Ленд-лиз для СССР: Экономика, техника, люди (1941—1945 гг.) - Ирина Владимировна Быстрова Страница 8

Из последующей переписки следовало, что, несмотря на подобную общность интересов, представления русских и американцев о результатах совещания оказались не полностью идентичными. В ответном письме от 25 ноября 1941 г. Д. Бернс указал на ограничение полномочий советских органов на связь с поставщиками: «Заготовительные органы Правительства США ответственны за проведение этого закона. Поэтому “Амторг” не должен непосредственно связываться с поставщиками материалов до предъявления реквизиции, но может принимать участие в переговорах с правительственными органами, которым поручено приобретение данного материала»[60].

По вопросу об установлении цен на поставляемые СССР материалы Гусев резюмировал, что «советские представители должны участвовать вместе с персоналом действительных заготовительных органов в определении цен на оборудование и материал, за исключением таких материалов, цены на которые будут официально установлены Управлением администрации цен». В отношении вопроса об участии в определении цен Бернс указал на одно исключение, каковым являлись «цены на материалы и оборудование, поставляемые по заказам Правительства США для общего распределения тем странам, которые получали помощь в обороне». Управление администрации цен, по его утверждению, не имело полномочий официально устанавливать цены на эти товары, но другие органы правительства США имели такие полномочия.

По одному из главных вопросов — об участии советской стороны в приемке поставляемых материалов — Гусев в своем письме настаивал на том положении, что, «подчиняясь правилам и распоряжениям Правительства США, советские приемщики могут принимать участие вместе с приемщиками Правительства США как в окончательной, так и в предварительной приемке оборудования и материалов»[61].

Такое утверждение вызвало уточнение американской стороны, которая предполагала, как заметил Бернс, что «в основном советским приемщикам не нужно будет инспектировать военное оборудование и материалы в отношении предварительного осмотра». Представитель США объяснял отказ допускать советских представителей к предварительной оценке поставок тем, что «во время производства не будет известно, какая отдельная позиция будет передана США Советскому Союзу или какой-либо другой стране». При этом Бернс заверил Гусева в том, что «советским приемщикам будут предоставлены все возможности участвовать до нужной степени в окончательной приемке такого материала, чтобы обеспечить полное удовлетворение исходным продуктом»[62].

Следует отметить, что в дальнейшем вопрос об участии советской стороны в инспекциях на предприятиях США и приемке поставляемого оборудования и материалов продолжал оставаться одним из «камней преткновения» в советско-американском сотрудничестве, и советской стороне удалось достичь в этом деле значительных успехов. Но об этом мы подробнее расскажем несколько позже.

В качестве обобщения результатов переговоров с американской стороной представитель «Амторга» сформулировал также два заключительных положения, касавшихся порядка оформления и номенклатуры ленд-лизовских заказов: «4. Чтобы не было задержек, Закупочный орган СССР может представить частичные реквизиции на оборудование и материалы в счет Протокола Московской конференции и может представлять другие позиции помимо позиций, зафиксированных в Протоколе, а также изменять соответствующие категории в пределах общей суммы, установленной Протоколом, для выполнения новых военных условий.

5. Будут выданы инструкции соответствующим Заготовительным органам по вышеупомянутым делам, а также о других подробностях наших взаимоотношений, которые могли быть установлены время от времени»[63].

По данным двум пунктам, как явствовало из упомянутого ответного письма Бернса от 25 ноября, между советской и американской сторонами было достигнуто полное согласие и взаимопонимание[64].

Системные противоречия начального этапа организации подачи советских заявок в американские органы были в общем виде изложены в письме председателя «Амторга» К. И. Лукашева в адрес руководителя Администрации ленд-лиза Э. Стеттиниуса от 22 декабря 1941 г. Главная проблема заключалась тогда в том, что, по выражению Лукашева, «процедура прохождения наших заявок на изделия оборонного назначения (Defense Articles) через Администрацию ленд-лиза, так же как и через Отделения по поставкам (Procurement Divisions) различных министерств (Departments)», была очень сложной и длительной. Большинство заявок должны были «пройти через более чем двадцать различных ведомств, и это занимает от 3 до 4 недель, пока заказ будет в действительности направлен в соответствующую компанию для исполнения»[65]. Были и такие американские органы, которые заставляли советских представителей много дней ждать, чтобы какой-либо чиновник, который был недоступен, смог рассмотреть заявки СССР, потому что только он был облечен полномочиями принимать соответствующие решения.

По мнению советского представителя, дела с заявками СССР могли бы улучшиться, если бы различные американские органы, занимавшиеся поставками, больше принимали во внимание рекомендации советской стороны по поводу того, каким компаниям поручать выполнение заказов. Важным фактором, который следовало учесть американцам, было то, что целый ряд компаний уже имел опыт выполнения советских заказов, у них уже были в распоряжении спецификации на производство тех или иных изделий.

Лукашев с сожалением писал также, что во многих случаях советские представители не имели возможности установить личные контакты с официальными лицами из Отделений по поставкам, особенно это касалось структур Военного министерства США (War Department). Такие контакты, по мнению председателя «Амторга», дали бы советским представителям возможность передавать информацию «из первых рук» о том или ином обсуждаемом материале и таким образом облегчать организацию поставок в СССР. В заключение Лукашев высказал важное пожелание, чтобы все решения Администрации ленд-лиза и других ведомств, связанные в размещением советских заказов, высылались в адрес советских органов в письменной форме, с тем чтобы советская сторона имела «ясную картину со статусом наших заказов и отправок в любое удобное время»[66].

В процессе становления сотрудничества возникали новые его формы, одной из первых стали так называемые конференции между представителями Администрации ленд-лиза, в частности первым администратором Э. Стеттиниусом и представителями СССР. Поскольку в тот момент еще не было создано единого специального органа, который занимался бы всем делом ленд-лизовских поставок (таковым стала только Правительственная закупочная комиссия), Стеттиниус совещался с представителями СССР различных рангов. Так, 5 февраля состоялась концептуально важная, «установочная» встреча между администратором ленд-лиза и послом СССР в США М. М. Литвиновым. Согласно отложившейся в фонде ПЗК краткой повестке дня встречи на ней обсуждались вопросы практического сотрудничества. Первый вопрос касался общего обзора ситуации, связанной с инспекцией вооружений, предназначенных для поставки в СССР. В этом разделе констатировались следующие выводы: «а) У нас (очевидно, речь идет о советской стороне. — Примеч. авт.) нет точной информации о состоянии вооружений, которые должны быть поставлены в СССР.

б) Поверхностные обследования показали, что во многих случаях самолеты и танки поступали некомплектно и в состоянии, непригодном для эффективного применения.

в) Необходимо рассмотреть мероприятия, необходимые для принятия благоприятного решения»[67].

Вторым вопросом стояло обсуждение проблемы срочной доставки запчастей для самолетов, которые уже отправлены в СССР в соответствии с прилагаемым списком.

Третий вопрос — под