Измены наших любимых - Лия Султан Страница 7

Все прошло хорошо. Спасли. А потом до рассвета следили за динамикой. И только, когда детский реаниматолог сказала, что малыш стабилен, команда выдохнула. Дамир вышел ближе к полудню, так как заскочил проверить других пациентов. По дороге домой свернул на улочку, где обычно брал шоколадные эклеры для жены. Она всё пыталась выведать, где такие вкусные продаются, но он загадочно улыбался и отвечал: “секрет фирмы”.

Каково же было его удивление, когда в окне кофейни он увидел Динару и черноволосую незнакомку, недобро смотревшую на его жену. Войдя вовнутрь, Дамир дошел до их столика и все услышал… Вернее, то самое последнее предложение.

И вот теперь они ехали домой, а он не мог выдавить ни слова, только слушал ее оправдания и всхлипы.

— Боже, да я с тобой говорю или как? Ты можешь хотя бы ответить?

Резко затормозив на светофоре, он метнул на нее бешеный взгляд и она съежилась.

— Дина! Замолчи, прошу тебя! Иначе мы попадем в аварию! Ты этого хочешь?

— Нет, — замотала головой она.

— Тогда дай мне спокойно доехать до дома.

А дома начался ад. Он открыл дверь, вошел первым и снял квартиру с сигнализации. Она прошла следом и прислонилась к холодной стене в прихожей. Дамир направился на кухню, взял кружку со столешницы и наполнил ее водой из кувшина. Жадными глотками осушил чашку до дна, после чего с грохотом поставил и почувствовал, что жена стоит сзади.

— Рассказывай, — хрипло попросил он, обернувшись.

— Я... — Динара запнулась и заплакала. — Я давно хотела тебе признаться. Я встретила другого мужчину и полюбила его. Ты тогда проходил дополнительное обучение, готовился к экзаменам и я не смогла.

Он насупился и сжал кулаки. Сердце болело и колотилось, пытаясь пробить грудную клетку. Это она сейчас в благородство играет? Зачем?

— Кто он?

— Заказчик, — совсем по-детски всхлипнула и провела по ноздрям указательным пальцем. — Помнишь, я рассказывала, что студия выиграла конкурс?

Он попытался вспомнить. Напряг память. Когда это было? Больше полугода назад, наверное. Кажется, Дина тогда восторженно рассказывала, что владелец двух крупных отелей в городе, задумал построить еще один в горах и ему понравился проект их команды. После она даже съездила на объект, описывала, как там классно и когда гостиница построится, они обязательно должны туда съездить на пару дней.

— Помню. И?

Он уже догадался, но хотел услышать правду от нее.

— Его зовут Кадыр. Он заказчик, владелец отеля.

Обессиленная Дина опустилась на стул и спрятала красное, воспаленное лицо в ладонях.

— Знаю, ты будешь меня ненавидеть и имеешь на это полное право. Но мы любим друг друга. Однажды меня отправили на стройку одну, а там был он. Хотя не должен был быть. Он провел мне экскурсию и между нами проскочила искра. Потом он пригласил меня на обед.

— Я не прошу пересказывать всю историю вашего романа, — громко сказал он, а она затравленно взглянула на него.

— Ты прав. Я… очень перед тобой виновата. Столько раз хотела тебе рассказать и не могла. Ты приходил уставший.

— Ты обо мне заботилась, или это просто он не хотел уходить от жены?

Дамир даже не догадывался, сколько в нем потайного гнева — подавленных эмоций, которые он никогда не выпускал наружу. Ведь по сути, они сидят в каждом и ждут своего триггера. И сейчас тот самый момент, когда все страшные монстры должны выползти наружу. Но что-то пошло не так.

— Нет, он уйдет, — встав со стула, она сделала к нему нерешительный шаг. — Он решил развестись. Ты же сам видел, она тоже знает.

— Господи, Дина, — Дамир нервно потер лицо ладонями. — Кто ты вообще? Ты не моя жена. Как ты могла? Ты не только нашу семью сейчас разрушаешь, но и чужую! Почему? Почему, Дина?

Он не ожидал, что его слова так на нее подействуют, но жена вскинула подбородок, расправила плечи и смахнула слезы с пунцовых щек.

— Ты только меня в этом обвиняешь? Ты, — ткнула указательным пальцем в его сторону, — несешь такую же ответственность.

— Я не изменял тебе, — покачал он головой. — Никогда.

— Чтобы разрушить семью не обязательно изменять, Дамир! — горько выпалила она. — Тебя никогда не было рядом. А если и был, то думал о работе, учебе, своих пациентах. Ты женат на этой чертовой клинике, своем Алексее Борисовиче, операционных сестрах, только не на мне! Я не могу ничего планировать, потому что не знаю, будешь ли ты свободен. Хожу на праздники твоей родни одна! Друзья перестали приглашать нас куда-то, потому что ты вечно занят. Я была одна при живом муже. Всегда! Что ты молчишь? Правда глаза колет, да? Это там ты может быть подающий надежды хирург. А здесь ты кто?

Дамир смотрел, не моргая, и не верил, что все действительно так, как она говорит. Он ведь старался быть хорошим мужем. Он любил ее. С первого дня их встречи любил. И продолжал до сих пор. Но что же он сделал не так? Чем заслужил ее гнев, эти обидные слова и самое главное — предательство?

— И опять ты молчишь! С тобой даже скандалить невозможно, потому что ты молчишь. А я устала от этого, — сквозь слезы продолжала свою исповедь Дина. — Я устала вывозить это все. Устала от ипотеки, которая съедает большую часть нашего дохода. Устала смотреть на ценники в магазинах и покупать продукты по акции. Устала, что мы никуда не можем съездить в отпуск, потому что этими деньгами мы лучше закроем эту сранную ипотеку.

В сердцах Динара толкнула мужа в грудь, а он схватил ее за предплечья и встряхнул.

— И поэтому ты легла под него? Поэтому?

— Нет! Я люблю его! — вскрикнула женщина. — Потому что он мужчина! Настоящий, надежный. Тот, кто взял на себя ответственность. Рядом с ним я почувствовала себя по-настоящему любимой и счастливой. Я узнала, что такое забота, настоящая ласка.

Дина неслась по бурной, шумной реке вниз и уже перестала бояться сделать мужу больно. Ее слова били наотмашь, ранили, проникали острием скальпеля под кожу и без анестезии.

— Он — чужой муж, Дина. А ты — моя жена.

— Мне уже все равно. Я люблю его, а тебя уже давно нет, — она стояла совсем близко и выплевывала фразы, будто это был