Военная организация поздней римской империи в 253—353 гг. От реформ императора Галлиена до периода тетрархии (253—305) - Евгений Александрович Мехамадиев Страница 35

Подтверждением нашей точки зрения служат легенды монет узурпатора Викторина, правившего в Галлии в 269–271 гг., того самого, вместе с которым Постум воевал против Галлиена (в тот период Викторин занимал командный пост в армии Постума). Как и в случае с Галлиеном, лучшее и наиболее полное перечисление этих легенд представлено в каталоге RIC (том V, часть В), «легионная» эмиссия Викторина, чеканившаяся в Трире, упоминает 13 легионов (см. табл. 2).

Таблица 2

Легионы узурпатора Викторина (269–271)

Окончание табл. 2

В целом сразу бросается в глаза чрезвычайно обширная географическая разбросанность легионных наименований — монеты упоминают легионы, которые дислоцировались как на рейнском и дунайском фронтах, так и в довольно отдаленных регионах, а именно на Ближнем Востоке и даже в Египте. Столь широкое территориальное распределение легионов, которых Викторин восхвалял в своей эмиссии, явно свидетельствует, что «легионная» эмиссия этого узурпатора, в отличие от законного императора Галлиена, носила идеологический характер, служила целям пропаганды. Монетную серию Викторина не следует рассматривать как источник, призванный достоверно представить военные силы, находившиеся под командованием узурпатора. Т. Котула совершенно справедливо определил, что монеты Викторина перечисляют те легионы, которые он стремился привлечь на свою сторону, на помощь которых он рассчитывал в осуществлении своих политических планов[198]. В самом деле, крайне сложно поверить, что Викторин реально командовал такими легионами, как III Gallica, XFretensis или II Traiana, которые находились в далеких восточных провинциях, в то время как его собственная власть ограничивалась только Галлией. Совершенно другую роль в этой эмиссии играли нижне-и верхнерейнские легионы (I Минервы, XXII Первородный, XXX Ульпиев Победоносный), поскольку они располагались на той территории, которой непосредственно управлял узурпатор, находились с ним в тесных связях и составляли основу его боевых сил[199].

В свое время И. Кениг определил, что I легион Минервы был главной ударной силой Постума, по мнению исследователя, именно этот легион первым поддержал галльского узурпатора, поскольку Постум занимал должность наместника Нижней Германии — той самой провинции, где находилась штаб-квартира I легиона Минервы[200]. Мы не оспариваем этот вывод, он кажется нам убедительным, другой вопрос, что в числе войск Викторина, унаследовавшего от Постума командование над рейнскими легионами, не было вексилляций, той мобильной армии, которую сформировал Галлиен, поскольку, как мы говорили выше, уже к концу 260-х гг. все вексилляции, включая и отряды Germaniciani, вновь размещались в Северной Италии под командованием сначала Галлиена, а затем — Авреола. Соответственно, Викторин командовал тем кадровым составом рейнских легионов, который остался в германских провинциях после перевода вексилляций в мобильную армию Галлиена[201], а это значит, что регулярные римские силы Викторина численно уступали войскам Галлиена.

1.3. Конные соединения полевой армии Галлиена и роспуск этой армии в эпоху императора Аврелиана (270–275)

Среди большого количества монет, чеканившихся от имени узурпатора Постума, сохранилась целая серия образцов, происходивших с территории Медиолана. Медиоланская эмиссия Постума содержит легенды, в разных формулировках прославляющие конницу, конные войска, которые располагались на территории Северной Италии: FIDES AEQVIT, VIRTVS EQVIT, CONCORD AEQVIT, CONCORD EQVIT, CONCORD EQVITVM, CONCORDIA EQVIT, VIRTVS EQVITVM («верность всадников», «единодушие всадников», «храбрость всадников». — RIC VB, р. 367–368).

А. Альфельди, первым обративший внимание на эти монеты, пришел к выводу, что медиоланская эмиссия Постума упоминает тех всадников, которые подчинялись генералу Авреолу и вместе с ним перешли на сторону галльского узурпатора, — таким образом, как предположил А. Альфельди, монеты, выпущенные в Медиолане, прославляют боевую кавалерию Галлиена (в реальности дезертировавшую и перешедшую на сторону узурпатора) и представляют собой первое, наиболее раннее по времени свидетельство о существовании подобных войсковых подразделений в составе армии Галлиена[202].

Мы полностью поддерживаем позицию А. Альфельди, ранее мы уже доказывали, что в конце 260-х гг. генерал Авреол командовал мобильной армией Галлиена, сконцентрированной в Северной Италии, более того, к концу 260-х гг. под командованием Авреола находились все вексилляции, входившие в состав ударной группировки Галлиена, — соединения, воевавшие в балкано-дунайских провинциях, и те отряды, которые дислоцировались в Реции. Тот факт, что имя Постума упоминается на монетах, чеканившихся в Медиолане, свидетельствует, что войска, расположенные в Медиолане, в течение определенного периода времени поддерживали галльского узурпатора, и эти войска состояли из конных формаций. В самом деле, территориально Медиолан и в целом вся Северная Италия не входили в состав Галльской империи, эти регионы подчинялись Галлиену, но, как известно, в 268 г. Авреол перешел на сторону Постума (см.: PRLE I, Aureolus, р. 138), а когда Галлиен осадил мятежного генерала, гарнизон Медиолана провозгласил Авреола императором.

Соответственно, совершенно очевидно, что в этот короткий период Авреол чеканил монеты в честь Постума, рассчитывая на поддержку войск галльского узурпатора, поэтому у нас возникает вполне логичный вопрос — что представляли собой те конные отряды, которые упоминаются в медиоланской эмиссии Постума (= Авреола)? Обратим внимание — ранее мы уже цитировали надпись из Сирмия (Верхняя Мезия) CIL III 3228 = D 546, которая сообщает о размещении в балканских регионах вексилляций германских и британских легионов и «их вспомогательных отрядов» ([си]т auxüi(i)s / [ejarum). Мы полагаем, что под «вспомогательными отрядами» следует понимать именно конницу, боевую кавалерию, другими словами, мобильная ударная группировка Галлиена включала в себя вексилляции, т. е. отряды смешанного состава (пехота и конница), и конные соединения, которые, в отличие от вексилляций, не были связаны с пограничными легионами, но изначально представляли собой обособленные и самостоятельные войсковые формации.

Μ. П. Шпайдель пришел к выводу, что «вспомогательные отряды», упоминаемые в надписи CIL III 3228 = D 546, — это алы и когорты, размещавшиеся на дунайской границе. По его мнению, алы и когорты поставляли в мобильную армию Галлиена свою кавалерию, они направляли в вексилляции Галлиена своих всадников, тем самым пополняя численный состав данных подразделении[203]. Но у нас возникают серьезные сомнения в том, что столь небольшие войсковые части, как алы и когорты, стоявшие гарнизонами на дунайском фронте, переводили в состав вексилляций Галлиена своих воинов-всадников, — вряд ли эти всадники могли существенно повысить численность воинов в них.

Иоанн Лид сообщает, что в составе когорты (не легионной, а именно отдельной, существующей в качестве самостоятельного войскового подразделения) насчитывалось 300 человек (σπείρας μέν άπό τριακοσίων άσπιδιωτών — «когорты же (состоят) из 300 щитоносцев (т. е. воинов. — Е. Μ.)»), в то время как ала насчитывала до 600 человек (άλας δέ, άντί του ϊλας, άπό έξακοσίων ιππέων — «алы (вместо „илы“) состоят из 600 всадников». — Iohannes Lydus. De mag. I. 46). Тем не