Военная организация поздней римской империи в 253—353 гг. От реформ императора Галлиена до периода тетрархии (253—305) - Евгений Александрович Мехамадиев Страница 73

рукописи датируется X в., в то время как 11 последних ее листов (f. 185–195) были добавлены в XIII в., текст, имеющий отношение к нашей теме, содержится на последних четырех страницах (f. 192–195)[400]. На основе внушительного количества лингвистических, исторических и стилистических сопоставлений исследователи пришли к выводу, что автором данного текста был афинский историк Дексипп, живший в III в.[401], более того, по их мнению, сам текст представляет собой выписки непосредственно из труда Дексиппа «Скифика» (Scythica), а не вторичную копию с выписок, сделанных в X в. по приказу византийского императора Константина Багрянородного[402].

Интересующий нас текст состоит из двух фрагментов, первый (f. 192–193) рассказывает о набеге германского племени герулов на Грецию и их попытке прорваться через знаменитое ущелье Фермопилы в Центральной Греции для дальнейшего разграбления уже Пелопоннеса — этот фрагмент достаточно подробно повествует об активном сопротивлении, которое жители Греции (провинции Ахайя) во главе с местным римским чиновником Марианом оказали стремительно наступавшим герулам, тем не менее благодаря другим источникам мы знаем, что герулы все-таки смогли прорваться в Пелопоннес и разрушили такие города, как Коринф, Спарта и Аргос[403].

Второй фрагмент своим содержанием затрагивает более ранние события — войну римского императора Деция с готами (249–251), развернувшуюся в 250–251 гг., данный фрагмент повествует о событиях, произошедших после захвата готами Филиппополя, современного Пловдива. Военноисторический контекст второго фрагмента заключается в том, что в 250 г. полчища готов под командованием своего племенного лидера (вождя) Книвы совершили вторжение в Нижнюю Мезию (в основном север современной Болгарии) и нанесли тяжелое поражение императору Децию вблизи от Филиппополя, к северо-востоку от города, эта победа позволила готам беспрепятственно захватить и сам Филиппополь. Впоследствии, весной 251 г., Деций вновь направился с войском в Нижнюю Мезию с целью выбить готов из региона, но в битве, произошедшей вблизи города Разград на северо-востоке современной Болгарии, Деций не только потерпел новое поражение, но и сам был убит[404].

Нас интересует именно второй фрагмент венской рукописи, посвященный борьбе Деция с готами. Согласно данному тексту, войско, которое Деций собрал для кампании против готов, насчитывало 80 000 человек (τό στρατιωτικόν ήθροίσθη εις μυριάδας όκτώ)[405], и эти сведения приобретают для нас первостепенную важность. Заметим, что Деций правил империей единолично, он не делил свою власть с какими-либо коллегами-соправителями, равными ему по рангу, соответственно, армия, собранная Децием, в принципе, должна была представлять все регионы империи, Деций мог сформировать ее из легионов и более мелких подразделений, разбросанных по всем границам империи.

А значит, 80 000 человек — это максимальная (подчеркнем — максимальная!) норма для любой армии периода Принципата, точнее, той эпохи, когда в империи еще не утвердился постоянный и системный принцип коллегиального управления, когда процесс территориального разделения империи еще не развернулся в полную силу. Под управлением Деция находилась вся территория обширного римского государства, в то время как в период Тетрархии власть каждого правителя-тетрарха на деле ограничивалась только строго определенной территорией, даже Диоклетиан, верховный Август, все равно преимущественно находился на территории Малой Азии и в случае военных кампаний в первую очередь опирался на гарнизоны Ближнего Востока.

Лактанций утверждает, что каждый из правителей-тетрархов «стремился обладать войском, намного более многочисленным, чем прежние правители, которые руководили государством в одиночку» (сит singuli eorum longe maiorem numerum militum habere contenderent, quam priores principes habuerant, cum soli rem publicam gererent. — Lact. De mort. pers. VII. 2). На наш взгляд, фраза Лактанция и сведения венского фрагмента Дексиппа позволяют заключить, что ранее, до учреждения коллегиального принципа управления, императоры эпохи Принципата могли собрать армию численностью до 80 000 человек, и эту цифру следует считать верхней планкой, максимальным лимитом для полевой (походной, экспедиционной) армии середины III в. Уточним, что в этом контексте под полевой армией мы имеем в виду ту армию, которая непосредственно участвовала в военной кампании, непосредственно отправлялась в поход и вела боевые действия с противником.

Подчеркнем — венская рукопись дает нам единственные свидетельства о численности одной из таких армий в середине III в., новые фрагменты содержат данные по периоду, непосредственно близкому, даже ближайшему, к эпохе Галлиена, правление Деция непосредственно предшествовало восхождению на императорский трон Валериана и Галлиена (253 г.; напомним, с 260 г. Галлиен уже единолично управлял всей империей). До публикации венских фрагментов Дексиппа исследователи практически не располагали какими-либо данными об общей (максимальной) численности римской полевой армии, собранной не в пределах только одного региона, но во всех регионах империи, со всей территории государства, со всех участков границы.

Сведения венской рукописи заставляют нас вновь обратиться к знаменитой трехъязычной надписи царя Шапура I, ранее мы уже неоднократно затрагивали содержание этого документа. Данная надпись предельно четко утверждает, что во время своей второй кампании против римлян персидский царь разгромил 60 000 войск противника (καί δύναμιν 'Ρωμαίων έξήκοντα χειλιάδας έν Βαρβαρισσω άνιλαμεν. — «Мы уничтожили войско римлян из 60 000 человек у Барбарисса». — RGDS, 11)[406].

В современной историографии выделяют две отдельные фазы этой кампании, саму же битву при Барбариссе = Барбалиссе помещают в первую фазу: 1) первоначально, в 252–253 гг., Шапур I вторгся в Сирию и разграбил ее земли, лежавшие вдоль Евфрата, тогда персидскому царю удалось захватить Антиохию и одержать ту самую победу при Барбалиссе, которую прославляет цитированная надпись; 2) через три года, в 256–257 гг., персы вновь вторглись в Сирию, и на этот раз они взяли штурмом не менее важный форпост римлян на Ближнем Востоке — знаменитую крепость Дура-Европос[407]. Соответственно, если мы датируем битву при Барбалиссе 252–253 гг., тогда можно заключить, что в данный период средняя численность римской полевой армии, т. е. той войсковой группировки, которая непосредственно выступила в поход против персов, составила 60 000 человек. Мы оцениваем сведения надписи Шапура I как достоверные, поскольку они вполне подтверждаются сведениями венских фрагментов Дексиппа, сопоставление двух источников позволяет по-новому оценить вопрос о численности римских региональных армий и в более поздний период, в эпоху Тетрархии.

Отметим, что надпись царя Шапура I подтверждает и наш вывод о максимальной численности римских походных (полевых) армий середины III в. Согласно надписи, в 260 г., во время третьей кампании против римлян, персидский царь разгромил императора Валериана, эта кампания привела к пленению Валериана. Как утверждает Шапур I, войско Валериана насчитывало 70 000 человек (δύναμις έβδομήκοντα χειλιάδων. — RGDS, 23–24)[408]. Следовательно, как видим, и в этом случае, когда император Валериан отправился в поход против Персии, численность римской армии составляла не больше 80 000 человек, очевидно, ни один из императоров середины III в. не мог собрать армию, превышающую 80 000 человек, эта цифра была верхней планкой.

Этот же факт,