Поэзия периода Великой Отечественной войны и первых послевоенных лет - Валентина Михайловна Курганова Страница 68

Медленно и бережно ступая, мы идем под небом голубым, в полевых ромашках утопая, вежливо дорогу уступая синим колокольчикам степным. Любо здесь увидеть стаи птичьи и не видеть дым пороховой. Вот оно во всем своем величье, поле нашей славы боевой. Вот оно простерлось перед нами. Встань к нему, родимому, лицом, полюбуйся пышными цветами, политыми кровью и свинцом. Все, что было выжжено и смято, заново оделось в зеленя. Но хранит земля                         торжественно и свято страшный стон железа и огня. Кажется, пригнись к земле холодной, чутким ухом ближе припади — и услышишь звук трубы походной у пригорка тихого в груди. Это здесь, под хмурым небом бранным, шел туляк на смертный бой с врагом, пробивая путь четырехгранным кованым карающим штыком. Это здесь в неистовом разгоне на роскошных седлах расписных в бой несли каурой масти кони забубенных всадников донских. Это здесь, на голубом просторе, на виду у меркнущей зари разливали огненное море яростные наши пушкари. Это здесь, на этом самом месте, не ходивший к страху на поклон, испытав всю жгучесть нашей мести, содрогнулся сам Наполеон. Поле брани! Поле русской славы! Это здесь, черней горелых пней, полегли фашистские оравы под огнем советских батарей. Русский воин!                     Разве ты в неволе можешь быть, пока ты сердцем жив? Разве ты минуешь это поле, гордой головы не обнажив? Разве вдохновенно и сурово слово клятвы вслух не повторишь? Разве боевое это слово в славные дела не воплотишь? Где б ты ни был, честный русский воин, помни: о тебе гремит молва. Будь всегда носить в крови достоин гневный жар великого родства. Бейся в схватках равных и неравных до конца! Плати врагу сполна! Помни, что ты правнук и праправнук доблестных солдат Бородина. 1942

ЗЕМЛЯКАМ-СИБИРЯКАМ

Я вас славлю за геройство, за уменье воевать, за решительное свойство никогда не унывать; за обычай рвать с размаха вьюги огненной кольцо и всегда глядеть без страха смерти бешеной в лицо; за любовь к своей винтовке, за привычку к зимовью, за ухватку, за сноровку, за находчивость в бою; за искусство видеть зверя в глубине лесных берлог, за уменье твердо верить в свой охотничий зарок; за упрямый норов ловчий, перешедший в мастерство, за особый говор певчий с ударением на «о». Я вас славлю за единство, за пленительный, простой, братский дух гостеприимства, за характер золотой; за выносливость, которой нет преград и нет застав, за могучий рост матерый, за крутой гвардейский нрав; за испытанный, таежный, с детства выверенный слух, за хозяйственный, надежный ум, который лучше двух. Славя вас и воспевая, я горжусь, что у меня есть такая боевая знаменитая родня! 1942

ЛЕВ ОШАНИН

* * *

Кем я был на войне? Полузрячим посланцем из тыла, Забракованный напрочно всеми врачами земли. Только песня моя с батальоном в атаку ходила,— Ясноглазые люди ее сквозь огонь пронесли. Я подслушал в народной душе эту песню когда-то И, ничем не прикрасив, тихонько сказал