Танцор Ветра. Том 4 - Константин Александрович Зайцев Страница 4

Малая столовая находилась в западном крыле, окнами на внутренний сад. Когда я вошел, солнце как раз коснулось верхушек кленов, окрасив их листья в золотистые тона. Ксу уже ждала меня.

Она сидела у окна, задумчиво глядя в сад. Перед ней стоял нетронутый завтрак: рисовая каша, маринованные овощи, ломтики вяленой рыбы. Чайник с моим любимым жасминовым чаем испускал ароматный пар.

В утреннем свете она выглядела моложе своих лет. Простое домашнее платье цвета весенней листвы, волосы собраны в низкий пучок, скрепленный единственной нефритовой шпилькой. Никакой косметики, никаких украшений, и все равно она выглядела поистине прекрасно.

— Доброе утро, — произнес я, садясь напротив.

— Точно доброе, Лао? — она задала вопрос, глядя мне прямо в глаза.

— Мы живы, можем наслаждаться завтраком. Так что думаю, вполне доброе.

— Как я понимаю, гильдия потеряла еще одного старейшину? — задала она новый вопрос, накладывая палочками себе еду в пиалу.

— Я всего лишь напомнил дневному мастеру, что рано или поздно каждый из нас должен заплатить за свои ошибки.

Она налила мне чаю, потом себе. Мы выпили по глотку в молчании. Жасминовый чай был превосходен, все-таки такого на улицах Нижнего города попросту не найти. Легкий, с едва уловимой цветочной горчинкой, которая оттеняла сладость.

— Стража найдет его через пару часов, — добавил я, накладывая себе рис. После ночной охоты есть хотелось зверски. — К полудню весь город будет гудеть как растревоженный улей.

— Первый Советник узнает об этом быстро, — заметила Ксу, наконец притронувшись к своему завтраку. — И поднимет всех информаторов. Ты же понимаешь, что одно дело, если бы ты убил кого-то другого из старейшин, но тут ты покусился на его кровь. Если он не найдет виновного, его позиции пошатнутся.

— Ты права, а еще сильнее пошатнутся позиции у гильдии. Два старейшины мертвы, и все это произошло за такой короткий промежуток. Тонги не преминут этим воспользоваться и заберут себе часть их бизнеса. Так что информаторам Советника придется попотеть, чтобы найти хоть какие-то зацепки. На улицах слишком много голодных хищников.

Несколько минут мы молча ели. Каждый из нас был погружен в собственные мысли. Насытившись, я внимательно посмотрел на Ксу. Судя по теням под глазами, она почти не спала этой ночью. Так беспокоилась за меня? Или же тут что-то еще?

— О чем задумалась, подруга? — спросил я, заметив, как она снова уставилась в окно, забыв о еде.

Ксу вздохнула и убрала палочки в сторону. Судя по всему, ей не хотелось говорить.

— Отец вызывает меня в фамильное поместье. Похоже, он решил прижать к ногтю совет старейшин.

— И ты нужна там как официальная наследница, чтобы еще сильнее щелкнуть наглым старикам по носу?

— Именно. К тому же те нефритовые слитки, что ты продал, ушли по очень хорошей цене, что еще больше укрепило мои позиции, а значит и позиции отца. Ведь именно он настоял на моем назначении. — Видя мое выражение лица, она улыбнулась уголком рта и сказала: — Что поделать, но такова истинная суть всех домов драконорожденных. Снаружи — власть и золото, а внутри… ты видел все сам. — Мне оставалось только кивнуть, вспоминая, через что пришлось пройти моей подруге.

— Когда тебе надо уезжать?

— Гонец прибыл ночью, так что поспать мне не удалось. Слишком много неотложных задач надо закрыть до отъезда. Отец требует моего немедленного присутствия. — Она повернулась ко мне, и в ее глазах читалась досада. — Это соседняя провинция, неделя пути в повозке. Но мне совсем не нравится оставлять тебя здесь одного. Особенно сейчас, когда ты ввязался в эту авантюру с Первым Советником.

Я усмехнулся, отпив чаю.

— Сюэжун, ты мой друг, и я безумно рад, что ты есть у меня. Твоя дружба придает мне сил. Поезжай спокойно, у меня большой опыт выживать в сложных условиях.

— Это раньше, пока ты развлекался на улицах Нижнего города, ты был никем, — возразила она. — Просто еще одним вором, пусть и талантливым. Теперь ты — драконорожденный, который перешел дорогу Первому Советнику. К тому же ты очень засветился на дуэли с моим братом. Пойми, ты стал слишком заметен, а значит, ты не сможешь так легко ускользать. Репутация — это обоюдоострый клинок.

— Согласен с тобой, но скоро приедет старейшина Ван из дома Огненного Тумана. И с ним прибудет отряд клановой гвардии. У меня появится прикрытие получше любого, что может предложить дом Цуй. Без обид.

Ксу покачала головой, и несколько прядей выбились из ее прически.

— Ты слишком оптимистичен. По моим сведениям, на кортеж старейшины было нападение. На границе провинций.

Я замер с пиалой на полпути ко рту.

— Что?

— Мои информаторы сообщили вчера вечером. Неизвестные напали на переправе через реку Зеленого Дракона. Старейшина Ван ранен, часть охраны погибла. Они укрылись в приграничной крепости и ждут подкрепления из дома. Так что ожидать его скорого приезда не стоит.

Проклятье. Это серьезно меняло дело. Без поддержки дома Огненного Тумана я действительно стану слишком легкой мишенью, если останусь в Верхнем городе. Да, мой статус изменился и меня нельзя просто так арестовать, но когда это останавливало сильных мира сего? Им просто придется постараться получше, и с точки зрения традиций они будут в своем праве. Я всего лишь выкормыш из простолюдин, которого приняли в дом. По все тем же традициям за мою гибель Огненный Туман не сможет мстить в полную силу. Ситуация, конечно, хреновая, но да ладно — и из такой задницы можно выбраться.

Я усмехнулся, стараясь выглядеть беззаботным.

— Ну и что? На улицах Нижнего города меня никто не возьмет. Это моя территория. Каждый переулок, каждая крыша, каждый подвал — я знаю их все. А Первый Советник и его прихвостни там чужаки. Он может задействовать гильдейцев, но сейчас в гильдии начнется серьезная грызня за власть, и от того, кто победит, будет зависеть очень многое.

— Лао… — начала она, но я перебил.

— Когда уезжаешь? — Она посмотрела на меня долгим взглядом, потом сдалась.

— Завтра на рассвете. Ликуй уже готовит отряд сопровождения. — Раз одноглазый громила едет с ней, то можно не беспокоиться. Не уверен, что без использования глифов мне удастся справиться с этим чудовищно сильным бойцом.

— Значит, у нас