Москва и Восточная Европа. Югославская модель социализма и страны советского блока. 1950-е — 1960-е годы - Анатолий Семенович Аникеев Страница 16

широкие собрания, производственные совещания». Итогом стало то, что многие PC продолжили ошибочно считать, что за управление производством в целом и впредь отвечает директор. Этому способствовали факты сотрудничества отдельных директоров с управляющими комитетами («УК/UO»), в то время как на рабочие советы они смотрели формально, вследствие чего последние по своему содержанию приобретали консультативный характер. Отмечалось, что «слабая сторона работы таких советов состоит в том, что они, занимаясь незначительными вопросами, пренебрегают важными проблемами производства, коммерческо-финансовыми его аспектами, которые должны стать основой в борьбе за рентабельность предприятия». Продолжая фиксировать недостатки в работе PC, авторы записки указывали на ненужное дублирование УК путем создания ряда специализированных комиссий, принятие решений общего характера, которые невозможно контролировать и претворять в жизнь. Все это вело лишь к нарушению принципа коллективного руководства[122]. Подчеркивалось многократно, что политическое руководство советами должны были осуществлять профсоюзные и партийные организации, руководителям PC, в свою очередь, не следовало занимать пассивную позицию, а разъяснять трудовому коллективу смысл принимаемых решений, поддерживать выдвигаемые рабочими предложения, повышая, тем самым и свой авторитет. Ставился вопрос о необходимости ознакомления рабочих, членов PC, в доступной форме с финансовой и коммерческой деятельностью предприятия, что дало бы им возможность активнее участвовать в более широких и содержательных дискуссиях, а не ограничиваться, как это имеет место в данный момент, проблемами только своей непосредственной работы. К решению этой задачи предлагалось активнее привлекать профсоюзы, которые должны были, акцентируя внимание членов PC на изучении коммерческих вопросов работы предприятия, расходной части, рентабельности, стимулировать их, насколько возможно, к овладению навыками, которыми обладают специалисты — профессионалы. Аналогичные замечания были сделаны и в адрес управляющих комитетов (УК), многие из которых были заняты не главными проблемами производства, в первую очередь финансово-коммерческими, а рассмотрением несущественных вопросов, относящихся к компетенции профсоюзных организаций[123]. Авторы документа, отвергая выдвигаемую некоторыми руководителями комитетов «теорию» о неготовности рабочих к эффективному участию в работе этих органов из-за недостаточного культурного уровня, выступили против своего рода «профессиональных дискутантов». Они призвали профсоюзные органы, ответственные за работу комитетов, обратить внимание на не всегда понятные рабочим специальные термины, что приводило к потере у них желания участвовать в обсуждениях[124]. Обращает на себя внимание отсутствие у руководящих органов достаточно полного представления о функциях рабочих советов и управляющих комитетов, о разделении их компетенций, позволяющих исключить дублирование, а также об отсутствии четких критериев и принципов формирования УК. Сложными были отношения между новыми самоуправленческими институтами и дирекцией. Реформаторы требовали, с одной стороны, активного участия PC и УК в управлении производством, а с другой, постоянно предостерегали их от нарушения правил, по которым основные вопросы производства входили в сугубую компетенцию директора. Такие же требования предъявлялись и к партийным организациям, которые на некоторых предприятиях вмешивались в работу PC, зачастую пытаясь навязать свое мнение в качестве последней инстанции, чем, как отмечалось, ограничивалась инициатива членов совета. Еще одной проблемой, которая привлекала внимание проверяющих, было отсутствие достаточного контроля за выполнением принятых на заседаниях PC решений. Авторы аналитического документа признавали, что в PC и УК были выбраны достойные люди, но в то же время указывали на недостаточную активность как членов этих органов, так и их руководства. В ряде случаев приходилось лишать их полученных мандатов, как, к примеру, председателя УК предприятия «Научная книга»[125].

Авторы записки завершали анализ работы PC и УК перечнем предложений. В пункте первом считали необходимым активизировать работу партийных организаций по оказанию помощи в работе PC, организовав в республиканских центрах совещания партийных руководителей крупных предприятий с участием дирекции и профсоюзных лидеров. То же самое предлагалось сделать и в крупных индустриальных центрах. Экономическим комиссиям при ЦК республиканских компартий поручалось обеспечить реализацию этих мероприятий, а также постоянно отслеживать работу PC. Профсоюзные организации должны были, в свою очередь, «развивать активность по подготовке предстоящих выборов в PC/УК, проводить широкую агитацию, беседы с отобранными в советы товарищами». Предлагалось установить тесную связь PC с местными органами народной власти для совместного решения коммунальных и других вопросов. Средства массовой информации (журналы «Коммунист» и «Партийное строительство») должны были публиковать статьи о работе PC и задачах партийных организаций[126].

К сожалению, идея рабочего самоуправления и попытка внедрить ее в социально-экономическую практику не могли быть реализованы полностью и развернуто в условиях авторитарного режима. Работа органов самоуправления направлялась и контролировалась партийными структурами, которые преимущественно в виде рекомендаций определяли тематику и регламент заседаний рабочих советов, пытались регулировать параметры участия трудового коллектива в принятии решений, а также отношения с дирекцией в соответствии с установками центральных партийных органов. Отсутствие базовых демократических свобод в стране делало работу самоуправленческих институтов формализованной, запрограммированной и ограниченной, что отражалось и на отношении к ним производственных коллективов, проявляясь в их отстраненности, равнодушии и нежелании демонстрировать творческую активность. Это, как мы видели, отмечали ревизоры из ЦК КПЮ/СКЮ в начале 1950-х годов. Не было ясно, в какой мере рабочие советы, в основе состоявшие из рабочих и техников, могли принимать компетентные решения по вопросам производственной тактики и стратегии, в то время как партийные органы рекомендовали формировать советы из передовых рабочих, новаторов и изобретателей.

В историографии самоуправления, в частности хорватской, отмечалось, что рабочие советы не смогли доказать свою эффективность по ряду причин. Так, известный социолог, академик И. Жупанов считал, что несколько ключевых элементов мешали превращению самоуправления в экономическую и социальную основу югославской социо-экономической системы. По его мнению, воплощение самоуправления в жизнь было теоретически не обосновано и невозможно, поскольку «проект самоуправление» возник не из социальной практики и реальных общественных отношений[127]. Как считал ученый, самоуправление должно было быть сосредоточено на уровне максимальной информированности и мотивированности работников. Между тем оно было смещено на уровень предприятия, в то время как уровень рабочей группы игнорировался. По мнению Жупанова, это противоречило изначальной цели. Вторая ошибка, и это, на наш взгляд, было важным замечанием, относилась к определению статуса менеджмента как любительской непрофессиональной деятельности, осуществляемой всеми трудящимися посредством референдума или через рабочий совет, представляющего орган управления. Результатом такого подхода стала его неэффективность[128]. Д. Биланджич также писал о подобной проблеме в начале 1970-х годов, когда он присутствовал на нескольких заседаниях рабочих советов, на которых обсуждался производственный план, итоговые отчеты, план доходов и другие вопросы, затрагивающие работу предприятия. Тогда ученый пришел к выводу, что большинство членов рабочего совета не могут компетентно обсуждать такие профессиональные вопросы. Попытки «подтолкнуть» работников вызывали характерные реакции: члены рабочего совета, не имевшие достаточных знаний, не хотели вступать в