Любовь под запретом - Юлианна Страница 6

— Кроме книг, что еще ты любишь? — спросил он, откидываясь на спинку стула.

— Мне нравится изучать что-то новое.

— Например?

— Историю, — она подняла глаза и утонула в его голубых ледниках.

— Твоя очередь. Задавай?

— Если у нас фиктивный брак, почему ты не хочешь дать мне развод? — спросила Лея пытаясь понять, почему он так категорично настроен, если не планировал жениться на ней в принципе.

— С чего ты взяла, что он фиктивный? — он сжал челюсти. — Если мы не спим в одной постели, это не значит, что брак фиктивный. Мне что, нужно было брать тебя против воли?

— Нет, конечно, — качала она головой. — Просто, если ты не планировал жениться на мне, тогда почему не хочешь дать развод?

— А ты хочешь развод?

Он еле сдерживался, считая, что она сама не понимает, что ворошит осиное гнездо своими настойчивыми вопросами о разводе.

— Просто хочу знать, если ты когда-нибудь простишь их, сможешь меня отпустить?

— Нет, — он встал, бросив салфетку на стол. — Спасибо за ужин.

Покинув гостиную, Лея услышала, как грохнула дверь в комнате Эмина и вздрогнула, поняв, что снова разозлила его. Зато теперь она хотя бы знала, что нет — это никогда.

Не то, чтобы она узнала что-то новое, но хотя бы поняла, что он ничего к ней не испытывает. Допив вино, она плеснула себе еще и откинулась на спинку стула, чувствуя, как по щекам стекают слезы.

Она их ненавидела.

Всю жизнь она только и делала, что плакала, плакала и плакала. Сколько можно? Уже давно пора взять себя в руки и научиться жить без этого. Разбитое сердце можно склеить, главное найти подходящий клей.

Мужчина мечты не всегда именно такой, каким ты его себе представляешь. Красивый, умный и добрый.

Иногда он жестокий, наглый и грубый мужлан.

И пусть сердце стучит громче только в его присутствии, со временем можно научиться жить с любой болью. Даже с той, которую он нанес сам.

Убрав остатки со стола, она сунула все в посудомойку и, взяв бокал, пошла в свою комнату. Она включила воду, рассыпая соль и пену для ванн. Решив, что это лучше, чем душ, она раздевается и залезает в нее.

Вино кружит голову, а горячая вода окутывает тело, заставляя Лею отключиться ненадолго. Просыпается она от громкого стука в дверь и голоса мужа.

— Лея?!

— Эмин? — она вылезает из ванны, надевая халат, и идет к двери, пошатываясь слегка. — Что случилось?

— Почему ты не открываешь?

— Я принимала ванну, — улыбается она, разведя руками.

— Ты выпила? — его голос звучит странно, и она пожимает плечами.

— Возможно.

— Открой дверь.

— Лучше не стоит.

— Лея. Открой дверь.

Распахнув дверь, она прислонилась к косяку и улыбнулась.

— Слушаю тебя?

Его взгляд тут же прошелся по ее лицу и спустился ниже, зависая ненадолго в районе груди.

— Сколько ты выпила?

— Пару бокалов.

— Ты ничего не ела, и тебя развезло, разве не видишь? — показывает он рукой на нее, и она опускает глаза, замечая торчащие соски.

— Здесь просто холодно. Можно я пойду, полежу в ванне? Я только легла.

— Нет. Еще уснешь, — качает головой Эмин, входя в комнату и разворачивая ее. — В душ и потом крепкий чай.

— Слушаюсь папочка.

Улыбаясь, она сняла халат, роняя его у самой двери и провоцируя этим Эмина. За спиной хлопнула входная дверь и Лея покачала головой.

Сбежал.

6. Искушение

Эмин с силой надавил ладонями на столешницу, прикрыв глаза. В голове тут же всплыло свежее изображение. Изящная фигура Леи, с плавными изгибами и соблазнительными формами, привлекала внимание своей упругостью и красотой. Нежная, изящная и невероятно притягательная.

Чертово искушение.

Кажется, она специально дразнит его. Хочет проверить его выдержку? Или обещание, данное в начале брака, никогда не трогать ее?

Да он уже сто раз пожалел, что сказал это.

Щелкнув кнопку чайника, он достал бокалы и сунул пакетики, снова возвращаясь мыслями в этот чертов ужин. Он и в самом деле, думал, что она задаст простые, ничего незначащие вопросы.

Но когда она спросила про женщин, у него едва челюсть не отвисла. Он даже внимательнее присмотрелся к своей жене.

Она уже не была восемнадцатилетней девчонкой, которую он взял в жены, ради мира между их семьями. Она уже не та испуганная и заплаканная Лея, которая умоляла его не убивать Джамиля.

Сейчас это была другая Лея. Та, которую он не знал. Которая, пугала своей настойчивостью и искушала своими вопросами. Неужели она и в самом деле думала, что он придет к ней в брачную ночь?

И то, что она сделала сейчас, было скорее вызовом, чем приглашением.

Единственное что он знал точно, она не готова. Завтра ей будет стыдно и больно. А ему паршиво, потому что взял без спроса.

Она была не в себе и, казалось, не осознавала своих действий. Отталкивать ее он не решился. Да и сам был на взводе, терзаясь мыслями о том, что не следовало так остро реагировать на ее вопросы о разводе. Лишь когда в квартире стало тихо, он направился в гостиную, но ее там не оказалось.

Несколько раз постучав, он позвал ее, уверенный, что она еще не спала. А когда она не ответила на его стук, он почувствовал тревогу. Откуда он мог знать, что она находится в ванной?

Когда она открыла дверь, желание отругать ее за опьянение мгновенно исчезло, ведь вид выступающих сосков унес его в мир фантазий, не желая портить их нежную красоту.

Чайник засвистел, и он налил кипяток в чашки, понимая, что должен контролировать себя еще сильнее. Она слишком неопытна и может испугаться, если он не будет держать себя в руках.

— Эмин? — тихий голос Леи, заставил его напряженно застыть. — Извини меня, пожалуйста. Я не знаю, что на меня нашло.

— Все в порядке, — сказал он, не оборачиваясь.

Она присела на стул, подтянув ноги к груди и Эмин довольно кивнул, замечая на ней домашние штаны и майку. Сейчас она вновь выглядела, как и три года назад. Маленькая, ранимая, и такая беззащитная.

— Лея, я хотел поговорить…

— Эмин, давай не будем? Мне ужасно неловко, — она прятала глаза, но румянец пылал на щеках, подтверждая, как ей стыдно. — Я выпила лишнего и…

— Хорошо. Я тебя понял.

Они в молчании выпили чай и, попрощавшись, Лея ушла к себе, пообещав ему, что так много больше пить не будет. Эмин отодвинул от себя чашку, жалея, что не додумался до этого сам.

Поняв, что