Магический очаг, Донат и я - Ингрида Пюли Страница 2

На 0,3 балла.

Начальник сказал тогда: «Мирослава, вы хороший специалист, но Мария более… перспективна».

Перспективна. То есть моложава, но опытна, зубаста и не научилась улыбаться нужным людям.

Маришка подняла голову и увидела меня. Широко, почти радушно улыбнулась:

— О, Мира! Ты чего такая помятая? Опять будильник не поймала?

— Поймала, — ответила я, проходя мимо. — С первого раза.

Она засмеялась.

Я знала, что смех добрый, без злобы — Маришка вообще не злая. Просто ей не понять, каково это — когда тебе двадцать четыре, ты без родных в большом городе, живёшь с котом, который разговаривает как сварщик-пенсионер, и твой чай на завтрак вкуса тревоги.

Я задержалась на секунду у стойки, посмотрела на её нашивки. И тихо, чтобы никто не услышал, сказала себе:

— В этом квартале я её обойду.

Вошла в кабинет аварийного наряда. Добро пожаловать в «ГорМагКом»!

У меня было семь протоколов несанкционированных бытовых заклинаний, три магические протечки в подвале и одна жалоба на летающую мебель.

И это только до обеда. Сегодня намечался жаркий день, хотя ещё далеко не лето!

Глава 2

Глава 2

Семь протоколов. Три протечки. И одна летающая мебель.

Ко второму часу дня я чувствовала себя выжатой, как лимон после заклинания «Максимальная свежесть».

Благо, летающую мебель удалось уговорить спуститься на пол — оказалось, стул просто обиделся на хозяина за то, что тот на него не садится, предпочитая кресло.

Иногда мебель перенимает магию хозяина, если тот вовремя не выполняет магическое очищение. Сказано же из каждого утюга: ритуал очистки магам уровня больше третьего проводить раз в шесть недель.

Некоторые пренебрегают — и пожалуйста!

Пришлось провести беседу о самооценке мебели и зачитать выдержку из Кодекса магической этики предметов быта. Стул расплакался буковыми слезами и поклялся больше не парить. Я выписала ему предупреждение.

И его хозяину заодно.

Протечки оказались классикой: в подвале дома на улице Ветреной какая-то бабулька переусердствовала с заклинанием «Вечный порядок», и теперь оттуда вместо воды сочилась радужная субстанция, которая превращала всё в идеально сложенные стопки.

Даже крыс из мусоропровода. Крысы выглядели оскорблёнными, но аккуратными. Злобно вращали красными глазами и жалобно попискивали.

Я зачистила.

Подписала акты.

Взяла образцы для лаборатории (пять пробирок, три пакета, два ведра). И наконец-то рухнула на свой продавленный стул в кабинете аварийного наряда.

— Ну всё, — прошептала я, вытягивая ноги. — Сегодня я герой. Сегодня я заслужила…

— Премию? — ехидно спросил чей-то голос из рюкзака.

Я вздрогнула.

Донат.

Забегала в обед проверить, всё ли в порядке, потому что Донат прислал мыслеобраз, что он погибает от жажды. Оказалось — от скуки.

Он увязался за мной сегодня, заявив, что «надо бы проверить, куда уходят его налоги». Налогов, само собой, он не платил.

Залез в рабочую сумку, укутался в запасную мантию и проспал всю дорогу обратно в офис.

А теперь, видимо, проснулся.

— Заслужила тишину, — ответила я, нащупывая термос с остывшим чаем.

Чай, кстати, к обеду, который я заварила уже на работе, стал тёмно-коричневым — вкус усталости с горькой ноткой «когда уже пятница».

Я сделала глоток. Потом ещё.

Донат вылез из рюкзака, отряхнулся и запрыгнул на стол, с интересом разглядывая разбросанные бумаги.

Так-то на работе нельзя находиться с магическими зверями, но мне разрешали. Работаю в «полях», стресса много, магию разбрасываю налево и направо, трачу резерв, а восполнять его скорее всего можно с помощью зверя.

Своего, магического. Те служат для хозяина своеобразным магическим аккумулятором.

— Ты сегодня приняла семь заявок. Объехала пять адресов. Составила четырнадцать документов, — перечислил он, тыкая лапой в стопку. — И при этом ни разу не воспользовалась служебным положением, чтобы стырить печенье у секретарши.

— Я выше этого.

— Ты просто глупая, — парировал Донат и принялся умываться.

Стол мой стоял за ширмой в общем помещении. С прохода не видно.

Я уже хотела ответить Донату что-то едкое, как вдруг над столом зажёгся магический куб — наш аналог рабочего чата.

Куб завибрировал, загудел и выдал голосом диспетчера (усталым, прокуренным, который бывает у женщин, проработавших в «ГорМагКоме» сорок лет):

— Мирослава, ты ещё на месте?

Я вздохнула. Вскочила. Поправила форму, будто куб мог меня видеть. Я всегда отключаю визуальную составляющую. Не люблю, когда на меня пялятся из устройств.

— На месте, тёть Варь. Что там?

— Заявка. Частный сектор, окраина. Старый дом, улица Тенистая, пятнадцать. Клиент — некто… — тётя Вера сделала паузу, — Белобородов Валентин Силыч. Жалоба на… Блогопульку быта.

— На кого?

— Не перебивай. Блогопулька быта. Диагноз предварительный: магический вирус третьей категории. Посуда моется с комментариями шёпотом, пылесос сплетничает о хозяевах. Клиент в истерике. Говорит, что чайник рассказывает всем про его геморрой.

Донат поперхнулся собственной слюной. К счастью, коты смеяться не умеют. Геморроем тоже не страдают.

Я замерла.

Блогопулька быта.

Я слышала о таком на курсах повышения квалификации — редкий зверь, возникает в домах с избыточной эмоциональной магией и невысказанными обидами.

С тех пор как сто лет назад люди открыли магические порталы, магия хлынула в наш мир. Зародилась в людях, в животных, в предметах быта.

Создались магические комитеты и кодексы, но стихийная магия иногда прорывалась через все препоны.

Данный вирус, например, размножался через бытовые заклинания и мог перекинуться на соседей, если вовремя не локализовать проблему.

— Тёть Вера, это же третья категория! Мне нужна группа поддержки!

— Группы нет, понедельник, мать его! Маришка на выезде, остальные в разборе документации после вчерашнего потопа в архиве. Ты одна, Мира. Справляйся. Ты же претендовала на категорию, будет шанс себя проявить.

Куб погас.

Я посмотрела на Доната. Донат посмотрел на меня немигающим взглядом кошака, уверенного, что все проблемы разлетятся от нетерпеливого взмаха кончика его хвоста.

— Ну, — сказал он, зевая, — по крайней мере, будет весело.

— Ты идёшь со мной.

— Я спать хочу. И жрать. Рыбёшку.

— Ты хотел увидеть, куда уходят налоги. Вот они, налоги. На Блогопульку.

Кот вздохнул с таким видом, будто его приговорили к каторге, но спрыгнул со стола и первым направился к двери.

— Только давай без геройства, — бросил он через плечо. — Я не собираюсь вылизывать тебя, если ты подхватишь вирус и начнёшь комментировать собственные действия.

— А ты умеешь вылизывать вирусы?

—