500 лет беспокойного соседства. Россия-Турция: игра продолжается - Иван Игоревич Стародубцев Страница 10

На смену (или, хочется надеяться, что в дополнение) к патриотической классике советских времен – Алексею Толстому и его книге «Петр Первый», фильмам «Юность Петра», «В начале славных дел» и «Россия молодая», Валентину Пикулю с его богатым творчеством, равно как и Леониду Раковскому с «Адмиралом Ушаковым» и «Генералиссимусом Суворовым» – пришло столько всего, что и не перечислить. Интерес у нас к отечественной истории, особенно к периоду Российской империи, растет пропорционально современным вызовам, стоящим перед страной. Повышенный спрос рождает предложение в виде «девятого вала» разнообразного контента: от роликов в интернете до сериалов соответствующей исторической направленности.

Итоговое представление у разных людей неизбежно будет разниться, но все ж таки корень у него – един. Это – школьные учебники истории, которые, будучи воспринятыми в том или ином объеме, становятся частью национальной ДНК. Именно поэтому так важно для глубокого понимания своих соседей по планете, в том числе турецких, не только изучать собственные источники, но и представлять себе, хотя бы в общих чертах, особенности преподавания истории у них. Включая их взгляд как на самих себя, так и на нас, россиян, и на нашу общую историю.

Здесь стоит учитывать еще вот что: школьные учебники используются не только для сохранения исторической памяти и передачи в неизменном виде национальной ДНК, но и для корректировки движения грядущих поколений в «правильном» направлении. Выражение «переписывание истории» родилось отнюдь не на пустом месте. Как показывает практика, учебники истории крайне чутки к переменам политических ветров. «Историю пишут победители», – вздохнули летописцы и потупились.

Оттого наше повествование, будучи логическим развитием первого издания книги «Россия – Турция: 500 лет беспокойного соседства», где рассматривались российские и турецкие учебники истории 2015–2016 учебного года, получает еще одно, динамическое измерение. И играет новыми красками с учетом того, что, на момент написания книги, закончился учебный год 2024–2025. А министерства образования двух стран, прямо скажем, не зря едят свой хлеб, привнося в преподавание истории немало нового и заслуживающего нашего самого пристального внимания. В чем сейчас, начав с российских изданий, мы и сможем наглядно убедиться.

Итак, что имеется в актуальных российских учебниках истории про Османскую империю и про Турецкую Республику? Сразу скажем, что даже краткое ознакомление с нашими учебниками применительно к турецкой тематике вызывает немало вопросов вкупе с «жалобами и предложениями». Не претендуя на детальный разбор, попробуем подсветить то, что представляется автору самым главным.

Появляются турки-сельджуки в поле зрения учащихся на уроках общей истории 6-го класса, где им сообщают, что те самые сельджуки в 1096 году разбили «почти безоружное» воинство под предводительством Петра Пустынника, отправившееся «освобождать» Святую Землю.

За распадом государства сельджуков последовало основание Османом-гази (1299–1336) одноименной династии османов и расширение теми сначала своих владений в Малой Азии, а затем уже и на Балканах с покорением христианских и славянских государств – Византии, Болгарии и Сербии.

Поворотной точкой стало трагическое, описываемое с несколько апокалиптическим оттенком, падение в 1453 году Константинополя, обороняемого «всего 7 тысячами профессиональных воинов», и превращение Святой Софии из главного православного храма мира в мечеть, что «поставило точку в тысячелетней истории Византийской империи».

Тут, конечно, настойчиво просится врезка в учебник про то, как основатель и первый президент Турецкой Республики Мустафа Кемаль Ататюрк превратил Святую Софию из мечети в музей в 1934 году. Можно себе представить, насколько сложным было это решение, с учетом того, что мечетью до того момента Святая София пробыла аж 481 год, со взятия Константинополя в 1453 году. Но в итоге возобладала идея создателя нового турецкого государства о том, что следует превратить Святую Софию из «яблока раздора» в точку сборки миров – христианского и мусульманского – через музейный статус культового в прямом и переносном смысле памятника. Но вот спустя без малого 90 лет, в 2020 году, президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган совершил обратное превращение Святой Софии из музея в мечеть, публично и громко назвав это «вторым взятием Стамбула» после 1453 года и победы султана Мехмеда II Фатиха (Завоевателя).

Правда могла бы прозвучать в учебнике красиво и, главное, уместно, с наведением школьников на интересные мысли, параллели и выводы? Увы, нет этого в учебнике.

И да, не удивляйтесь тому, что, когда говорится о взятии Константинополя, турки в своих учебниках истории (а о них мы еще поговорим) не называют Стамбул именем, данным ему при «рождении». В общем, перефразируя: «Стамбул брал. Константинополь? Константинополь не брал». Тут ведь тоже есть о чем подумать, почему так, не правда ли?

Но снова обратимся к отечественному учебнику: одним из итогов взятия Константинополя стало, как пишется в учебнике, то, что турецкие купцы установили контроль над торговыми путями со странами Востока, шедшими через Юго-Восточную Европу и Малую Азию, что побудило европейцев, контроль утративших, искать альтернативные маршруты.

Справедливости ради стоит отметить, что те же англичане со временем стали искать не альтернативные османским маршруты, а пошли сухопутным маршрутом через Блистательную Порту. Что проливает некоторый свет на историческую глубину британо-турецких контактов и на корни весьма противоречивых отношений между Турцией и Британией.

Кто и как создавал Ирак, кто прочертил государственную границу, кто не дал войти в состав создаваемой после распада Османской империи Турецкой Республики нефтеносных Киркука и Мосула? Какова была бы история не только Турции, не только Ближнего Востока, но и самой Британии, не доберись англичане раньше других потенциальных претендентов до ближневосточной нефти? Почему бы и об этом тоже не поговорить?

Впрочем, даже лишь простое упоминание мировых торговых путей следует считать важным в плане намека школьникам на то, где тут лошадь (экономика), а где тут телега (исторический процесс). Хотя не удержимся и скажем, что в учебниках хотелось бы видеть принципиальные для понимания подробности. Скажем это пока без досады. Потому как настоящая досада начнется дальше, когда зайдет речь об описании новейшей истории российско-турецких отношений.

Здесь же обратим внимание читающей публики на то, что тот самый Шелковый путь между Востоком и Западом как в исторической, так и в новейшей ипостасях – это один из становых хребтов не только евразийской, но и, пожалуй, всей мировой истории. И крайне уместным представляется напомнить, что Российская Федерация – это протяженный отрезок Шелкового пути, только теперь уже лишь его северного коридора. В бытность существования СССР маршруты транспортировки, в том числе через советские Среднюю Азию и Южный Кавказ, были составляющей единой логистической сети, были кровеносной системой нашего могучего, без преувеличения, организма.

Бездарный и безответственный роспуск СССР, помимо