Попаданка в жену Черного дракона. Развод уже подписан - Виолетта Вейл Страница 5

Пока похлебка доходила, мы перебрали оставшиеся припасы. Я предлагала, что потратить раньше, она поправляла меня: корнеплоды выдержат, а открытый горшок лучше закончить сегодня. — В доме Норрел готовили иначе? — спросила Агна, убирая горшок.

Я слишком сильно нажала на нож. Луковый сок брызнул на палец.

— Наверняка. Мне сейчас здесь разобраться бы.

Агна не стала допытываться. Принесла миски, поставила возле меня и кивнула на котел.

— Тогда разливайте. Я хлеб достану.

Я взяла половник. Густота была хорошая, запах тоже. На восемь мисок разложила рыбу, еще в две Агна велела налить поменьше и без жирной подливки — для меня и Ардена.

Ден забрал первую пару, вернулся за следующей. Через открытый люк слышалось, как Грета просила отодвинуть привезенные доски, чтобы не задевать их мисками. Работа на несколько минут прекратилась.

Я села на порог кухни со своей порцией. На указательном пальце прилипла луковая пленка, манжету испачкала крупой. После нескольких часов возни усталость была вполне понятной. Я знала, что сделала и зачем. От этого стало легче.

Агна уселась напротив.

— Завтра с утра придете, если силы будут. Только нож лучше маленький возьмите. Этот для рыбы.

— Приду.

Весь остаток дня за стеной стучали. Грета работала с Деном, Иво и Фенн меняли мокрые подстилки, Нелла раскладывала на просушку ткань. Я попробовала ей помочь, но при первом наклоне потемнело в глазах. Пришлось вернуться в каюту и лечь, оставив работу посреди комнаты.

Вечером Нелла принесла мне сухую рубашку и не сказала ни слова о том, что предупреждала. Я подвинулась, освобождая ей край постели. Она села расчесывать волосы, вытягивая из них нитки от мешковины. Мы помолчали вместе, пока за окном не стемнело.

На четвертое утро Йорен разрешил сниматься с отмели.

Мне казалось, что сейчас все поднимутся наверх и мы поплывем. На деле пришлось ждать почти до полудня. Грета еще раз спустилась под настил; с берега подошли рыбаки, которым заплатили две марки за лодку и помощь. В ней отвезли канат туда, куда указал Йорен. Матросы вернулись к вороту.

Я стояла у кормовой надстройки, крепко держась за поручень. Арден сидел неподалеку; сегодня он вышел из столовой сам, только на лестнице оперся на плечо Иво.

Канат натянулся. Фенн переставил ноги, Ден что-то сказал ему сквозь зубы. Я смотрела на берег, пытаясь заметить движение. Ничего не происходило так долго, что я начала считать, сколько обошлись бы еще сутки здесь.

Потом под ногами дрогнуло. Йорен поднял руку, велел остановиться. Снизу отозвалась Грета. Еще немного натянули канат, и берег медленно сместился относительно столба за моей спиной.

Я обернулась к Ардену.

Он смотрел на воду. Ладони лежали на коленях, пальцы были разведены. На повязках возле запястий проступили темные пятнышки.

— Идем? — спросила я зачем-то шепотом.

— Да. Уже сошли.

Я рассмеялась, совсем коротко, и прижала руку ко рту. Арден перевел на меня взгляд. Некоторое время мы смотрели друг на друга; потом снизу потребовали передать ведро, и я вспомнила, что кораблю еще предстоял ремонт.

До вечера прошли немного. Йорен выбрал место для стоянки, проверил вместе с Гретой, сколько воды набралось под настилом, и только после этого спустился есть. Я ждала его в столовой: хотелось услышать, что все в порядке.

— До Липового дойдем, — сказал он, садясь. — Если ночью ничего не изменится, завтра будем там.

— У причала люди работают весь день?

Йорен поднял на меня глаза.

— Грузят, чинят. А что?

Я посмотрела на Агну. Та доедала хлеб, собирая им остатки похлебки.

— Хочу узнать, можно ли там продавать обеды. Мы с Агной справимся, если будут припасы. Нужно же нам на что-то чиниться дальше.

— Сначала у смотрителя спросим, где разрешит, — ответил Йорен. — Я с ним знаком. А вы пока посчитайте, сколько на продукты нужно.

Агна протянула руку за моей пустой миской.

— И печь утром посмотрим. Вы спрашивали про хлеб. Только топить буду я.

Я согласилась. Хотелось немедленно найти лист бумаги, но Нелла уже зевала над столом, а я сама едва держалась прямо.

Когда ужин закончился, я привычно потянулась собрать посуду. Ден опередил меня, поставил миски одну в другую. Фенн подхватил кувшин, Агна показала ему, куда отнести остатки воды. Нелла вытерла стол возле себя и передала тряпку дальше.

— Первую вахту мы с Савой, — сказал Иво капитану. — Ден с Фенном потом сменят.

— Разбудите, если ветер повернет, — ответил Йорен.

Мне больше ничего не пришлось распределять. Я пожелала всем спокойной ночи и пошла к себе, не проверяя, вытерли ли последнюю миску.

Нелла оставила на сундуке кувшин с питьевой водой. Простыня и подушка были сухими. Я сняла жилет и долго не могла расстегнуть верхнюю пуговицу рубашки, но наконец справилась.

Наверху прошел Иво. Остановился, негромко заговорил с Савой; я различила вопрос о запасном фонаре. Ответа уже не услышала. Легла на бок, положила ладонь под щеку и заснула раньше, чем они закончили разговор.

Глава 3 Первые деньги

Глава 3 Первые деньги

У Липового причала нам сначала велели подождать.

Йорен стоял возле сходней и разговаривал с невысоким мужчиной в кожаном фартуке. Тот слушал, уперев руки в бока, и поглядывал на воду вдоль нашего борта. За его спиной выгружали мешки с плоскодонной лодки.

Я держала под мышкой бумаги и ждала, когда Йорен обернется.

Наконец мужчина показал на меня.

— Это хозяйка?

Я сама спустилась по сходням. Внизу они немного прогнулись. После нескольких дней на корабле пристань тоже покачивалась, и я сделала вид, что остановилась поправить юбку.

— Лиора Эстен, — сказала я. — Йорен, какие бумаги нужны?

— На судно, — ответил мужчина за него. — Я смотритель. Капитана вашего знаю, но дырявую посудину к грузовому месту не поставлю. Она мне весь проход перекроет, если ляжет.

Я развернула опись.

— У кого здесь можно осмотреть ремонт? Наш плотник с ним поговорит.

— Мастер до обеда занят. Пока ставь вон туда, Йорен, за бочарную. Там мелко, течение слабое. Воды наберете — остальных не утянете.

За бочарной виднелись пустые мостки, почерневшие у самой воды. До широкой пристани от них было далеко: между ними стояли склад и навес, под которым теснились повозки.

— А поближе места нет?

— Есть.