Три Ножа и Проклятый Зверь - Екатерина Ферез Страница 8

разлуке. Виделись только утром, но бабуля не оставляла их наедине ни на минуту. Больше того, стоило Рему оказаться дома, старалась найти повод отослать Юри с каким-нибудь поручением. Однажды, даже отправила собирать вдоль улицы камни размером с кулак. Нелепость этого занятия разозлила Юри, но она все же собрала в корзину пару десятков увесистых булыжников. Так и познакомилась с Мозой и Мизой — девушками одних с ней лет, живущими по соседству. Сперва они показались очень похожими друг на друга. Обе были черноволосы и носили одинаковые прически — ровный пробор посередине и две косички, уложенные над ушами аккуратными рожками. Однако, стоило присмотреться, как становилось ясно — девушки совсем разные. Рассудительная и степенная Моза казалась старше своих лет. Основательность ее натуры проявилась и во внешности — в плавных движениях, крепких ногах, широких бедрах и плечах, низком голосе и внимательном взгляде. Ее подругу слепили из совсем другого теста. Тонкая, большеглазая, все время как будто немного испуганная, Миза легко смеялась и так же легко могла расплакаться, но как бы ни были горьки ее слезы, высыхали они очень быстро.

Соседки объяснили, что камни на самом деле нужны Раде, чтобы бросать в птиц, которых она ненавидит с лютой силой. Юри все еще с трудом понимала речь хобов, или вернее торров, как они сами себя именовали. Но Моза и Миза старались говорить просто, подкрепляя речь жестами и доброжелательными улыбками. Узнав, что Юри разговорилась с соседскими девушками, Рада обрадовалась и велела обязательно продолжить знакомство. И даже сама попросила соседок сопроводить заморскую гостью в походе за покупками на торговую улицу.

— Хватит глаза мне мозолить целыми днями, ступай с ними, — сказала Рада, вручая девушке корзинку и деньги — продолговатые брусочки серебра с тонким орнаментом из треугольников.

— Купи себе бусы, — приказала бабуля, — А-то ходишь, как вдова. Стыдно-стыдно и жалко смотреть. И черных ниток, надо Ремушу рукава надставить, и еще свиного сала возьми, скажешь, как обычно для госпожи Чиста.

Юри при помощи скудного запаса слов, дополненного жестами и гримасами, исполнила поручение Рады, разве что не купила бусы, посчитав это пустой тратой денег. Вместо украшений она с увлечением рассматривала изогнутые серпом ножи, немного похожие на те, что показывал боцман Ришкун Лат, объясняя, что такая форма клинка идеально подходит для ножевого боя. Рада строго настрого запретила носить с собой оружие, заставила снять даже скрытые под юбкой ножны, потому Юри чувствовала себя неуютно и тревожно. Не удержалась и попросила новых подруг помочь с покупкой самого маленького из изогнутых ножей.

— Одарик то Ремуша? — спросила Миза с лукавой усмешкой.

— Оп Ремуш статен да и величав, а сет подрезок крохоток! Дурнень одарик, Юри, — покачала головой Моза, но спорить не стала и помогла в переговорах с продавцом, который с таким любопытством разглядывал заморскую девушку, что едва ли толком пересчитал причитающееся ему серебро.

Как оказалось, про Юри знали уже все торры, даже те, что жили на окраинах и за воротами Пенторра. Рассматривали во все глаза, показывали пальцами и открыто обсуждали ее примечательную для здешних краев внешность. Несколько раз незнакомые женщины на улице трогали ее волосы, не обращая внимания на протесты. По пути домой за ней вслед увязалась стайка чумазых детей. Осмелев, самые бойкие хватали ее за руки, а один мальчишка даже попытался ущипнуть за бок. Тогда Моза сняла со спины копье и грозно на них прикрикнула, заставив с визгом разбежаться в разные стороны.

— Торры никогда прежде не видали таких как ты, — сказала Рада в ответ на возмущение Юри, — Никогда не видали таких кучерявых волос и таких больших зеленых глаз.

Юри провела рукой по волосам. По какой-то неведомой причине здесь на берегу Окада они перестали походить на разоренное птичье гнездо, а лежали крупными мягкими локонами.

— Покажи бусы, что купила, — потребовала Рада.

— Я не купила. Зачем мне бусы? Не было никогда, так стоит ли деньги пускать на ветер…

— Маленькая негодяйка, а на что ж ты тогда потратила мои деньги?

Юри молча показала похожий на серп ножик, заключенный в простые кожаные ножны. Рада выругалась непонятным словом и замахнулась для оплеухи:

— А ну дай сюда!

— Не дам! Он совсем маленький! Никто и не заметит!

— А ну отдай, негодяйка, себе же беду наживешь! Почему не слушаешь старших? Невоспитанная ша… негодяйка!

— Да тут все девушки ходят с копьями! А у меня только эта малявка!

— Они торры, а ты нет, вот же глупая жаболда!

— Не отдам!

— Что происходит? Почему вы кричите, женщины? — задал вопрос Рем, переступив порог. Вид у него был строгий, но глаза смеялись.

— Я велела твоей маленькой негодяйке купить бусы, чтобы не позориться, а она вместо этого притащила тигровый коготь! — возмущенно воскликнула Рада.

— А что такого! По мне так нож завсегда лучше любых бус! — парировала Юри.

— Это же моя Юри! Конечно она предпочла оружие.

— И чему ты радуешься, дурень? — спросила Рада, закатив глаза.

— Я радуюсь тому, что этот ваш друг Каллис, наконец, соизволил огласить решение Совета торров. Неделю хитрые старцы мучили меня и спорили друг с другом, и вот свершилось — я признан вашим внуком, бабушка, а также торром вполне годным для того, чтобы начать проходить испытания.

— Слава великому Первопредку! — воскликнула Рада и отправила вверх воздушный поцелуй, — Давай, Юри, чисть новым ножом ортушки, это надо как следует отпраздновать!

* * *

С этого дня в доме постоянно бывали гости. С утра до вечера хлопала дверь, звучали возбужденные голоса. Приходили старые знакомые Рады, помнящие далекое прошлое лучше прошедшей недели. Они рассматривали Ремуша, сощурив подслеповатые глаза, и важно оглашали вердикт — у него улыбка Церны или в профиль он вылитый Като. И добавляли, что надеются увидеть его белоснежного тигра, как можно скорее. Вслед за стариками под каким-нибудь благовидным предлогом приходили матери дочерей и глядели на Рема так, словно на глаз пытались определить, сколько он весит. А если не заставали его самого, то стремились выведать о нем, как можно больше, донимая расспросами Раду и мучая Юри, с трудом понимающую, что от нее хотят. Однако, благодаря этим назойливым визитам, она стала все лучше и лучше распознавать речь торров. Рада заметила ее успехи и перестала говорить с ней на кариларском. Сперва Юри растерялась и