ни на что?

Королевская баржа медленно плыла по Сене, минуя Руан, Лез-Андели, Вернон, Мелан, и наконец прибыла к причалу в Сен-Жермен-ан-Лейе. На широком пирсе на сваях, выкрашенных в золотистый, красный и синий цвета, развевался на флагштоке королевский штандарт.

Сопровождавший королевскую группу служитель срочно направил помощника во дворец и позаботился о лошадях для гостей, хотя расстояние до дворца было совсем невелико. Дворец стоял на высоком берегу реки. Когда вывели крупных лоснящихся лошадей с тяжелыми кожаными седлами, шотландцы уставились на них с некоторым удивлением: они были такие упитанные и блестящие, что совсем не походили на тех животных, которых в Шотландии называли лошадьми.

Дорожка ко дворцу, усыпанная гравием, была по обеим сторонам обсажена высокими, стройными деревьями, будто в священной роще в Древней Греции.

И вот на высоком горном гребне, возвышающемся над рекой, вырисовывается серое здание дворца. Навстречу им вышли слуги и сопровождающие лица, чтобы проводить их по дорожке во двор дворца. Лошадей увели, а гостей провели на западную сторону двора, в богато украшенный зал для торжеств.

Мария огляделась вокруг, рассматривая высокие потолки и нежные краски стенной росписи в розовых, палево-голубых и желтых тонах луговых цветов. Одежда изображенных художником мужчин и женщин была настолько тонкой, что они казались обнаженными. Она внимательно разглядывала роспись, когда неожиданно прозвучал зычный голос, объявивший что-то по-французски, и все стихло.

Самая дальняя дверь зала отворилась, и в зал вошли трое детей, две девочки и мальчик. Только двое из них шагали уверенно, а третий, поддерживаемый двумя другими, ковылял, раскачиваясь вперед и назад на слабых младенческих ножках. Они подошли к шотландцам, и Мария инстинктивно вышла вперед им навстречу. Под взорами всех присутствующих дети, пройдя через широкий зал, приблизились друг к другу.

Итак, этот малыш, должно быть, и есть дофин Франциск, подумала Мария. У него маленькое полное лицо и раскосые глаза; изогнутые губы плотно сжаты. В бледных глазах выражение настороженности. Он маленький, но толстый.

Тотчас в Марии проснулось чувство покровительства к нему, какое она испытывала к маленьким раненым животным, которые встречались ей во дворе замка, хромым или как-то пострадавшим, которых она упорно выхаживала в Стерлинге.

– Здравствуйте. Добро пожаловать в Сен-Жермен-ан-Лейе! Я – принц Франциск, а это мои сестры, принцессы Елизавета и Клод. – Мальчик чопорно поклонился.

– А я – Мария, твой друг и кузина и – невеста, – ответила Мария, исчерпав почти весь свой запас французских слов.

Затем, к удовольствию всех присутствующих, оба улыбнулись друг другу, рассмеялись и взялись за руки.

Французские придворные впервые увидели Франциска улыбающимся.

Хотя в этот момент короля и королевы в Сен-Жермен не было, они заверили Марию, «маленькую королеву Шотландии», что ей будет оказан должный прием Дианой де Пуатье, фавориткой короля. И действительно, когда Мария впервые увидела ее в зале, то подумала, что это и есть королева. Она была прекрасна. У нее были серебристые волосы, бледная кожа, а шелка ее платья мерцали, переливаясь черным и белым. Казалось, она скользит по полу, как сказочное существо. Франциск и Елизавета тепло приветствовали ее, будто она была их матерью. Мария тотчас выказала ей предписанное этикетом почтение как королеве, вызвав на лице Дианы улыбку.

– Нет, нет… – произнесла она, а затем последовал каскад непонятных Марии французских слов.

Патрик Скотт, один из придворных лучников, быстро подошел к Марии и поклонился:

– Могу я предложить свои услуги в качестве переводчика, ваше величество? Герцогиня де Валентинуа, мадам де Пуатье, благодарит вас за теплое приветствие и желает сообщить вам, что, будучи почетным другом короля, от его имени приветствует ваше прибытие во Францию. Король надеется, что вы обретете здесь полное счастье как жена его сына и среди его народа – в качестве будущей королевы. Он жаждет увидеть вас и скоро прибудет из Италии, куда он отправился по делам королевства.

В ответ на эту забавную игру, где одна персона говорит за другую, Мария хихикнула. За ней прыснул и Франциск, так как впервые услышал шотландский язык. Рассмеялись и все остальные участники этой сцены.

Герцогиня подала знак, чтобы дворцовые слуги заняли свои места и отвели шотландских гостей в предназначенные им апартаменты. Она говорила своим приятным голосом, а Патрик Скотт переводил:

– Королева Мария, вы будете делить комнату с принцессой Елизаветой. Таково желание короля: вы должны жить как сестры. Я сама выбирала мебель и надеюсь, что она придется вам по вкусу. Не хотите ли пойти и посмотреть комнату? Может быть, вы хотите отдохнуть после путешествия?

Привыкшая к расслабленному и усталому состоянию Франциска, герцогиня удивилась, когда Мария воскликнула:

– О нет, я не устала! – и чуть ли не запрыгала на месте, а затем вежливо добавила: – Но очень, очень хочется увидеть, что вы для меня выбрали, мадам.

Герцогиня повела их через длинную сводчатую галерею, вверх по главной лестнице, пока они не достигли наконец анфилады комнат над вторым этажом, окна которых смотрели на длинный спуск к Сене, извивавшейся и светившейся маленькой ленточкой в лучах вечернего солнца. Марии показалось, что она никогда раньше не бывала в таком огромном здании: комнаты, тянувшиеся одна за другой, бесконечный ряд дверей и входов, мелькавших на фоне шуршащего платья герцогини, которое при каждом движении отбрасывало, словно поверхность воды, трепещущие блики света.

Она привела их в большую, залитую солнцем комнату, отделанную деревянными панелями цвета дубленой кожи.

– Вот здесь, ваше величество, ваши покои. Это королевская детская.

В комнате, под яркими голубым и золотистым пологами, стояли две маленькие кровати, украшенные резьбой по дереву с изображением птиц, листьев и цветов. Были там маленькие детские столы и стулья, низко подвешенные на уровне детских глаз зеркала, а на полу – шерстяные, мягкие, как мох, ковры. В одном углу на подставке красовался деревянный макет дворца; дверцы на петлях открывались, и внутри можно было видеть миниатюрные комнаты со всей их меблировкой. Мария кинулась к макету и заглянула в малюсенькие оконца.

Внутри был волшебный, как мечта, мир.

– О, мадам! – воскликнула она, не находя слов для выражения восторга.

– Это твоя игрушка, можешь распоряжаться