Блог «Серп и молот» 2025 - Петр Григорьевич Балаев Страница 31

* * *

Знаете, что интересно? Ни Сталин, ни Ворошилов, ни Молотов — никто из них даже в виде оговорок о Крупской не говорил, как о члене оппозиции. Вот этой «платформы четырех». Даже Валериан Куйбышев, у которого были с Надеждой Константиновной довольно серьезные споры насчет полномочий Секретариата ЦК. Вот, вроде бы, Зиновьев и Каменев тоже хотели органы управления партии… реформировать, вроде бы, Крупская на их стороне в этом вопросе, если она высказывалась о том, что власти у Секретариата слишком много и это очень опасно. Как в воду глядела Надежда Константиновна. Зря ее тогда не послушались. Надо было вспомнить ее слова и когда оппозиция начала убивать секретарей ЦК. А в 1957 году Секретариат смял «антипартийную группу».

А вот кто на 14-м съезде называл Крупскую в числе оппозиции, этой «платформы четырех», так это Рыков. Он тогда был против оппозиции, и партия тогда еще не знала о его шашнях с оппозицией. Как же им хотелось заполучить Надежду Константиновну!

Еще, чуть не забыл. Надежда Константиновна высказывалась о том, что в Секретариате слишком много власти сосредоточено. Но по какой-то загадочной для меня причине ни разу не вспомнила о «Завещании» мужа, в котором Владимир Ильич написал, что Сталин, сделавшись Генсеком слишком много власти получил. То ли Крупская с «Завещанием» была незнакома, то ли какое-то другое знала.

Ну и 15-я Партконференция. Доклад на ней Сталина об оппозиции. Я только три предложения процитирую: «Чем была сильна зиновьевская группа? Тем, что она вела решительную борьбу против основ троцкизма. Но коль скоро зиновьевская группа отказалась от своей борьбы с троцкизмом, она, так сказать, оскопила себя, лишила себя силы.»

Т. е., когда при вас какая-нибудь мразь еще раз заявит о том, что Крупская вместе с Троцким против Сталина — так Сталин сам сказал, что даже та оппозиция, к которой некоторые причисляют Надежду Константиновну, была против троцкизма.

А с 1926 года хоть кто-нибудь, хоть когда-то заявлял о принадлежности Крупской к какому-то оппозиционному блоку? Да никто! Троцкий же сказал, что у нее смелости ума не хватило, чтобы против Сталина идти, а те наши левые, которые обвиняют Крупскую в троцкизме, в чьи ворота играют? Уж не на стороне ли Троцкого?

И напоследок — 20 съезд. Доклад читает дорогой Никита Сергеевич:

«Товарищи! Необходимо доложить съезду партии о двух новых документах, дополняющих ленинскую характеристику Сталина, данную Владимиром Ильичом в его „завещании“.

Эти документы — письмо Надежды Константиновны Крупской председательствовавшему в то время в Политбюро Каменеву и личное письмо Владимира Ильича Ленина Сталину.

Зачитываю эти документы:

Письмо Крупской:

„Лев Борисыч, по поводу коротенького письма, написанного мною под диктовку Владимира Ильича с разрешения врачей, Сталин позволил вчера по отношению ко мне грубейшую выходку. Я в партии не один день. За все 30 лет я не слышала ни от одного товарища ни одного грубого слова, интересы партии и Ильича мне не менее дороги, чем Сталину. Сейчас мне нужен максимум самообладания. О чем можно и о чем нельзя говорить с Ильичем, я знаю лучше всякого врача, т. к. знаю, что его волнует, что нет, и во всяком случае лучше Сталина. Я обращаюсь к Вам и к Григорию, как более близким товарищам Владимира Ильича, и прошу оградить меня от грубого вмешательства в личную жизнь, недостойной брани и угроз. В единогласном решении контрольной комиссии, которой позволяет себе грозить Сталин, я не сомневаюсь, но у меня нет ни сил, ни времени, которые я могла бы тратить на эту глупую склоку. Я тоже живая и нервы напряжены у меня до крайности.

Крупская“.

Это письмо было написано Надеждой Константиновной 23 декабря 1922 года. Через два с половиной месяца, в марте 1923 года, Владимир Ильич Ленин направил Сталину следующее письмо:

„Товарищу СТАЛИНУ.

Копия: Каменеву и Зиновьеву.

Уважаемый т. Сталин,

Вы имели грубость позвать мою жену к телефону и обругать ее. Хотя она Вам и выразила согласие забыть сказанное, но тем не менее этот факт стал известен через нее же Зиновьеву и Каменеву. Я не намерен забывать так легко то, что против меня сделано, а нечего и говорить, что сделанное против жены я считаю сделанным и против меня. Поэтому прошу Вас взвесить, согласны ли Вы взять сказанное назад и извиниться или предпочитаете порвать между нами отношения.

С уважением: Ленин

5 марта 1923 года“.»

Да-да, чтобы не просто Сталина насчет жены в рамки поставить, но еще чтобы «более близкие товарищи» знали, как Ленин сурово со Сталиным за жену. И каждому — по копии, а то вдруг Зиновьев не скажет Каменеву или Каменев Зиновьеву.

Только одно мне интересно, эту записку для Хрущева в каком архиве нашли, кто ее свято хранил 30 лет: Сталин, Зиновьев или Каменев?

Стыдно это всё. Нам стыдно, Надежда Константиновна, перед Вами за то, что еще позволяем всё это…

(завтра постараюсь написать окончание)

* * *

1927 год. 15-й съезд ВКП(б). На трибуну поднимается оппозиционерка Крупская. Весь зал стоя встречает ее аплодисментами… Стоп! Это так оппозиционеров в 1927 году съезд приветствовал? Чтобы не было у некоторых степашек намерений меня в искажении чего-то обвинять — скан страницы стенографического отчета с выступлением «оппозиционерки»:

Вот именно так и должен оппозиционер выступать. Никак иначе. Правда?

Ну не мог 15-й съезд в 1927 году, в самый разгар борьбы с оппозицией, приветствовать стоя аплодисментами того, кто к этой оппозиции хоть какое-то отношение имел! По определению не мог! Пусть это хоть жена Ленина будет! Да и на 14-м съезде кто бы что не мычал в адрес Надежды Константиновны, но сам Сталин определил состав «платформы четырех», к которой Крупскую приклеивают: Зиновьев, Каменев, Сокольников, Лашевич. Да и Куйбышев однозначно сказал в своем выступлении, что Крупская сожалела о том, что подписала письмо этой «платформы». Да еще и не было ничего оппозиционного в этом письме, оно было направлено не против политики ЦК, а против Бухарина и Троцкого.

Да, это была ошибка Надежды Константиновны, которая позволила зиновьевцам заявлять: «Крупская с нами». И некоторые граждане