Китайская мифология. Для тех, кто хочет все успеть - ИП Москаленко Страница 12

Лэй Фэн была заботливой и почтительной дочерью. Едва забрезжит рассвет – она уже в лесу, в поисках пищи. Однажды ей попались красные ягоды, свисающие с ветвей шелковичных деревьев. Она попробовала их: вкус оказался кислым и терпким. Через несколько дней ягоды потемнели. Лэй Фэн испугалась, что они могли стать ядовитыми, и не решилась рвать их. В отчаянии, опасаясь умереть с голоду, она села под шелковичным деревом и разрыдалась.

Ее рыдания услышал Нефритовый император – правитель небесного мира. Он был тронут самоотверженностью девушки, которая заботилась о своих родителях в трудную минуту. Тогда он повелел одной из богинь, повинной в серьезном проступке, спуститься в мир смертных и помочь Лэй Фэн. В наказание богиня должна была превратиться в насекомое и жить на шелковичных деревьях, питаясь их листьями. Так появился первый шелкопряд.

Шелк в древнем Китае использовался не только для тканей. Его тонкие нити служили струнами для музыкальных инструментов – циня и се. Звук шелковых струн считался «живым дыханием мира» и символом внутренней гармонии. В древности шелк применяли и в живописи: краски накладывали на тончайшую шелковую основу, которая придавала изображению мягкое свечение

Гусеница тутового шелкопряда (Bombyx mori) – это удивительное создание из семейства настоящих шелкопрядов. Она известна своей способностью производить шелковую нить высочайшего качества, которая идеально подходит для создания пряжи и тканей

Когда богиня в образе шелкопряда оказалась на дереве, под которым сидела Лэй Фэн, она стряхнула на землю все созревшие, темные ягоды. Не видя другого выхода, Лэй Фэн решилась попробовать их снова – и обнаружила, что теперь ягоды были сладкими, сочными и на удивление вкусными. Эти спелые шелковицы стали основным источником питания для семьи на долгое время.

Однажды, придя к тому же дереву, Лэй Фэн заметила белых гусениц, поедающих листья. Они росли с пугающей скоростью, и вскоре на месте ягод на ветвях появились странные белые коконы, похожие на невиданные плоды. Из любопытства она собрала корзину этих «плодов» и принесла домой. Семья попыталась их съесть, но скорлупа оказалась слишком твердой. Тогда Лэй Фэн решила их сварить.

Она бросила коконы в кипящую воду и стала ждать. Коконы не разваривались, и скорлупа оставалась жесткой. Тогда Лэй Фэн взяла палку и начала помешивать содержимое. Когда она устала и вынула палку из горшка, Лэй Фэн заметила, что на палку намотались тончайшие нити. Заинтересовавшись, она перемешала снова – и нити продолжили распутываться. Коконы таяли в воде, оставляя после себя волокна, гладкие, прочные и легкие, каких она раньше не встречала.

Чтобы добро не пропадало, Лэй Фэн собрала нити, высушила их и соткала ткань. Из нее она сшила одежду для своих родителей. Материя оказалась удивительной: она сохраняла тепло зимой, дарила прохладу летом, была легкой и приятной на ощупь. Вдохновленная, Лэй Фэн наловила как можно больше шелкопрядов и начала выращивать их в саду. После долгих наблюдений и экспериментов ей удалось освоить искусство разведения шелкопрядов и производства нити. Своими знаниями она щедро делилась с окружающими.

Так люди перешли от одежды из шкур и грубых растительных волокон к красивым и изящным шелковым тканям. Узнав об открытии девушки, правитель страны пригласил ее ко двору – ведь и в императорском дворце понадобились одежды из волшебного материала. Благодарный народ начал называть ее Лэй Цзу – Мать шелка.

Слава о ней распространилась, и многие хотели взять Лэй Цзу в жены, но она всем отказывала. Лишь один жених был принят – сам Хуан-ди, Великий Желтый император. Однако Лэй Цзу согласилась выйти за него замуж только при условии, что сможет взять с собой своих родителей.

Когда настало время бракосочетания, Хуан-ди не придал значения церемонии: он считал это простой формальностью. Но Лэй Цзу была иного мнения. По ее убеждению, брак – дело серьезное. В нем супруги должны быть равны, уважать друг друга и разделять общее видение будущего. Только при таких условиях возможна счастливая и гармоничная семья. Она настояла на том, чтобы их союз был оформлен торжественно, с обетами, достойными примера для всей страны. Хуан-ди согласился – он признал ее мудрость.

Китайцы первыми освоили искусство изготовления шелка около 2700 года до н. э. и почти три с половиной тысячелетия сохраняли этот секрет. Попытки вывезти коконы или личинок карались смертью, и только в VI веке византийцам удалось раскрыть тайну шелководства

В 552 году византийский император Юстиниан I решил заполучить контроль над производством шелка. Он отправил на Восток двух монахов с секретной миссией. Монахи долго путешествовали по китайским землям и в конце концов догадались, что секрет заключается в поддержании популяции тутовых шелкопрядов и особом процессе разматывания их коконов. Они спрятали несколько образцов в полостях своих посохов и смогли доставить их в Византию. Так Европа тоже стала производителем шелка

В день свадьбы Хуан-ди и Лэй Цзу провели церемонию на вершине Горы Предков к западу от столицы. Они принесли восемь обетов – Небесам, Земле, Солнцу, Луне, горам, рекам, предкам и друг другу. Эти клятвы скрепили их союз на всю жизнь. С тех пор подобные брачные обряды стали традицией, которая сохраняется в Китае до сих пор.

Сбор чая

Чай – один из символов Китая

Коконы шелковичного червя

Натуральный шелк

Глава V

Вся власть дана богами

Править, опираясь на добродетель, – все равно что быть Северной звездой: она стоит на месте, а все звезды обращаются вокруг нее.

Конфуций

Идея божественного происхождения власти была широко распространена в разных культурах. Во многих цивилизациях титул правителя наделялся особым сакральным значением, а в некоторых случаях монархи возводили свое происхождение к богам. Так, фараоны Древнего Египта считались земным воплощением богов. В Японии императоры – прямые потомки богини солнца Аматэрасу.

Сын неба, владыка земли

Китайский император не был исключением. С древности его называли Сыном Неба – небесным избранником, которому дарована власть над землей. Его легитимность утверждалась через особый Небесный мандат – тяньмин – данный свыше. Император должен был подтверждать свое право на трон не только перед подданными, но прежде всего перед Небом. С этой целью ежегодно совершались